www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Тропиканка. Книга 2

Сообщений 21 страница 40 из 104

21

Желая как-то скоротать время до возвращения Плиниу,. Гаспар уступил настоятельной просьбе Франшику и поехал вместе с ним смотреть место, выбранное для строительства аквапарка. Однако в дюнах его настроение окончательно испортилось, поскольку выяснилось, что это замечательное место находится неподалеку от виллы Франсуа. Состояние патрона не укрылось от внимания Франшику, но он истолковал его по-своему, спросив с обидой:

—Тебе не нравится?

—Нравится, — рассеянно бросил Гаспар.

—Но я же вижу, что ты недоволен! Если хочешь, можем поискать другое место. Правда, я объездил все побережье и ничего лучше этого уголка не нашел.

—Ты прав, место для нашего аквапарка самое подходящее.

—Тогда что же тебя печалит? Стоимость проекта?

—Нет, дело не в деньгах.

—А в чем же? Может, ты сомневаешься во мне, как в том своем прежнем компаньоне?

—Успокойся, Франшику, я тебе верю. А тот компаньон плохо кончил. Я тогда потерял все свои деньги, но он потерял гораздо больше — жизнь.

—Как это произошло?

—Мне не хотелось бы сейчас это вспоминать. Поедем обратно. Меня уже, наверное, ждет Эстела.

Говоря это, Гаспар кривил душой: он был уверен, что Эстела еще не вернулась домой. Но зато  го там уже дожидался Плиниу. Сгорая от смущения, он сказал патрону, что видел его невесту в доме Франсуа, хотя она и пыталась спрятаться.

Последняя подробность совсем подкосила Гас-пара, и он не стал выслушивать дальнейший отчет Плиниу. Надо было хоть немного побыть одному и до возвращения Эстелы принять нужное решение, хотя оно, в общем, напрашивалось само собой.

—Где ты была? — спросил он, едва Эстела появилась на пороге. — Смотри мне в глаза и отвечай!

—А разве Витор не передал тебе, что я уезжала по своим делам? — попыталась она избежать ссоры.

—Передал, но не сказал, по каким делам.

—Так, мелочи. Хотела купить платье к завтрашнему событию.

—Если ты имеешь в виду наш поход в мэрию, то его не будет. И свадьбы тоже не будет. Ты свободна, Эстела Маркес!

Не считая нужным что-либо объяснять, он покинул квартиру, которую совсем недавно купил для своей невесты и где провел несколько счастливых недель. По виду патрона Плиниу понял, что произошло, и предложил поехать в одно тихое местечко, где можно утопить все печали. Гаспару ничего не оставалось, как довериться преданному Плиниу.

* * *
Оправившись от шока, Эстела помчалась в дом Летисии, полагая, что Гаспар мог уехать только туда. Однако ее расчет не оправдался: Гаспар к Летисии не заезжал и даже не звонил.

—Наверное, я напрасно его разыскиваю, — горестно заключила Эстела. — Он не нуждается в моих объяснениях.

Летисия не стала выяснять, из-за чего поссорились отец и его невеста, а принялась всячески ее успокаивать.

—Подожди, — говорила она, — отец наверняка сюда приедет, и вы помиритесь.

—Нет, тут все сложней, — возражала ЭстеЛа. — Гаспар сомневался, стоит ли ему жениться на мне. Вот и воспользовался тем, что я перенесла подачу заявления на завтра. Это был лишь предлог, чтобы отказаться от меня.

И все лее, несмотря на свои горькие умозаключения, она согласилась подождать Гаспара, а тот в это время сидел с Плиниу в загородном кабачке, жалуясь на свою несчастную долю и ругая себя за доверчивость и глупость.

Прождав его более часа, Эстела не выдержала и стала прощаться с Летисией. К этому моменту как раз и подоспел Витор. Увидев заплаканную Эстелу, он изобразил глубокое сочувствие и вызвался отвезти ее домой.
Летисии после их ухода довелось выдержать Грудным разговор с дочерью, которая неожиданно Си I ро отреагировала на размолвку деда с Эстелой.

Выходит, сеньор Веласкес прозрел! — сказала она с ядовитой усмешкой на устах. — Понял никонец, что не следует вводить в наш дом певичку из бара.

Летисия одернула ее, но Аманда не унималась:

—Грустно сознавать, что такие вещи, как счастье, брак, любовь, в нашей семье не прилшваются. Мне еще повезло, что я вообще родилась на свет. но скоро наш род прервется. Потомков не будет ин у меня, ни у Витора! И таким образом исчерпается проклятье, которое висит над семьей Веласкесов!

—Аманда, девочка, что ты говоришь? — испугалась Летисия. — Ты приняла все чересчур близко к сердцу, перевозбудилась.
—Нет, мамочка, дело в другом. Просто я сегодня тоже прозрела. Я поняла, из-за кого все наши несчастья и это страшное проклятье. Ты — причина всех бед! Ты посеяла зло, за которое теперь мы все расплачиваемся!

Выпалив это, она забилась в истерических рыданиях, а ошеломленная Летисия не знала, чем ей помочь, как ее успокоить.

—Нейде, принеси ей горячего чаю, — попросила. она, — а я пойду встречать отца. Кажется, он пришел.

Гаспар, действительно, появился в гостиной в сопровождении Плиниу, причем оба едва держались на ногах.

0

22

—Грустно жить без любви, — пьяно бормотал Гаспар. — Давай вернемся в кабачок, Плиниу.

—Плиниу сейчас пойдет спать, а с тобой я должна поговорить, отец, — строго сказала Лети-сия. — Ты очень обидел Эстелу.

—Не произноси при мне этого имени! — взвился Гаспар. — Никогда не произноси!

—Эстела не заслужила такого отношения. Она все бросила ради тебя.
-Ха-ха! — рассмеялся он. — Бросила? Да ей нечего было бросать. Она надеялась все получить от меня! Но — не получит! Вот так... Пойду, пожалуй, приму ванну...

Он сделал несколько нетвердых шагов и вдруг стал оседать на пол. Летисия и Нейде подхватили его под руки, уложили на диван.

—Наверняка это сердце, — встревожилась Летисия. — Дай ему нитроглицерин, Нейде, а я позвоню Оливии, пусть срочно приедет.
* * *

Этот внезапный звонок оказался для Оливии как нельзя кстати, поскольку избавил ее от тягостного общения с бывшим женихом. Справедливости ради надо сказать, что Дави появился в доме Оливии не по собственной инициативе, а в силу сложившихся обстоятельств. Накануне Бонфинь задумал устроить у себя ужин для партнеров из Германии, полагая, что в неформальной обстановке с ними легче будет договориться. Витор одобрил его идею и на ужине тоже собирался присутствовать, но в последний момент его планы изменились, подставил вместо себя Дави. Тот честно присылая Бонфиню, что вряд ли сможет сосредоточиться на проблемах бизнеса, когда неподалеку Судет находиться Оливия.

—А мне неловко представлять фирму одному, — сказал Бонфинь. — Это будет выглядеть несолидно.

Отправляясь на ужин, Дави дал себе зарок, что 1 ге станет искать возможности пообщаться с Оли-пией наедине, но едва увидел ее, тут же обо всем забыл. Улучив подходящий момент, он вновь стал говорить, что любит ее, что благодарен ей за все хорошее, что у них было, и что хотел бы все начать сначала.

—Ты была во многом права, когда думала обо мне плохо. Я действительно вел себя не лучшим образом, но сейчас пытаюсь исправить свои ошибки. Знаешь, недавно у меня были в гостях родители и Далила.

—Не может быть, — язвительно усмехнулась Оливия. — Ты пригласил своих скромных родственников к себе?!

—Можешь сколько угодно надо мной издеваться, но не гони меня! — взмолился он. — Дай мне шанс, Оливия! Обещаю, ты в этом не раскаешься.

Она попыталась отказать ему как можно мягче, но Дави не оценил ее деликатности.

—Ты лжешь! — заявил он, потеряв всякую надежду на примирение. — Лжешь мне и, возможно, самой себе. Утверждаешь, что разлюбила меня. Но истинная причина кроется не во мне, а в том, что ты любишь Витора!

Это был удар ниже пояса. Ошеломленная Оливия не могла вымолвить ни слова в свое оправдание, зато Дави говорил без умолку, продолжая бить в самое больное место:

— Я знаю, что ты хочешь сказать. Ты не раз говорила, будто ненавидишь Витора. Возможно, так все и было. Но, как известно, от ненависти до любви — один шаг. И ты его сделала! К такому выводу прийти несложно — достаточно лишь взглянуть, как ты волнуешься в присутствии Витора. Что ж, если ты любишь его, то я отступлю. Для меня самое главное — видеть тебя счастливой.

—И ты утверждаешь, что изменился, понял свои ошибки? — кипя от возмущения, заговорила, наконец, Оливия. — Ты всегда выслуживался перед Веласкесом, а теперь решил и мной пожертвовать в угоду этому хаму и мерзавцу?

—Не лги себе! — ответил на это Дави. — Ты любишь Витора!

Оливия закрыла уши ладонями, чтобы не слышать его, и в этот момент Жанаина позвала ее к телефону.

* * *

У Гаспара, действительно, оказался тяжелый сердечный приступ, и Летисия, не желая усугублять болезнь отца, не напоминала ему об Эстеле. та, просидев у телефона всю ночь, но так и не дождавшись желанного звонка, стала потихоньку уIсл; 1дывать Еещи.

Звонок в дверь, однако, заставил ее встрепенуться, она с надеждой помчалась в прихожую.

- Гкспар! — выпалила она, едва открыв дверь, по па пороге стоял Витор.

— Я не смог оставить тебя в трудную минуту, — сказал он голосом, полным скорби и сочувствия. — 1С сожалению, Гаспар Веласкес продемонстрировал июе истинное лицо. Пока ты здесь маялась от горя м проливала слезы, он прекрасно провел время в ресторане и пришел оттуда вполне довольный и счастливый. Понимаешь, он рад, что вернулся к с моей прежней жизни! В общем, прими мои соболезнования. Тебе очень не повезло с Гаспаром. Но слава Богу, что это выявилось сейчас, а не позже. (Ошибку еще . можно исправить. Я уверен, ты найдешь достойного человека, на которого сможешь положиться.

—Нет, Витор, я много раз обжигалась в жизни, по такого удара, какой нанес мне Гаспар, еще не получала. Вряд ли я смогу от него оправиться. Это слишком жестокий урок. Таге что с мечтами о любви и замужестве покончено навсегда.

—Ну, не надо ставить на себе крест, — начал было Витор, однако Эстела прервала его:

—Помоги мне отнести чемоданы к такси. Я поеду на автовокзал.

—Что? Ты хочешь ехать в Рио на автобусе? Это слишком долго. Я сам отвезу тебя в аэропорт.
—У меня нет денег на самолет, — призналась Эстела.

—Ерунда. Я куплю тебе билет на самолет, только ты, пожалуйста, не отказывайся. Это самое малое, что я могу для тебя сделать. Ведь я же твой друг, Эстела! Единственный друг из всей семьи Веласкесов.

0

23

Глава 5

В глухую, непроглядную ночь, когда небо низко надвинулось над поселком, а с моря подул холодный ветер, Серена никак не могла уснуть. Эта бессонница была для нее не первой с тех пор, как ушел Рамиру, но именно сегодня она впервые усоммнилась в своей правоте и почувствовала некоторую пину перед мужем. От Самюэля ей было известно, что Рамиру по-прежнему ночует под открытым небом, отказываясь поселиться даже в каюте на рыболовецком судне. И если раньше Серене мешала уснуть обида на мужа, то теперь мучила тревога за него.

К утру, однако, тучи рассеялись, а затем и солнышко выглянуло, но Серена не стала менять своего решения, принятого ночью. Она пошла к Самюэлю и попросила его отвезти Рамиру одеяла, подушки и теплую одежду.

— Ночи теперь стали холодными, — пояснила она смущенно.
—А почему бы тебе самой не отвезти? — спросил Самюзль. — Вы лее не враги друг другу. Зачем мне быть посредником между вами?

Эстер, видя смущение Серены, пришла ей на помощь и тоже стала уговаривать мужа поехать к Рамиру. •

—Я к нему поеду, но завтра, — твердо ответил Самюэль, и Эстер поняла, что он намеренно привередничает, желая таким образом свести бывших супругов. — Так что поезжай к нему ты. И сегодня же, а то к ночи погода может опять испортиться.

Отправляясь к Рамиру, Серена не сказала детям, куда едет, но те сами все поняли и с затаенной надеждой ожидали ее возвращения. Однако их надежда была напрасной. Рамиру встретил жену холодно, заявив, что такая забота с ее стороны выглядит по меньшей мере смешно.

—Не стоит ночевать здесь, пока ты не построил дом, — сказала Серена, оставив без внимания его колкости. — Так недолго и простудиться, заболеть.

—Если станет холодно — уйду на корабль.

—Рамиру, я понимаю, у тебя горько на душе, но и у меня — тоже. Давай на время забудем про обиды, сядем и спокойно обсудим, как нам жить дальше.

—Здесь сядем? На мокром песке? — не сдержал он своего раздражения. — Или, может быть, в том доме, откуда ты прогнала меня, как паршивого пса?

—Я приехала сюда не затем, чтобы ругаться, — с достоинством ответила Серена. — Мое беспокойство  о тебе можно понять: мы столько лет прожили Имеете. И дети тоже переживают за отца, оказавшийся без крыши над головой. Но если тебе хочется враждовать, то, извини, я лучше уеду.

Серена направилась к «джипу», стараясь ступить уверенно и твердо, но от Рамиру не укрылось, е каким трудом дается ей каждый шаг. Острое чув-стио жалости и вины перед этой гордой, но несчастной женщиной пронзило его сердце.

—Постой, — сказал он глухим от волнения голосом, — я отвезу тебя в поселок.

—Это ни к чему, — ответила она. — Ты что, пожалел меня? Не надо, не жалей: самое худшее я уже пережила.

—У меня есть дело к Самюэлю и Маджубинье.

—Ну, тогда садись за руль.

Всю дорогу они ехали молча, и лишь у самого поселка Серена сказала:

—Надеюсь, ты зайдешь к детям. Им очень тя-жело без тебя.

Увидев отца и мать вместе, Асусена и Кассиану бросились к «джипу» и, едва выйдя из машины, Рамиру попал в их объятия.

—Ты вернулся, папочка! Дорогой, любимый! Я знала, что ты вернешься! — воскликнула Асусена, целуя его.

Серена стояла чуть поодаль, в глазах ее проступили предательские слезы. Чтобы не расплакаться, она ушла в дом. А Рамиру, у которого сердце разрывалось от боли, вынужден был мягко отстранить от себя дочь, сказав, что ему нужно поговорить наедине с Сереной.

Отредактировано brunetka (25.08.2012 21:44)

0

24

Когда он вошел, Серена уже успела взять себя в руки и встретила его со сдержанным почтением — как гостя, но отнюдь не как мужа и хозяина этого дома: предложила ему стул, налила в чашки кофе.

—Так о чем ты хотела со мной поговорить? — холодно спросил Рамиру.

—О нашем разводе, — сказала она спокойно,, как о чем-то будничном. — Надо решить, что кому достанется, как будем отмечать дни рождения детей, когда ты будешь их навещать, ну и так далее. Об этом лучше договориться сразу, чтобы потом не возникало недоразумений.

—Да, пожалуй, ты права, — Рамиру поддержал предложенный ею тон. — Это лучше оговорить сразу. Ящик с инструментами я уже взял, а больше мне ничего не нужно. Дострою себе хижину. Буду ходить в море, как прежде. Так что вам на жизнь хватит.

—Нет, Рамиру, теперь все переменилось, — попыталась возразить Серена, но он прервал ее:

—Как бы далеко я ни был, мне придется оставаться главой семьи. Пока у тебя не появится другой муж.

—Другой? — возмутилась Серена. — Ты вздумал надо мной поиздеваться?

—Нет, вовсе нет. Но рано или поздно он появится. Ты — красивая, сильная, умная. Почему бы тебе заново не устроить свою жизнь? А пока я буду содержать семью.

—Тебе придется содержать две семьи, — напомнила Серена. — Хотя Летисия и богатая, но ты же не захочешь жить за ее счет?
)то мне решать. — сердито одернул ее Ра-МII ру.

— Безусловно, тебе. Ну а за мной остается При по брать или не брать у тебя деньги. И я прямо шшнляю: твоих денег мне не надо, Рамиру Соарес! Жнни спокойно. Попробуй начать все сначала. Даст Бог, у тебя это получится.

Пообещав Питанге найти фото ее отца, Мануэла поставила себя в очень сложное положение, выхода из которого не было. Точнее, один выход был — рассказать дочери всю правду, но Мануэла по-прежнему не могла этого сделать. Чтобы покончить с двусмысленной ситуацией, ей пришлось сказать дочери, что фотокарточка бесследно исчезла. Всегда спокойная и сдержанная, Питанга отреагировала на это сообщение истерикой, немало напугав мать.

—Скажи, как она могла исчезнуть? — кричала дочь, захлебываясь слезами. — Если ни ты, ни я, ни дед ее не трогали, то куда она могла деться?

—Ну, не знаю. Потерялась.

—Ищи!

—Я все обыскала тысячу раз. Поверь мне, доченька, ее нет.

—Это ужасно! — воскликнула сквозь слезы Питанга. — Я не могу этого ни понять, ни простить. Ты говоришь, что любила отца, а сама потеряла его единственное фото! У меня не укладывается это в голове. Тут одно из двух: или ты никогда его не любила, или — что-то скрываешь от меня. Да! Иначе я не могу объяснить твоего странного поведения.

Ошеломленную таким заявлением Мануэлу, не знающую, что ответить дочери, спас Самюэль, пришедший в тот момент к старому Кливеру. Пи-танга поспешно удалилась, а Мануэла вынуждена была признаться Самюэлю, из-за чего возник конфликт.

—Может, стоит рассказать ей все? Питанга уже взрослая, — мягко посоветовал он.

—Нет, Самюэль, нет! Ты прекрасно знаешь, почему я не могу этого сделать. И не уговаривай меня.

Гость не стал настаивать на своем мнении. Заглянув к старику, он сказал, что в письме, отправленном женщине с парусника, указал адрес бара, а не свой собственный.

—Понимаешь, Эстер застала меня за этим письмом и закатила сцену ревности. А я не хочу посвящать ее в наши мужские тайны. Так что ты не удивляйся, когда получишь письмо из Рио, а сразу же дай мне знать.

Определившись с местом для будущего аква-парка, Франшику по поручению Гаспара оформлял купчую на этот земельный участок. Когда документы были подписаны, а деньги уплачены, Да-масену — бывший владелец пляжа — признался, почему продал его по довольно низкой цене.

0

25

Извини, что не предупредил тебя раньше, но бизнес есть бизнес. Не мог же я упустить такую Выгодную сделку. Однако ты, Франшику, очень нетипичный парень и располагаешь к откровенности. В общем, я не хочу подкладывать тебе сви-Ныо. У тебя есть возможность продать этот пляж Тик же, как это сделал только что я, а не вкладывать туда миллионы. Боюсь, народ не пойдет в твой аквапарк, потому что у этого пляжа дурная слава.

- Ничего себе сюрпризик! — присвистнул Франшику. — Там что, черти водятся?

—Ну, не черти, а всего лишь призрак. Да, не смейся, его видели многие.

—Так это же замечательно! — воскликнул неисправимый оптимист Франшику. — С помощью призрака мы привлечем туда массу туристов, любящих острые ощущения. А как он выглядит? Весь н белом?

—Не знаю, я его не видел. А люди утверждают, что это огромный моряк, всплывающий из морской пучины, а затем бредущий по волнам. Когда-то на том месте потерпел крушение парусник, и вот будто бы утопленник с того судна иногда балуется...

Услышав о затонувшем паруснике, Франшику мгновенно переменился в лице — побледнел, кончики губ опустились, отчего улыбка стала похожа на болезненную гримасу

—Кажется, тебя охватила жуть от одного моего рассказа, — огорченно молвил Дамасену. — Прости, брат, что подсунул тебе это морское чудище.
—Нет, все в порядке, — вновь овладел собой Франшику. — Наоборот, мне очень интересно! Скажи, а нельзя ли поговорить с кем-нибудь из очевидцев призрака? Ну, ты сам понимаешь, что я должен все разузнать о нем, прежде чем строить там аквапарк.

—Да, конечно. Есть тут поблизости одна старуха. Но она, по-моему, сумасшедшая. Говорит, что призрак моряка является ей чуть ли не каждую ночь...

—Веди меня к той старухе! — прервал его Франшику. — Немедленно веди.

Сумасшедшей старухой 'оказалась та самая донна Дивина, которую навещали Самюэль и Бом Кливер. Едва услышав, что нового гостя тоже интересует затонувший парусник, она схватилась за ружье:

—Убирайтесь вон! Я вас не пущу. Что вам всем надо от бедной вдовы?

С большим трудом Франшику удалось ее успокоить, объяснив, что его интересует не парусник, а призрак.

—Понимаете, я собираюсь построить здесь парк, установить аттракционы. А вдруг призраку это не понравится, он решит, что я вторгаюсь в его владения. Знаете, как это бывает: рассердится и станет крушить оборудование, пугать посетителей. Вот я и хотел с ним договориться. Вы не могли бы устроить нам встречу?

Как ни странно, такая речь оказалась понятной донне Дивине, и, проникшись тревогами Франшику. Они стала уверять его, что призрак этот вполне Миролюбивый, а потом и вовсе заявила, что никакою призрака не существует.

—Я придумала его, — лукаво подмигнув, призналась она, — чтобы ко мне не приставали с расспросами о затонувшем паруснике и о той женщине, что я выхаживала.

—Женщина с парусника! Она спаслась? — пыдал свой истинный интерес Франшику, и донна Дпнина заподозрила его в обмане.

- Так ты тоже интересуешься той женщиной? — произнесла она грозно.

— Нет-нет! — поспешил исправить свою оплошность Франшику — Просто мне говорили, что раз та женщина утонула, то она может иногда появляться вместе с призраком моряка.

—Да не утонула она! — вновь сменила гнев на милость донна Дивина. — Мой муж подобрал ее 11а берегу и принес к нам в дом. А я выходила ее. Она, бедняга, все искала своего ребенка, который точно утонул.

—Ребенок? Нет... — пробормотал Франшику, по вспомнив свою давешнюю ошибку, спросил как бы невзначай: — А кто искал эту женщину и зачем?

—Да недавно двое рыбаков приходили. Один такой странный... Как же его звали-то?.. Бом Кливер! Да, такое смешное имя...

—И что они хотели узнать о той женщине? — нетерпеливо спросил Франшику.

—Зачем-то им нужен был ее адрес. Я дала им ее письмо...

0

26

—Вам известен ее адрес?! — опять не сдержался Франшику. — А мне вы могли бы его дать? Меня очень заинтересовала эта история.

—Нет, письмо те рыбаки забрали с собой...

—Спасибо вам огромное, донна Дивина! Вы не представляете, насколько помогли мне! Господи, какое счастье!

Дивина посмотрела на гостя с сожалением: такой симпатичный парень и, к солсалению, сумасшедший.

* * *

Отыскать рыбака по имени Бом Кливер не составило никакого труда, потому что на всем побережье он был единственный, и к тому же Франшику его знал лично. Однако старый рыбак оказался весьма крепким орешком, который не по силам было расколоть даже изобретательному Франшику. С какой стороны ни заходил он, чтобы заставить старика проговориться, — все мимо. Кливер твердил, что к Дивине они с приятелем заходили выпить кофейку, и не более того. Ни о каком паруснике, а тем более о женщине они и слыхом не слыхали и, стало быть, расспрашивать об этом Дивину не могли. В общем, нафантазировала старуха, и точка.

Раздосадованный Франшику ушел от Ктшвера ни с чем, а тот срочно послал Питангу за Самюэлем.

—Этот парень точно из полиции! — заявил он приехавшему на зов Самюэлю. — Ему известенКаждый наш шаг, он был у донны Дивины. Вообще, хотел бы я знать, на что он живет и каким образом Полнился в Форталезе!

Самюэль был весьма озадачен таким предположением Кливера: Франшику ему всегда нравился п более того — казался искренним и открытым. Но чем он занимается и откуда у него деньги на подарки сельчанам, действительно не знал никто.

—Не похоже все-таки, чтобы он был из полиции, — высказал свои сомнения Самюэль. — Этот парень часто бывает в поселке, ему нравится дочка Гамиру. Ничего подозрительного за ним не было намечено.

—А я думаю, дочка Рамиру — только предлог, чтобы быть поближе к тебе и наблюдать за тобой. Он и у нас в баре частенько крутится...

—Не знаю, не знаю, — в задумчивости произнес Самюэль. — Если Франшику и не полицейский, то уж точно он гоняется за проклятым кладом.

0

27

а продолжение будет?? и где страница 4-5 в самом начале..

0

28

Глава 1 начинается со страницы 5. Так что все выложено. Продолжение обязательно будет, возможно в субботу.

0

29

спасибо брюнетка))

0

30

Глава 6
Расстроив свадьбу деда, Витор недолго празд¬новал победу, поскольку истина восторжествовала уже на следующий день. Суть недоразумений могла бы вскрыться и раньше, если бы Изабел после ухода партнеров Бонфиня не предалась медитированию, к которому ее приобщила Адреалина — большая специалистка в области йоги, астрологии, белой магии, а также древнего цыганского колдовства. Откуда у этой хиппующей бродяжки были такие познания, Изабел не инте¬ресовало, просто она использовала любые средства, чтобы активизировать угасающую любовь Бонфиня. А Адреалина как раз и предлагала такой комплекс медитаций, в результате которого Изабел должна была стать неотразимой, а Бонфинь, соответственно, должен был воспылать юношеской страстью к жене.
И вот пока Изабел усердно занималась медита- цией, Оливия рассказывала отцу о сердечном приступе, случившемся с его другом, а заодно и о причине этого приступа.
  Естественно, Бонфинь очень расстроился и, всей душой переживая за Гаспара, .думал только об одном: неужели же Эстела, казавшаяся вопло¬щением любви и добродетели, на самом деле являлась коварной лицемеркой? Занятый этими мыслями, он остался равнодушным к прелестям супруги. Таким образом, медитации пошли на¬смарку, чары не подействовали.
Оскорбленная и уязвленная, Изабел с утра пораньше устроила мужу скандал, а тот вынужден был оправдываться, в результате чего и всплыла история с портретом. У Бонфиня полегчало на сердце, и он, порывисто обняв жену, одарил ее поцелуем:
— Ты прелесть! Самая удивительная и непредсказуемая женщина на свете! Особенно тебе удаются сюрпризы!
Затем он отправился к Гаспару и потребовал, чтобы тот немедленно поехал с ним в одно место. Летисия сочла это безумием, напомнив, что отцу прописан постельный режим, но Бонфинь, хитро улыбаясь, уверенно заявил:
— Там, куда я отвезу его, он сразу же излечится!
Заинтригованный, Гаспар счел возможным довериться другу, и, таким образом, они вскоре оказались в доме Франсуа. Сообразив, наконец, куда его привезли, Гаспар стал упираться — меньше всего ему хотелось в тот момент встретиться с удачливым соперником. Однако Бонфинь настоял! на своем и, войдя в дом вместе с Гаспаром, попросил Франсуа показать портрет Эстелы.
— Но... — замялся тот и, извинившись перед Гаспаром, обратился к Бонфиню: — Можно вас ил минутку?
— Вы хотите напомнить мне о сюрпризе? — рассмеялся Бонфинь. — Сюрприза не будет! Точ¬нее, он уже был.
Увидев не дописанный портрет Эстелы, Гаспар попросил у художника прощения за столь ранний визит и за свои неоправданные подозрения. Затем он поехал на квартиру Эстелы, но, не обнаружив там даже ее вещей, все понял и незамедлительно вылетел в Рио.
Домой он вернулся лишь на следующий день — разумеется, вместе с Эстелой.
Витору пришлось делать вид, будто он неска¬занно рад их примирению.
Гаспар заявил, что регистрация брака состоит¬ся через неделю, а свадьбу они бы хотели сыграть тихо, в узком кругу и лучше всего — на фазенде дона Инасиу, старого приятеля жениха.
— Что значит «в узком кругу»? — спросила Аманда. — Ты пригласишь только родственников?
— Нет, не только. Мы позовем наших близких друзей и некоторых коллег по работе.
Аманду такой ответ удовлетворил: она решила в качестве своего кавалера пригласить Франсуа, но деду об этом конечно же ничего не сказала.
Виктор молча удалился в свою комнату: ему было над  чем подумать.
А Летисия и Эстела стали обсуждать будущий наряд невесты.
-Я так счастлива, — призналась Эстела. — Мне хочется, чтобы все вокруг были также счас¬тливы. А ты помнишь, как я рыдала тут всего пару дней назад? Да, эта размолвка меня многому на¬учила. Я поняла, что ни при каких обстоятельствах Нельзя сдаваться, отступать. Надо верить в свою Любовь и бороться за нее!
— Ты говоришь это специально для меня? — грустно молвила Летисия.
— Отчасти и для тебя. Ведь у тебя, насколько мне известно, тоже есть большая любовь. Это рыбак, да?
— Да, но там все очень сложно. Он обещал раз¬нестись с женой, однако почему-то этого не сделал. Мы с ним опять расстались, и я чуть было не сде¬лала глупость, собираясь выйти замуж за Франсуа. По слава Богу, вовремя опомнилась. А недавно уз¬нала, что Рамиру все-таки ушел от жены и живет теперь один.
— Так, может, стоит с ним встретиться? — робко предложила Эстела.
Я даже не знаю, где он теперь...
Рамиру как одержимый строил свою хижину, работая почти без отдыха, до седьмого пота. Иногда ему помогали в этом деле Самюэль и Маджубинья, а однажды, когда он один тащил тяжелое бревно, то подставил свое плечо и случайно за¬бредший сюда Франсуа. Рамиру не отверг его по¬мощи, хотя и не выразил большого радушия.
— Мы, кажется, соседи, — сказал он гостю, давая понять, что не намерен с ним враждовать, но и водить дружбу также не собирается.
— Ты строишь здесь дом?
— Ну, дом — это громко сказано. Хижину! А ты боишься, что мое присутствие будет раздражать Летисию?
— У тебя устаревшие сведения. Летисия дала мне отставку, — не скрывая своего сожаления, сказал Франсуа. — Так что дорога свободна...
— Прости, я действительно не знал... — расте¬рянно молвил Рамиру.
— Ну так знай: она ни о ком другом не думает — только о своем рыбаке.
— Летисия доставила мне немало хлопот... Вот почему пришлось забраться в дюны. Буду Жить туг, как зверь в берлоге.
— Это не самое страшное, — уверенно произнес Франсуа. — Главное, что она тебя любит!.

0

31

Чужое счастье заразительно, и после откровенного разговора с Эстелой Летисии почудилось, что для нее тоже не все потеряно, что она может устроить и свою жизнь с любимым человеком, если сделает хотя бы маленький шажок ему навстречу.
Переборов смущение, она выяснила у Дави, где живет Рамиру, и поехала к нему. Встреча, однако, нышла вовсе не такой, как ожидала Летисия. Ра¬миру встретил ее почти враждебно.
— Что тебе здесь надо? Зачем ты примчалась?.
— Мне сказали, что ты ушел из семьи, — рас-герянно пробормотала она. — Это из-за меня?
— Вы слишком о себе высокого мнения, сеньора Веласкес! — был ответ.
— Ты меня не понял, Рамиру! Я всего лишь хотела тебе помочь. Если надо, я могу сходить к Серене, объяснить, что наши отношения кончи¬лись.
— Серена не нуждается в твоих объяснениях. Она — мужественная, гордая женщина. Трудится, заботится о детях.
— Я знаю, что мы с ней очень разные. Возмож¬но, поэтому я тебя всегда и привлекала.
— Что тебе нужно от меня, Летисия? — не выдержал он. — Разве мало того, что из-за тебя рух¬нула моя семейная жизнь, что я оказался с пус¬тыми руками, вдали от детей и от друзей, совсем один?
— Когда-то тебе казалось очень романтичным жить вдали от всех, — с укоризной напомнила она.
— Когда-то! — подхватил он. — Но с тех пор прошло много лет и все переменилось.
— Помнится, еще недавно ты утверждал, будто готов бросить все и устроить для меня рай в шалаше.
— Давай лучше не будем вспоминать ту историю с запиской. Ее пора забыть раз и навсегда.
— Вот как ты заговорил! — от обиды голос Летисии дрожал. — А я не могу забыть, хотя и пы¬талась. Все эти годы я пыталась забыть тебя, Рамиру, но у меня ничего не получилось. Прости.
Она резко повернулась и почти бегом направилась к автомобилю, на котором приехала.
Рамиру молча смотрел ей вслед, но, когда машина тронулась с места, спохватился:
— Летисия! Вернись!
Она резко затормозила, обессиленно уронив руки на руль...
...А потом они, выплеснув всю свою годами ко¬пившуюся страсть, блаженно лежали на песке, среди казавшихся необитаемыми дюн, и ощущали себя, действительно, как в раю.
— Можно, я тоже признаюсь? — с виноватой усмешкой спросил он. — Не было ни одного дня, чтобы я не думал о тебе.
Она жадно обхватила его голову руками, при¬льнула к нему всем телом:
— Мы никогда больше не расстанемся, правда? Скажи мне, Рамиру, мы теперь всегда будем вместе? Ну скажи! Чего ты боишься?
— Как же мы можем быть вместе? Где? В хижине, которую я строю, не будет даже водопровода.
Услышав, что именно его сдерживает, Летисия облегченно вздохнула:
— Тебе не придется строить хижину, любовь моя.
— Ты хочешь сказать, что возьмешь меня к себе и дом? Наденешь на меня костюм, дашь в руки портфель и прикажешь шоферу возить меня на лимузине?
При этих словах лицо Летисии перекосилось от Роли, а он, словно и не заметив ее реакции, про¬должал:
— Я рыбак, Летисия. Мое место здесь, на бе¬регу моря. Тебе не стоит даже пытаться перекра¬ивать меня на свой манер. И ты не сможешь измениться. Как бы сильно ты меня ни любила — тебе здесь не выдержать. Так что у нас ничего не получится.
— Но давай хотя бы попробуем! — взмолилась она.
— Нет, — твердо сказал он. — Надо смотреть правде в глаза. Мы любим друг друга, но жизнь развела нас так далеко, что нам уже никогда не сойтись.
— Рамиру, любимый мой, — обливаясь слезами, говорила она. —. Позволь мне хоть иногда приходить к тебе сюда, в хижину!
Это не выход, Летисия, — сам весь сжавшись от боли, горько молвил он. — Я хочу тебя всю, без остатка, и никогда не смог бы довольствоваться половиной. Но у меня нет права требовать, чтобы ты бросила свой мир и поселилась в моем. Любовь в шалаше выглядит красиво в романах, а в жизни это невозможно...
Шум остановившейся неподалеку машины заставил его закончить свою печальную речь:
— Прости, это приехал Самюэль с ребятами.
Они помогают мне строить хижину.
* * *
Несколько дней Самюэль ломал голову, пытаясь понять, кто же такой Франшику и почему его ин¬тересует затонувший парусник. Версию о полицейском пришлось отбросить почти с самого начала, а вот откуда этот парень мог узнать о кладе? Тот мужчина с парусника погиб на их глазах, а Бом Кливер молчал о сокровищах, скрьвшая тайну даже от Самюэля. Может, Франшику — родственник погибшего, и о кладе узнал из каких-то семейных преданий?
Теряясь в догадках, Самюэль еще раз поехал к старику и заставил его припомнить каждое слово, сказанное Франшику. Бом Кливер так напрягся, что весь вспотел. Самюэль слушал его, не переби¬вая, а когда тот закончил, уточнил:
— Значит, он требовал от тебя письмо той женщины или хотя бы ее адрес? А о кладе он не произнес ни слова?
— Нет, о кладе речь не шла. — твердо ответил Бом Кливер. — Уж это бы я запомнил наверняка!
Самюэль не стал смущать старика внезапно мелькнувшей догадкой, а поехал прямо к Франшику. Тот встретил его приветливо, предложил кофе, но Самюэль прямо сказал, что длительность их беседы будет зависеть от того, как Франшику ответит на один вопрос:
— Почему ты интересуешься парусником? Что тебя с ним связывает?
— Это уже два вопроса, — пошутил Франшику, надеясь скрыть волнение.
— Мне не до шуток, парень, — предупредил Самюэль. — Ты ходил к донне Дивине и к Кли¬перу, выспрашивал адрес женщины с парусни¬ка... Почему, Франшику? Ты — тот самый ребе¬нок, что был на паруснике и пропал в шторм? Говори правду...
Франшику, бледный как полотно, пытался со¬хранять невозмутимость, но Самюэль, видя его смятение, все больше убеждался в правильности своей догадки.
— Да, я был у Дивины и Кливера, но как тебе пришло в голову, что я — именно тот ребенок? Не вижу связи.
— Ну почему ты боишься сказать правду? — недоумевал Самюэль. — Старый Кливер уже много нет мучается угрызениями совести, потому что мог « пасти женщину с ребенком, но не спас. Если он будет знать, что они живы, то проведет остаток своих дней спокойно.
— Ребенок умер, — печально произнес Франшику. — Он потерял все. Даже черты любимых людей стерлись в его памяти... Тот ребенок не знает, кто он на самом деле...
— Позволь мне помочь, — горячо заговорил Самюэль. — Позволь вытащить его со дна морского, и он узнает о своем происхождении! Так тот ребе¬нок — это ты, Франшику?
— Мне известно только то, что я — Франшику. Маленький мальчик, потерявшийся в море много лет назад. Воспоминания то накатывают на меня, то опять ускользают. Я уже не знаю, где явь, а где мои фантазии. Иногда, глядя на море, я вижу себя ребенком: стою один, плачу и зову деда... Еще помню женщину. Скорее всего, то была моя мать. Она утешала меня, а я все равно плакал и просил игрушку. Тогда она открыла чемодан и отыскала там эту чертову игрушку. Мне стало так спокойно... Я и сейчас помню это чувство... защищенности и любви. Потом я не испытывал его ни разу в жизни.
— А кто вытащил тебя из воды?
— Не знаю. Не помню. Меня оставили у двери приюта. Я был очень болен. Это няня мне потом рассказала. А сам я ничего не помню...
— Вот что, Франшику, — решительно произнес Самюэль, — пойдем со мной и не задавай пока никаких вопросов.
— Куда? Зачем?
— Пойдем, скоро все узнаешь.
Самюэль привез парня к себе домой и сразу провел его в чуланчик. Но прежде чем открыть заветный сундучок, спросил, как выглядела та иг¬рушка.
— Попытайся вспомнить, Франшику! Это очень важно.
— Да мне и пытаться не надо, — ответил тот. — Достаточно закрыть глаза, и я вижу ее. Лица матери не помню, а вот игрушку помню... Такая деревянная безделушка. Две палочки и между ними — перекладина. Если эти боковые палочки Сдвигать и раздвигать, то человечек на перекладине кувыркается... Пакиту. Так дед называл то ли итого человечка, то ли вообще игрушку. Она мне очень нравилась!
Пока он говорил, лицо Самюэля постепенно расплывалось в широкой счастливой улыбке, и вот наконец он открыл заветный сундучок и извлек оттуда игрушку.
— Эта? — спросил он у Франшику, уже не со¬мневаясь в его ответе.
— Боже мой! — ошеломленный парень не сразу взял игрушку в руки, боясь, что, едва он прикоснется, она рассыплется, растает, исчезнет, как сон.
— Бери, не бойся, — подбодрил его Самюэль. — Она твоя.
Франшику взял, наконец, игрушку, и пальцы его стали сжимать и разжимать палочки. Беспечный человечек Пакиту при этом лихо кувыркался...

0

32

— А знаешь, как переводится Пакиту с испанского? — вспомнил вдруг Франшику. — Франсиск! Почти мой тезка.
— Теперь ни у тебя, ни у меня не может быть никаких сомнений! — радовался Самюэль. — Ты нашелся! Подумать только, мы считали, что мальчика нет в живых или он где-то далеко, а ты был тут рядышком..
— А что еще там, в сундучке? — отвлекшись от игрушки, спросил Франшику.
— Тут еще много загадок, но теперь мы их разгадаем. А пока потерпи. — Самюэль запер сундучок и поставил его на прежнее место. — Сейчас мы с тобой поедем к старику Кливеру!
* * *
Стоит ли описывать потрясение, которое испытал Бом Кливер, когда Самюэль представил ему мальчика с парусника — живого и здорового? Старик долго не мог поверить Самюэлю и заставлял его многократно повторять, почему тот считает, что Франшику является тем самым мальчиком. Наконец Бом Кливер, у которого камень упал с души, сказал в изумлении:
— Это чудо! Такой маленький мальчик — и выжил в страшном шторме. Ты — избранник судьбы, избранник богов! В нашем народе тебя почитали бы как святого!.. Теперь я понимаю, почему ты так внимательно рассматривал эту старую подзорную трубу. Она принадлежала твоему деду. Бери, теперь она твоя!
Франшику, любовно поглаживая поверхность трубы, пояснил, что ему довелось почувствовать, когда он впервые увидел ее у Кливера:
— Меня будто в жар бросило! Нахлынули воспоминания. Вспомнилось, как дедушка дал ее мне и велел смотреть по сторонам — не видно ли там суши.

— Ну вот, теперь она опять в твоих руках, — сказал Самюэль.
— Да, только я не стану ее брать с собой. Пусть она останется у тебя, Бом Кливер. А я и так уже безмерно счастлив: ведь сегодня я точно узнал, что моя мать жива!
Давай не будем опережать события, — про- явил осторожность Самюэль. — Подождем, что ответит на мое письмо сеньора Мария Соледад.
- Боже мой! Это звучит как музыка: Мария Соледад! Так зовут мою маму! Вы не представляете, что значит прожить столько лет и даже не знать имени своей мамы...

0

33

Глава 7
Франшику овладело такое нетерпение, что он готов был немедленно лететь в Рио на поиски матери. Но предстоящая свадьба Гаспара и затем свадебное путешествие вынуждали Франшику ускорить работу над проектом аквапарка, чтобы обсудить с патроном все необходимые детали до его отъезда. Энергии Франшику и прежде было не занимать, а предвкушение скорой встречи с матерью и вовсе окрылило его. Он с легкостью уговорил Франсуа заняться проектированием ак¬вапарка, хотя прежде тот относился к этой идее с прохладцей.
Несколько суток Франсуа корпел над проектом не разгибаясь, а когда эскизы были вчерне готовы, Франшику показал их патрону. Гаспар пришел в восторг от будущего сооружения и дал Франшику карт-бланш на строительство.
— Значит, ты поручаешь мне заняться этим делом в твое отсутствие? Не боишься, что я подведу тебя? — на всякий случай переспросил Франшику.
— Нет, — смеясь, ответил Гаспар. — Но прежде чем влезть с головой в строительство, ты, я надеюсь, погуляешь у меня на свадьбе. Мы с Эстелой тебя приглашаем.
Аманда, присутствовавшая при этом разговоре, намотала кое-что на ус и, якобы по поручению деда, пригласила на свадьбу Франсуа.
— Вы же теперь в некотором роде компаньо¬ны, — аргументировала она причину приглашения. — Так что дед просто не мог тебя не пригласить. И если ты откажешься, то он может истол¬ковать это неверно.
Франсуа, не проявив должного энтузиазма, все же велел передать Гаспару, что прибудет на его свадьбу, чем несказанно осчастливил Аманду.
А Витор в это время тоже готовился к свадьбе деда, только весьма своеобразно. Вызвав к себе Дави, он спросил, можно ли на того положиться в одном очень серьезном деле. Дави ответил с некоторой обидой:
— Разве у тебя есть причины в этом сомневаться? Я когда-либо подводил тебя?
Нет. Но сейчас я прошу тебя о деле необычном и... тайном. Понимаешь, мой дед совсем выжил из ума. Я давно замечал у него проявления старческого склероза, но сейчас, когда он вознамерился жениться на женщине, которая ему в дочки годится, это стало особенно очевидно. Чтобы удержать ее возле себя, он готов пустить и распыл всю нашу фирму.
— Не похоже как-то на доктора Гаспара, — высказал сомнение Дави. — А в чем это конкретно выражается?
— Ты так говоришь только потому, что не видел его в последние дни. Он очень переменился, поверг, мне. И поэтому я решил подстраховаться. Не хочется быть заложником его безрассудности. Я должен принять меры, пока не поздно, чтобы уберечь предприятие от краха и таким образом сохранить свое наследство и твое место работы.
— Что же ты собираешься предпринять?
— Для начала подготовь мне список всех наших акционеров, за исключением, разумеется, Веласкесов. Я хочу иметь сведения о финансовом положении каждого из этих лиц, владеющих в сумме сорока девятью процентами акций.
— Я соберу эти сведения, — пообещал Дави. — Только не объяснишь ли ты подробно суть своего замысла?
— Пока нет. Но в ближайшее время ты все узнаешь. У меня нет от тебя тайн.
— Так уж и нет? — вырвалось у Дави.
— Ты в чем-то сомневаешься? Говори, не стесняйся.
— Хорошо. Я спрошу напрямик: тебе нравится Оливия?
— Ах вот в чем проблема! — расхохотался Витор. — Да, нравится. Она — прекрасный человек и превосходный специалист.
Не надо, Витор! — одернул его Дави. — Ты ведь понял, что я имел в виду.
- Неужели ты думаешь, что я способен отбить у гебя невесту? Да как тебе в голову могло прийти такое?
- Невесту я, к сожалению, потерял сам, — грустно констатировал Дави. — По крайней мере, так мне казалось до недавних пор. Но сейчас я думаю, что истинная причина кроется не во мне, ни ваших отношениях с Оливией.
' — По-моему, ты спятил, — сказал Витор.
— Нет, я в здравом уме. Жаль, что ты не захотел быть со мной искренним. Но это никак не отразится на моей работе, так что можешь, как прежде, на меня полагаться.
* * *
Дальнейшие события закрутились, как в детективе, где роль сыщика неожиданно выпала Бонфиню. А началось все с того, что он случайно услышал, как Сузана, отдавая Дави какую-то папку, сказала:
— Вот, пожалуйста, данные об акционерах. Полная картотека, как вы просили.
Удивленный, Бонфинь спросил у Дави, зачем тому понадобились сведения, которые не входят в его компетенцию. Дави ответил, что выполняет поручение Витора, чем немало озадачил Бонфиня.
Проанализировав данные картотеки, Дави доложил результат Витору. А тот, похвалив его заоперативность, счел возможным вернуться к недавнему разговору об Оливии:
— Верно ли я понял, что ты отдаешь мне свою бывшую невесту?
Дави стоило большого труда сдержаться, чтобы не ответить ему подобающим образом.
— Прошу тебя только об одном, — сказал он глухо, — не заставляй ее страдать.

0

34

* * *
В тот же вечер Витор нанес визит Оливии, вы¬звав в ее душе странное, неожиданное смятение. Но прежде чем встретиться с ней, Витору повезло услышать очень важную фразу, брошенную Бонфинем жене:
— Изабел, прошу, не отвлекай меня по пустякам. У меня серьезный разговор с Гаспаром. На фирме обнаружились кое-какие проблемы, и я должен посоветоваться с ним, пока еще не слишком поздно.
Никем не замеченный, Витор притаился в прихожей. надеясь услышать, о каких проблемах Бонфинь будет говорить с дедом, но тот, набрав номер, вскоре положил трубку:
—Как назло, его нет дома.
Выйдя из укрытия, Витор нагло спросил, какие дела могут быть у Бонфиня с дедом, который давно уже не занимается фирмой?
Это старое дело, которое осталось не разрешенным еще с тех пор, когда Гаспар работал, — проявил осторожность Бонфинь. — Я что тебя привело к нам?
- Кажется, мне не слишком рады? — беззастенчиво напрашивался на любезности Витор. — И, в общем, пришел к Оливии.
Изабел, услышав это, расплылась в радушной улыбке и с превеликим удовольствием проводила гостя в комнату дочери, а Жанаине велела отнести туда поднос с выпивкой и разными угощениями.
Оливия, понимая всю двусмысленность ситуации, в которой она оказалась, была сдержанной, напряженной, и Витор предложил ей выпить. Она сказала, что вообще пьет очень мало, дав ему повод перейти в решительное наступление:
— Ну да, ты не пьешь, не куришь, ведешь себя всегда очень прилично. Этакая благовоспитанная девушка. Но я уже давно замечаю за тобой один грешок: ты усиленно скрываешь то, что само рвется наружу. Тебя не устраивает Дави, потому что он слишком правильный, слишком предсказуемый, не так ли? А тебе хочется чего-то иного — более страстного и даже в некотором роде порочного!
— Витор, ты не имеешь права так говорить со мной! — залившись краской, попыталась защититься она.
Нет, я хорошо тебя изучил. Ты говоришь одно, а глаза тебя выдают, говоря совсем другое. Ты мечтаешь о мужчине, который вел бы себя с тобой более решительно, чем Дави, — и, не дав ей опомниться, сжал ее в своих объятиях, а затем страстно поцеловал в губы.
Оливия поначалу сопротивлялась его натиску, но в какой-то момент Витор почувствовал, как плечи ее обмякли, а губы сами раскрылись навстречу поцелую. Первый успех придал ему большую уверенность, и он страстно, почти грубо стал срывать с нее платье.
Это отрезвило Оливию. Резко оттолкнув Витора и отпрянув назад, она поспешно стала поправлять платье. А Витор, не давая ей перевести дух, заговорил горячо и взволнованно:
— Неужели ты хочешь свести меня с ума? Тебе нравится мучить мужчин, заставлять их стелиться у твоих ног? Ведь ты вся дрожишь, но не от страха, а от удовольствия! Ты ищешь любви, и любви дикой, грубой, такой, чтобы тебя наизнанку выворачивало от наслаждения! Не упрямься, иди ко мне.
Слушая его, Оливия чувствовала, что каждое произнесенное им слово отзывается в ее теле су¬дорожной вибрацией — непривычно новой, пугающей, но в то же время захватывающей, властно подчиняющей волю и рассудок...
Витор, хорошо понимавший ее состояние, выждал, пока волнение плоти пересилит в ней здравомыслие, и вновь обрушился на бедную неопыт¬ную Оливию с градом поцелуев.
Чем бы все это кончилось, неизвестно, если бы в комнату не вошла Изабел.
— Я принесла вам фрукты, — пропела она елейным голоском, но, увидев смущение дочери,
сделала понимающее лицо и поспешила удалиться: дескать, не буду мешать влюбленным.
— Господи, я, наверное, сошла с ума! — казнила себя Оливия.
— Нет, тебе понравилось! — беспощадно добивал ее Витор.
- Я не знаю, что со мной случилось, — про¬должала она ругать себя.
- А я — знаю! Произошло то, что давно уже Должно было произойти.
- Ничего ты не знаешь! — злясь на него, но прежде всего на себя, решительно заговорила Оливия. — В тебе сочетается все то, что мне неприятно. Ты — просто живое воплощение того муж¬ского типа, который всегда вызывал во мне отвращение. Если есть на свете человек, с кем бы я не хотела иметь ничего общего, — так это ты!
- Невероятно! — насмешливо произнес Витор. — Мне еще никто не говорил такого после поцелуев. Но я не против, меня это возбуждает.
— Ты циник! Господи, какой же ты наглый, дес¬потичный, лживый!..
— И поэтому ты в меня влюбилась? — расхохотался он.
— Нет, просто я на минуту расслабилась. Но впредь ничего подобного не повторится.
— Перестань врать самой себе. Ты же страстная женщина. Ты вся дрожишь, когда я к тебе прикасаюсь, — и он вновь попытался ее обнять, но на сей раз Оливия проявила твердость, грубо оттолкнув его.
— Ладно, не буду настаивать, — отступил он. — На первый раз и этого достаточно. Прощай,
моя любимая! До завтра!

0

35

* * *
После столь успешно проведенного вечера Витору особенно приятно было вызвать к себе Дави и увидеть, как этот неудачник преданно ему служит.
— Хочу услышать твое мнение об одной заметке, которую тебе надлежит разослать во все ведущие издания. Слушай. «Совет директоров судо¬строительной компании «Наве» извещает всех заинтересованных лиц, что распространяемые с недавнего времени слухи о якобы серьезных финансовых осложнениях, поставивших «Наше» на грань банкротства, лишены всяких оснований. Наша компания — одна из тех, кто из года в год имеет прирост по основным экономическим показателям. Положение «Наве» и теперь прочно и стабильно». Ну как?
— Я ничего не понял. Какие слухи о банкротстве? До сих пор мне о них не было известно.
— Ага, значит, теперь стало известно? — захлопал в ладоши Витор. — Именно на этот эффект я и рассчитывал! Сам факт опровержения заставит акционеров подумать, что дыма без огня не бывает. У них начнутся сомнения, и акции упадут в цене.
— Понятно. Только тебе-то зачем это нужно?
- Сейчас поймешь. Итак, котировки упадут, и Сорок девять процентов держателей акций захотят Срочно от них избавиться.
Да, но кто захочет покупать акции убыточной компании? — резонно заметил Дави.
— Ты! — огорошил его Витор.
— У меня нет денег даже на самый малый пакет...
— Зато у меня есть, — не дал ему договорить Витор. — Ты купишь их по минимальной цене на свое имя, а потом передашь весь пакет мне.
— То есть ты хочешь использовать меня как подставное лицо? — возмущенно спросил Дави.
— А разве не ты говорил, что я могу во всем на тебя рассчитывать?
— Да, но я не предполагал, какую аферу ты затеваешь.
— Афера — неточное слово, — поправил его Витор. — Более уместно здесь говорить о страте¬гии. Я уберегу фирму от аферистки, которая прибрала к рукам деда, а ты сможешь неплохо заработать: те деньги, что я тебе выдам на покупку акций, вскоре многократно увеличатся, когда выяснится, что это лишь стратегический ход. Котировки опять вырастут, и часть прибыли я обещаю уплатить тебе.
Дави попросил на размышление полчаса, а затем, стиснув зубы, вошел в кабинет к Витору и дал свое согласие.
  * *
Элена, которую Дави попросил без лишней огласки отпечатать опровержение и разослать в различные издания, была немало озадачена такой просьбой: конфиденциальность просьбы не согласовывалась с публикацией во всех газетах. Посоветовавшись с Сузаной и заручившись ее поддержкой, Элена показала опровержение Бон- финю, а тот, не желая подвести девушек, решил не задавать никаких вопросов Дави, а сразу же стал звонить Гаспару. Однако и на сей раз ему сказали, что сеньора нет дома. Бонфинь расстроился, и его огорчение было бы еще большим, если бы он узнал, что Гаспар попросту велел всем домашним так отвечать на любые звонки, касаю¬щиеся его: не хотел думать ни о чем, кроме предстоящей свадьбы.
Видя странную озабоченность Бонфиня, Дави решил на всякий случай предупредить Витора, что Бонфинь о чем-то догадывается. Витор по¬благодарил его и пообещал взять ситуацию под контроль.
— Я позабочусь о том, чтобы Бонфинь не смог поговорить с дедом, пока тот не уедет в свадебное путешествие. Отныне сеньор Гаспар будет находиться под моим постоянным присмотром.
Однако это не помешало Витору оставить деда без внимания на время свидания с Асусеной. Как всегда в последние дни, они встречались в дюнах и там предавались любовным ласкам. В отличие от того, первого раза Витор теперь был необычайно нежен с Асусеной, и она чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете — Мы непременно будем вместе, — говорил он ей. — Навсегда вместе. И твои родственники поймут, что я не проходимец и не бандит. Они еще ВИДЯТ, как я тебя люблю!
А Бонфинь между тем названивал Гаспару до позднего вечера, но ответ получал все тот же: нет дома. Когда же трубку взял Витор и попросил не беспокоить жениха перед свадьбой, Бонфинь окончательно убедился в существовании сговора между Витором и Дави.
Зато ничего не подозревающий Гаспар поблагодарил внука за понимание и поддержку.
На свадьбу семейство Бонфиня отправилось в полном составе, включая и Адреалину. Гостей там оказалось немного, но атмосфера была волнующей, праздничной, и исходила она конечно же от жениха и невесты, которые выглядели настолько счастливыми, что ни у кого на сей счет не могло возникнуть даже малейших сомнений. Может быть, поэтому здравицы, произносимые в честь новобрачных, звучали с особенной теплотой и проникновенностью.
Витор тоже произнес трогательную речь, со¬рвав аплодисменты гостей и новобрачных, и лихпь дна человека — Бонфинь и Дави — ему не аплодировали. Заметив это, Витор с вызовом посмотрел на Дави — дескать, напрасно ты не разделяешь моего цинизма: мы теперь с тобой в одной упряжке. Затем он демонстративно, получая удовольствие от того, что уязвляет Дави, подошел к Оливии.
— Ты сегодня невероятно красивая! В тебе явно произошла какая-то перемена. В лучшую, разумеется, сторону.
На лице Оливии проступил стыдливый румянец, а глаза озарились светом беззастенчивой ра¬дости.
Чтобы не видеть этого, Дави отошел в сторону. Позже, однако, когда празднество было в самом разгаре, он не удержался и сказал Оливии, что у нее сегодня какой-то особенный взгляд.
— Это на меня так подействовала свадьба, — ответила она. — Видимо, я — романтическая дурочка.
— Жаль, что я этого не понимал раньше. Надо было похитить тебя и увезти куда-нибудь в пустыню или в горы верхом на коне.
— Можно вас прервать? — бесцеремонно вме¬шался Витор. — Чтобы увлечь женщину, не обязательно тащить ее в оазис. Иногда бывает доста¬точно взгляда, прикосновения — лишь бы в под¬ходящий момент. Оливия, можно тебя на минутку? — и, не дождавшись согласия, он взял ее под руку и повел вдоль аллеи.
Несколько шагов Оливия сделала как под гип¬нозом, а затем очнулась и попыталась вернуться к гостям. Витор же крепко удерживал ее за руку.
Отпусти! Слышишь? Убери руку! — потребовала она, и неожиданно получила поддержку со стороны Франпшку.
— Оставь девушку в покое, — сказал тот. — Ты, похоже, азартный игрок, и тебе все равно с кем играть.
— Исчезни, — процедил сквозь зубы Витор. — Мне не хочется портить праздник.
— А ты держись подальше от Асусены!
Пока они обменивались угрозами, Оливия успела уйти в круг гостей.
— Ты никогда не думала, что мы могли бы породниться? — сказала Изабел Летисии, которая выглядела на этом празднике одинокой и держалась чуть отстраненно. — Наши дети — как два голубка.
В ответ Летисия рассеянно кивнула, так и не поняв, о чем ей говорила Изабел.
Франсуа, старавшийся не быть слишком назойливым, все же держался вблизи Летисии, чем доставлял огромную неприятность Аманде.
— Изабел, мне кажется, тебя разыскивает Бонфинь, — соврал он, чтобы избавить от нее Летисию.
— Спасибо, — оценила его поступок Летисия, — Изабел тараторила что-то, а я не располо¬жена сегодня к беседам.
— Прости. Я тоже не буду тебя беспокоить, — поспешил удалиться Франсуа.
— Нет, ты меня неверно понял. В твоем обществе я чувствую себя спокойно.
Изабел пошла искать Бонфиня, но тот был занят разговором с Гаспаром. Правда, разговор у них вышел совсем не тот, на который рассчитывал Бонфинь. Гаспар не хотел ничего слышать о делах фирмы. Тогда отчаявшийся Бонфинь прямо заявил, что Витор совершил подлость, чреватую большим скандалом, а то и крахом всей фирмы.
В тот же момент к ним подошел Витор, все время не спускавший глаз с Бонфиня, и попытался увести деда:
— Тебя ждет Эстела! Она послала меня за тобой.
Расчет его оказался точным: имя возлюбленной подействовало на Гаспара магически.
— Сейчас пойдем. Но прежде я скажу несколько слов моему старому другу, — отойдя с Бонфинем на пару шагов, он раздраженно бросил ему: — Ты не в первый раз пытаешься поссорить меня с вну¬ком. Это печально. Не ожидал от тебя такого.
Он решительно направился прочь, и довольный Витор, положив руку ему на плечо, весело крикнул Эстеле, а заодно и Бонфиню:
— Я веду его! И обещаю, что сегодня он больше не будет отвлекаться на дела.
Бонфинь, понурив голову, побрел к машине и, не сказав никому ни слова, уехал домой.

0

36

Всем привет. Извините за то, что долго не выкладывала книгу - просто не было времени. Для быстроты буду выкладывать в формате фото.

0

37

http://s4.uploads.ru/t/4XilI.jpg

0

38

http://s4.uploads.ru/t/fr8IS.jpg
http://s5.uploads.ru/t/tz6ax.jpg
http://s5.uploads.ru/t/gZXVl.jpg

Отредактировано brunetka (01.07.2013 21:45)

0

39

http://s4.uploads.ru/t/snG1f.jpg
http://s5.uploads.ru/t/sNMx6.jpg
http://s4.uploads.ru/t/sFzZj.jpg
http://s5.uploads.ru/t/lxgmq.jpg
http://s5.uploads.ru/t/GPAY3.jpg

0

40

http://s5.uploads.ru/t/xq6Wd.jpg
http://s5.uploads.ru/t/tjfTy.jpg
http://s5.uploads.ru/t/F2EHt.jpg
http://s5.uploads.ru/t/fF0b3.jpg

+1