www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Тропиканка. Книга 2

Сообщений 1 страница 20 из 104

1

http://uploads.ru/t/q/i/S/qiSvJ.jpg

+1

2

http://uploads.ru/t/X/W/t/XWtRH.jpg

0

3

http://uploads.ru/t/L/J/7/LJ7SA.jpg

0

4

http://uploads.ru/t/3/B/R/3BRr4.jpg

0

5

http://uploads.ru/t/m/c/o/mcoqS.jpg

0

6

http://uploads.ru/t/a/R/z/aRzCu.jpg

0

7

http://uploads.ru/t/n/j/3/nj3pb.jpg

0

8

- Ты очень точно выразился, — подхватил Франсуа, — я, действительно, дальше набросков не пошел. А тебе, по-видимому, очень хочется угодить своему патрону?
— Не только ему, но и Эстеле. Она такая заме¬чательная женщина. Только немного стеснительная. Чувствует себя неловко, входя в семью миллионера.
— Ну вот, Франсуа, — опять включилась Иза- бел, — мы должны поддержать ее, ободрить, чтобы она не чувствовала себя чужой в нашем обществе!
— Я согласен с Франшику, — сказал Фран¬суа, — Эстела, действительно, очень милая женщина. Только тут есть еще одно обстоятельство — мои натянутые отношения с семьей Веласкесов.
— Матерь Божья! — воскликнула Изабел. — Ты испортил отношения с Веласкесами? Да как тебе это удалось при твоем-то ангельском характере?
— Не такой уж я ангел...
— Он наговаривает на себя, не верьте ему, донна Изабел, — принялся защищать друга Франшику. —- Кстати, это был бы неплохой повод дока¬зать всем, что Франсуа ничего не имеет против Гаспара.
— А разве кто-то в этом сомневается? — чересчур заинтересованно спросила Изабел, надеясь услышать нечто скандальное.
— Нет, никто не сомневается, — поспешил внести ясность Франсуа. — Просто Летисия Веласкес, увы, не испытывает ко мне таких же неж¬ных чувств, как я к ней.
      — Ах, какая жалость! — всплеснула руками Изабел. — А я так надеялась! Вы могли бы стать чудесной парой... Но одно другому не мешает, правда ведь? Ты напишешь портрет Эстелы втайне и от Гаспара, и от Летисии. Я об этом позабочусь. Ну сделай это для меня, Франсуа. Нам с Бонфинем очень хочется устроить Гаспару приятный сюрприз...
Она произнесла еще немало проникновенных слое, прежде чем Франсуа согласился, и, довольная одержанной победой, помчалась к Витору.
— Я восхищен вами, донна Изабел! — не поскупился тот на лесть. — Надеюсь, вы не упоминали моего имени? И объяснили, что Гаспар ничего не должен знать?
— Конечно! Я сделала так, как мы договорились. А скажи, что там произошло между Франсуа и твоей матерью? Они поссорились?
— Нет, ничего особенного. Вы же знаете мою маму — ей трудно угодить.
— Да, это уж точно. Франсуа — такой красавчик и человек замечательный. Не знаю, чего ей еще надо.
- Не расстраивайтесь, донна Изабел. Если им суждено быть вместе, то когда-нибудь это случится. Лично мне Франсуа очень нравится.

Уговорить Эстелу оказалось едва ли не сложнее. чем Франсуа. Но, взявшись за это, Витор отнюдь не уступал в напористости Изабел, а потому и добился, в конце концов, успеха. Главный упор он сделал на то, что идея с портретом будто бы принадлежит Бонфиню и его жене, а Витор очень их уважает и не может им ни в чем отказать.
— Странная идея, — сказала Эстела, — но Бонфиню, увы, я тоже не могу отказать. Он так много сделал для нас с Гаспаром.
Таким образом, согласие и модели, и художника было получено. Теперь Витору надо было только следить за развитием событий, чтобы вовремя направить их в нужное русло.

Отредактировано brunetka (24.04.2012 20:23)

0

9

***
Мануэла, напуганная недавним побегом отца, глаз с него теперь не спускала и то же самое велела делать Питанге. К их удивлению, неудачная по¬пытка Кливера бежать из дома не расстроила его, а, наоборот, вроде бы даже улучшила ему настро¬ение. В последние дни старик заметно приобод¬рился и словно бы помолодел. Но однажды бди¬тельная Питанга застала его за крамольным заня¬тием: дед собирал походную сумку.
— Ты опять вздумал бежать? — набросилась она на Кливера, однако тот сказал, что просто со¬бирается на прогулку по окрестностям, и не один, а с Самюэлем.
— Дедушка, скажи правду: дон Самюэль берет тебя в море?
— Не знаю, может быть, — загадочно произнес Бом Кливер. — Только не говори об этом матери, а то она будет волноваться.
— Я тоже хочу! Возьми меня с собой, дедушка! Дон Самюэль не станет возражать, если ты его попросишь.
— Нет, ни в коем случае! — испугался Кли¬пер. — Еще не известно, повезет ли Самюэль меня, не говоря уже о тебе.
Приехавший вскоре Самюэль сказал, что всего лишь покатает старика вдоль берега на «джипе», а Питанга не поедет с ними, потому что должна помогать матери в баре.
— Постойте, — вмешалась Мануэла, — а зачем отцу в таком случае подзорная труба?
— Ну как зачем? Чтобы смотреть в морскую даль, — пояснил, хитровато усмехаясь, Самюэль.
Пообещав Мануэле вернуть Кливера в целости и сохранности, он поехал к старому заброшенному причалу, где заранее припрятал шаланду.
— Я полагаю, нам лучше отплыть отсюда, без свидетелей.
— - Как здорово! — обрадовался счастливый Клипер. — Пахнет морем, рыбой!.. Я уж и не думал, что когда-нибудь выйду в море.
- Для начала мы возьмем курс к тому месту, где когда-то нашли парусник, — сказал Самюэль — Если женщине удалось спастись, то, зна¬чит ее подобрал кто-то из тамошних жителей. Вот их мы и будем расспрашивать.
- Столько лет прошло, — с сомнением покачал головой Бом Кливер. — Вряд ли кто теперь может вспомнить, что было двадцать лет назад.
- Ты не прав, старик, парусники ведь терпят Крушение не каждый день. Такие события запоми- наются надолго.
И действительно, в первом же доме, куда они постучались, их ждала удача. Хозяйка дома, ста¬рая донна Дивина, не сразу, но все же призналась, что своими руками выхаживала ту женщину с па¬русника после кораблекрушения.
— А ребенок? Вы ничего не знаете о ее ребен¬ке? — спросил Самюэль.
— Нет, она сама его долго искала. Письма пи¬сала мне и даже приезжала сюда потом — с по¬дарками.
— Мы тоже привезем вам подарки, если вы да¬дите нам ее адрес, — пообещал Самюэль.
Бом Кливер так волновался, что за все время не проронил ни слова, и лишь уходя осмелился спросить, почему донна Дивина была с ними так неприветлива поначалу.

0

10

— Я приняла вас за разбойников, — призна¬лась та. — А потом, когда вы стали спрашивать о паруснике, подумала, что вы из полиции. Здесь после кораблекрушения побывало много полицей¬ских, и все нас в чем-то подозревали. Вот я и ре¬шила на всякий случай помалкивать.
— Если нам удастся найти женщину и ребенка, мы к вам обязательно приедем, — сказал Самю¬эль. — Так что запомните нас и в следующий раз
не принимайте за разбойников.

                                                                                           * * *
Пока Самюэль путешествовал со старым моря¬ком Кливером, в поселке произошло событие чрез-
вычайное, немыслимое для здешних мест: Серена прогнала из дома Рамиру.
Выяснилось это утром, а накануне вечером суп¬руги, чего с ними уже давно не бывало, долго си-дели на террасе своего дома и глядели на звезды, на восходящую луну.
- Сегодня полнолуние... — сказала Серена.
- — Да, — тихо откликнулся Рамиру. — Если бы я сейчас находился в море, то это была бы беспо¬койная, печальная ночь. Я думал бы, как тебе оди¬ноко здесь.
- Но сейчас ты не в море, — ласково погла- дила его по плечу Серена, и он, крепко прижав ее к себе, зашептал со все более нарастающей страстью:
Скоро опять в плавание... Я хочу взять с собой твой запах, твои ласки... Там их не будет.
Рамиру, перестань, дети еще не уснули.
- Нет, они уже видят сны о своем будущем. Когда - нибудь они будут жить в своих семьях, а мы с тобой останемся вдвоем.
- И я буду любить тебя, ни на кого не оглядываясь,  даже на наших детей.
- Я тоже буду любить только тебя, Серена! — клятвенно произнес Рамиру. — Днем и ночью, утром и вечером. Всегда. До последнего вздоха.
Соскучившись по его ласкам, по его нежным
словам, Серена вся подалась навстречу мужу, и они жадно припали друг к другу.
А потом была долгая жаркая ночь, и в порыве
страсти Рамиру внезапно выдохнул: «Летисия! Летисия!..»
Серена сжалась, как от удара плетью, но Рами¬ру этого даже не заметил, мгновенно погрузив¬шись в блаженный, безмятежный сон.
Утром его разбудил Кассиану, который искал по всему дому кофе.
— Ты случайно не знаешь, где мать его хра¬нит? — обратился он с вопросом к отцу.
— А где Серена? Разве она не приготовила за¬втрак?
— Ее нет дома. Надо будить Асусену, а то мы останемся голодными.
— Странно, куда же могла уйти Серена так рано? — недоумевал Рамиру.
— Может, у нас кончился кофе и она пошла к донне Эстер одолжить? — предположила проснув¬шаяся Асусена.
Однако у Эстер Серены не оказалось, как и не оказалось «джипа» на привычном месте. Обеспо¬коенный, Кассиану хотел уже идти на поиски ма¬тери, но Рамиру его остановил:
— Если она уехала на машине, то пешком ты ее не догонишь.
— Но ты знаешь, куда она могла поехать? Между вами вчера что-то произошло? — не уни¬мался Кассиану.

0

11

— Да, произошло, — благодушно улыбаясь, сказал Рамиру. — И это было просто замечательно!
— Так, может, она помчалась в город, чтобы ку¬пить тебе подарок? — пошутил Кассиану.
Все может быть, — загадочным тоном про¬изнес Рамиру, чем и успокоил детей, решивших, что у отца с матерью какие-то свои тайны. Асусена уже собралась идти в школу, а Кассиану — строить лодку, когда у дома остановился «джип».
— Мама! — воскликнула Асусена и помчалась ей навстречу.
Кассиану и Рамиру тоже вышли на террасу. То, что они увидели, заставило их остолбенеть: лицо Серены было в ссадинах, а платье — пере¬пачкано кровью.
— Ты попала в аварию? — бросился к ней Ра¬миру, опомнившись первым.
— Нет, — холодно отстранила его Серена. — Я привезла тебе ветки, чтобы ты мог сладить крышу над головой. Колья вырубишь сам и построишь такую же хижину, как ту, что я сейчас сожгла. Ничего, Рамиру Соарес, ты сумеешь отстроить ваше любовное гнездышко.
Он, не сказав в ответ ни слова, сел в «джип» и уехал неизвестно куда. V.
А Кассиану помог матери войти в дом, наказав Асусене срочно найти бинт и перевязать раны. Се¬рена, однако, воспротивилась:
— Ничего не надо делать, сынок. Ты прав, я вся в ранах. Но эти раны не снаружи, а внутри, в моей душе. И пока они не заживут — бинты мне помочь не смогут. Оставьте меня, пожалуйс¬та, одну. Я должна прийти в себя после всего, что случилось.
— Но что случилось, мама? Скажи нам, — взмолилась Асусена.
— Оставь ее, — строго сказал Кассиану. — Не видишь разве, в каком  она состоянии?
Полдня Серена провела запершись в спальне, а затем домой вернулся Рамиру и потребовал от¬крыть дверь. В «джипе», кстати, веток уже не было. Из спальни не доносилось никаких звуков, и Кассиану испугался, что мать может наложить на себя руки.
— Я не позволю ей этого сделать, — заявил Рамиру, взяв в руки топор. — Серена, если ты стоишь у двери, то лучше отойди, потому что я сейчас ее высажу.
— Не стоит, — подала наконец она голос. — Я сама открою. Вот, возьми. Это узел с твоим барах¬лом. Убирайся из дома, Рамиру!
— Какая муха тебя укусила? С чего ты вдруг взбеленилась? — пытался он угомонить жену.
— Я больше не обязана перед тобой отчиты¬ваться. Ты свободен, и я свободна.
— По-моему, ты спятила.
— Нет, я никогда еще не рассуждала так здраво, как сейчас, — возразила Серена.
— Но не можешь же ты выгнать меня из дома, даже не объяснив причины!
— А ты можешь жить с одной женщиной и ду¬мать о другой? Ты предал меня! Сломал мне жизнь! Я думала, что муж меня любит, а он все эти годы любил другую!
— Серена, о чем ты? Вчера у нас все было так хорошо!

0

12

— Нет, это не со мной ты ложился в постель, не меня ласкал. Ты думал в это время о Летисии, произносил ее имя. Конечно, твой выбор оправдан: она нежнее меня. Ее руки не огрубели от стирки и не пахнут луком, как у меня. Ведь я сама готовлю еду нашим детям. Морская вода просолила мои полосы, а ветер спутал их. Солнце сожгло и высу¬шило мою кожу. От бессонных ночей, когда я по¬могала тебе чинить снасти, у меня появились мор¬щины. Я представляю, как тебе тяжко ложиться в постель со мной, а думать о ней... О шелковом белье, дорогих духах, белой коже...
— Серена, хватит! — Рамиру попытался обнять ее, но она, резко оттолкнув его, продолжала:
— Сегодня ночью ты так ясно произнес ее имя — в постели, которая была нашей всю жизнь!.. Нет, я больше не намерена делить тебя с Летисией. Уходи к ней. Сделай, наконец, то, о чем мечтал всегда, но не отваживался на такой посту¬пок. Отстрой вашу хижину и живи там со своей возлюбленной!
Серена, все совсем не так, как ты гово¬ришь, — не терял надежды успокоить ее Рамиру.
Я говорю то, что есть на самом деле. Можешь уходить. Или ты боишься, что она долго не выдер¬жит? Ведь ее дом тоже пропахнет рыбой...
Перестань! — гневно одернул ее Рамиру. — не надо так со мной говорить, а не то я...
Плевать мне на твои угрозы и на тебя! Прочь из моего дома, из моей жизни! Уходи и никогда больше не возвращайся.
Он, держась из последних сил, еще раз попро- бовал  пробиться к ее сознанию:
— Все, что мы пережили в этом доме, не было Ложью. Я любил тебя.
— Это я тебя любила, только я! А ты меня — нет! Но теперь я усвоила урок и научусь любить себя, чего бы мне это ни стоило. А ты... Будь муж¬чиной, не затягивай наше прощание. Не рви по¬напрасну душу себе и мне.
Рамиру тяжело вздохнул и, взяв узел с одеждой, молча направился к выходу.
— Бог свидетель, я пытался, — сказал он, ос¬тановившись у распахнутой двери. — Но раз уж ты этого хочешь, то пусть так и будет. Прощай, Серена Соарес!
— Я больше не Соарес, — крикнула ему вдо¬гонку Серена. — Пусть теперь она носит твою фамилию!
Закинув вещи в «джип», Рамиру уже собирался отъехать, но ему преградили дорогу Асусена и Кассиану.
— Мы не позволим тебе уехать, отец, — сказали они в один голос.
Рамиру пришлось выключить мотор и выйти из машины. Обняв детей, он отвел их поближе к дому и наказал Кассиану заботиться о сестре и о матери.
— А о себе я позабочусь сам, — добавил он глухо.
Когда «джип» скрылся за поворотом, Кассиану и Асусена бросились в дом к матери. Туда же устремилась и потрясенная Эстер, но Серена попро¬сила оставить ее наедине с детьми.
Теперь ты единственный мужчина в доме, — сказала она Кассиану. — Тебе придется выходить в море, чтобы кормить семью. А мы с Асусеной будем тебе помогать. Я буду вести дом, как и преж¬де. А Асусена после школы станет собирать ракушки... Да, ракушки. Мы будем делать из них бусы, мотом продавать... В моем доме никто не будет голодать.
- Мама, значит, отец нас бросил? — спросил Кассиану. — Он не должен был так поступать! Я поговорю с ним...
- Займись лучше своей лодкой, — остановила его Серена. — Она нам теперь особенно нужна. А мне пора готовить обед.
- Мама, но неужели же отец... — со слезами на глазах молвила Асусена, — нас предал?
- Послушайте меня, дети, — строго сказала Серена. — Я не хочу, чтобы вы отвернулись от Рамиру. Он — ваш отец и останется им навсегда. Если мы с ним не ужились, так это касается только нас двоих. И если я больше не могу любить и уважать нашего отца, то вы должны любить и уважать но, как прежде. Вот так. А сейчас давайте займемся делами.

0

13

Глава 3

Приподнятое настроение Самюэля сразу же улетучилось, как только он появился в поселке, потому что его, во-первых, отчитала Мануэла — за слишком долгое отсутствие старого Кливера, а во-вторых, Эстер — за то, что покинул дом в самый неподходящий момент, когда их соседи и друзья вздумали вдруг развестись. Понукаемый женой, Самюэль тотчас же отправился к Серене, хотя и понимал, что вряд ли его советы могут быть сейчас уместны.

— Я больше не могла терпеть, — сказала ему Серена. — Призрак этой женщины всегда стоял между нами.

— Ты очень точно выразилась: призрак! Так надо ли ломать жизнь из-за какого-то призрака? Я совсем недавно говорил с Рамиру — он был решительно настроен на то, чтобы жить с тобой и не вспоминать о Летисии.

— Возможно, он и хотел, да у него не получилось... У меня вот тоже не получилось, хотя я депала все возможное, чтобы завоевать его любовь. Жила только для детей и Рамиру, а на себе уже давно поставила крест. Теперь все кончено. Я не чувствую ни боли, ни ненависти. Внутри у меня одна пустота.

-  Я поговорю с Рамиру, — вставил Самюэль, поиимая, что должен хоть чем-то утешить эту женщину.

- Нет, не надо, прошу тебя! Я найду в себе силы пережить это. Мир ведь не рухнул с уходом Рамиру. И у меня впереди еще полжизни.

- Ты удивительная женщина, — взволнованно произнес Самюэль. — А этот упрямец... Он все равно вернется.

- Если такое когда-нибудь случится, то ему придется быть только моим! А способен ли он на это — одному Богу известно.

0

14

* * *

Рыбачий поселок буквально гудел, пересказывая на все лады то, что произошло в семействе Соаресов, и не находя этому объяснения. О тайной любви Рамиру знали только Самюэль и Эстер, но они умели молчать. Вообще же, в этом поселке не принято было сплетничать, и о Соаресах говорили не на желания посудачить или позлорадствовать, к и л сочувствия и желания понять, что заставило разойтись двух всеми уважаемых людей, которые прожили имеете долгую жизнь и, казалось, были созданы друг для друга.

Недоуменные сочувственные взгляды не раз ловила на себе и Асусена, отчего ей становилось невыносимо больно, и она в который раз просила мать объяснить, почему они с отцом расстались. Серена же на все вопросы отвечала односложно: «Это наше с отцом дело». Так же она вела себя и с сельчанами, которые при виде ее, как правило, умолкали, не смея о чем-либо спрашивать или давать ей какие-то советы.

Мужество Серены восхищало рыбаков и рыбачек. Уже на следующий день после разрыва с Рамиру она устроила у себя в доме нечто вроде артели по изготовлению бус из ракушек. Кроме нее самой и Асусены, в эту артель вошли Эстер, Далила, а также несколько местных девчонок и молодых женщин. Объясняя им, что и как нужно делать, Серена держалась молодцом, ни один мускул не дрогнул на ее лице, ни одна печальная интонация не прорвалась в ее голосе.

Зато Асусена просто сгорала от стыда, не зная, куда девать глаза.

— Мне трудно в их присутствии, — жаловалась она брату. — Что они все о нас думают? Ведь до сих пор в поселке никто не разводился.

— Мне тоже многое непонятно, — говорил Кассиану. — Я догадываюсь о причине их ссоры, но все равно не могу поверить, что это всерьез. Они же клялись перед священником!.. Пожалуй, я все-таки разыщу отца и попрошу его вернуться домой.

0

15

* * *

Рамиру он нашел на берегу, неподалеку от поселка.

Ты что, решил поставить здесь хижину?

— Да, — ответил Рамиру, не оборачиваясь, продолжая истово работать топором.

Думаешь, твоя миллионерша станет здесь с тобой жить? Откажется ради тебя от своих хором?

— Не лезь не в свое дело, Кассиану.

- То же самое мне говорит и мать, но это ведь не только ваше дело. Мы с Асусеной тоже имеем право знать, из-за чего вы поссорились. Мы хотим, чтобы ты вернулся домой.

— Что ж, я тебе отвечу, — отложив в сторону топор, Рамиру впервые прямо посмотрел сыну в глаза. — Та миллионерша, как ты выразился, не имеет никакого отношения ни к моему уходу из дома, он к этой хижине. Просто я хочу иметь хоть какое- то укрытие от дождя и ветра. А домой не вернусь! Я — не трусливая собачонка, которую
Можно пинками вышвырнуть из дома, а она все равно приползет обратно, поджав хвост.

- Ты упрямец, каких свет не видывал! — с досадой бросил Кассиану.

- Нет, дело не в моем упрямстве, а в том, что твоя мать абсолютно права: я заслужил это. Да, сынок, к сожалению, я во многом виноват. Но если ты хочешь мне помочь, то, будь добр, принеси сюда мои ящик с инструментами. Я без них как без рук.

0

16

* * *

Вернувшись ни с чем от отца, Кассиану решил откровенно поговорить с матерью, надеясь если не разжалобить ее, то хотя бы заставить усомниться в правильности такого чудовищного поступка.

— Пойми, отец глубоко страдает. Его, мужчину, выперли из дома!

— Не думала, что он станет настраивать вас против меня, — с горечью молвила Серена.

— Да не настраивал он меня против тебя! Просто ты заблуждаешься так же, как когда-то заблуждался я. Признаюсь, было время, когда я отца ненавидел. Ты удивлена? Да, мама, я все знаю про ту дамочку — миллионершу. Сам застал их однажды целующимися. Но это было давно. Теперь у отца с ней все кончено.

— Ты видел их вдвоем?.. — не смогла скрыть своего ужаса Серена.

— Да,.видел, как он целовал в дюнах мать Витора.

— Мать Витора? — эхом повторила вошедшая в комнату Асусена. — Так вот в чем дело! Вот почему вы запрещали мне видеться с Витором!

— Асусена, успокойся, это было давно, — пытался исправиться Кассиану. — Но мама не верит отцу, потому и выгнала его.

Он говорил еще что-то, но ни мать, ни сестра его не слышали. Асусена сквозь рыдания повторяла только одно: «Это нечестно, вы не имели права!..» А Серена, впервые за последние дни потеряв самообладание, глухо твердила: «Значит, они сайком встречались в дюнах, а я ничего не знала!

Какой подлец! Какой подлец!..»

0

17

* * *

Инструменты Рамиру вызвался отвезти Самюэль, и Кассиану уступил ему в этой просьбе — пусть поговорят по-мужски, может, хоть старого друга отец послушается.

Самюэль, однако, не собирался тащить Рамиру обратно любой ценой. Он хотел понять, что произошло между Соаресами во время его отъезда. Ведь Серену нельзя упрекнуть в легкомыслии — гели уж она так решила, то наверняка у нее была веская  причина. Все это он и сказал другу, когда они встретились.

- Хочешь знать, что произошло?.. — в раздумье произнес Рамиру. — Прости, но я боюсь, что далее ты, со своей мудростью, не сможешь этого ни понять, ни объяснить. Потому что, когда речь заходит о любви, логика оказывается бессильна.

- Да. все так, согласно кивнул Самюэль. — Но истинный друг всегда сможет найти верные
слова, чтобы помочь тому, кто страдает от любви.

—  Тогда скажи эти слова, Самюэль! Ты же мой самый лучший друг и можешь говорить всю, даже самую горькую правду. Давай выкладывай. Не стесняйся.
Говоря это, Рамиру и в самом деле надеялся, что, может быть, Самюэль действительно придумает нечто особенное и тем самым разрешит кажущуюся неразрешимой проблему. Но тот лишь печально развел руками:
— Единственное, что я могу тебе сейчас посоветовать, так это взять вон тот тесак из ящика. И еще — могу помочь построить твою хижину.

0

18

* * *

Как Далила ни отговаривала подругу идти к Витору и выяснить, знал ли он об отношениях Рамиру и Летисии, Асусена была непреклонна.

— Тогда я пойду с тобой! — заявила Далила. — А то ты можешь наделать глупостей.

Витора, однако, в офисе не оказалось, зато там была Летисия. Завидев ее, Далила тотчас же затащила Асусену в кабинет к брату, но Летисия успела заметить девушек, а Сузана сказала ей, что они искали Витора.

— Пусть Дави зайдет ко мне, когда проводит гостей, — распорядилась Летисия.

Дави тоже поинтересовался, что привело сюда сестру и ее подругу.

— Да вот Асусена хотела повидать Витора. У нее проблемы.

— Прошу тебя, Далила!.. — воскликнула та, и Дави наконец заметил, что она очень взволнована.

— С тобой все в порядке? — спросил он у Асусены.

— Далила, пойдем отсюда! — взмолилась та, и слезы брызнули из ее глаз. — Я не могу с ней встречаться!

— Да, нам лучше уйти, — согласилась подруга. — Прости нас, Дави.

— Но объясни, что у вас случилось!

— В поселке происходят странные вещи, — <>росила на ходу Далила. — Родители Асусены разошлись!..

Именно эту новость Дави и выложил Летисии, когда зашел к ней в кабинет.

- Боже мой! Невероятно! — ошеломленная Ле-гпеия даже не пыталась скрыть свою растерянностъ. — Что же там могло произойти?

- Не знаю. Я не стал расспрашивать Асусену, она и так плакала. Но у нас в поселке просто так не расходятся. Видно, у дона Рамиру появилась другая женщина. Потому что донна Серена, по-моему, не способна изменить мужу.

- Ладно, Дави, оставим эту тему, — взяла, наконец, себя в руки Летисия. — А если Асусена опять придет к Витору, поставь меня в известность. Я хочу с ней поговорить. Кстати, ты не знаешь, куда запропастился Витор?

0

19

***
Ответить на вопрос Летисии не мог никто, потому что Витор никого не оповестил, отправляясь к Эстеле. Едва ли не каждый день он под тем или иным предлогом встречался с ней, разумеется, тайком от деда. С тех пор как она стала позировать Франсуа, ее беседы с Витором неизменно касались этой темы. Эстелу такая ситуация до поры до времени забавляла.

— Мы ведем себя как настоящие заговорщики, — смеялась она.

Однако Гаспара постепенно стали раздражать ее странные исчезновения и еще более странные отговорки: ходила по магазинам, гуляла по городу. Прежде она не любила гулять одна, не любила и посещать магазины. Да и покупок в доме не прибавилось, что выглядело уж совсем подозрительным.

Некоторое подтверждение своим самым худшим догадкам Гаспар получил, увидев в окно, как к дому подъехала машина Франсуа и из нее вышла Эстела.

— Где ты была так долго? — спросил он, стараясь сохранять хладнокровие.

— Да так, прошлась по магазинам, — не слишком уверенным голосом произнесла она. — Но ничего интересного мне так и не попалось.

— Ты в этом уверена? — решил все-таки докопаться до истины Гаспар, и Эстела поняла, что завралась.

— Вообще-то я и сама не знала, что ищу, — сказала она. — Блуждала там без цели, пока не устала. Хорошо, что встретила Франсуа и он меня подвез на машине.

— Ну, слава Богу, — облегченно вздохнул Гаспар. — Сама сказала... Понимаешь, когда я увидел вас двоих из окна!.. Я очень испугался, Эстела.
— Чего ты испугался? Ну, говори, о чем ты полу мал, когда увидел нас вдвоем? Или нет, лучше не отвечай! Лучше я притворюсь, будто ничего не поняла.

— Эстела, не сердись на меня, ради Бога, — обнял ее Гаспар. — Ты такая красивая! Конечно же я ревную.

Примирение их было бурным и счастливым. Однако Гаспар не стал больше искушать судьбу и предложил завтра же подать документы на регистрацию брака. Эстела не возражала, только, смущаясь, сказала, что хотела бы сохранить за собой свою прежнюю фамилию. Гаспару это не очень понравилось, но он вынужден был согласиться, сказав, что «Эстела Маркес» — тоже звучит неплохо. Затем они стали думать, где им лучше провести свой, теперь уже официальный, медовый месяц, и остановились на Италии, потому что Эстеле хотелось побывать в знаменитом театре «Ла Скала».

А потом Гкспар ушел по делам, и, как всегда, в его отсутствие приехал Витор. Эстела сказала ему, что завтрашний сеанс у Франсуа придется отложить, так как в это время они с Гаспаром понесут документы в мэрию.

- Уговори его перенести ваш поход на послезавтра, — требовательно произнес Витор.

— Нет, я не смогу...

- Ты не хочешь сделать деду сюрприз? Ведь сейчас дорог каждый день! Франсуа может не успеть с портретом к вашей свадьбе.
— Но я же не могу этого сказать Гаспару! Он и так уже ревнует меня к Франсуа. Вчера увидел, как тот подвез меня на машине, и устроил сцену ревности.

— Это просто замечательно! — вполне искренне заявил Витор. — Пусть ревнует. Тем более приятным будет для него наш сюрприз. В общем, поступим так: я сам поговорю с дедом и попрошу его подождать до послезавтра.

* * *

Вернувшись в офис, он узнал от Сузаны, что его совсем недавно разыскивала Асусена, и тотчас же помчался вслед за ней.

«Джип» Далилы ему удалось настичь почти у самого поселка. Витор лихо обогнал его и резко затормозил, преградив дорогу Далиле. Асусена выпрыгнула из «джипа» и в одно мгновение оказалась рядом с Витором.

— Как хорошо, что ты здесь! Мне нужно с тобой поговорить!..

Далила напрасно пыталась до нее докричаться — Асусена, даже не оглянувшись, укатила вместе с Витором в дюны. А там она дала волю слезам, выплакав их на плече у своего возлюбленного.

— Ну вот, теперь ты поняла, почему они так с нами обошлись, — гладя ее по волосам, говорил Витор. — Твой отец и моя мать любили друг друга, но расстались из-за дурацких предрассудков. И теперь хотят, чтобы мы с тобой повторили  их печальный опыт. Но им это не удастся! Я никому не позволю распоряжаться моими чувствами! И твоими тоже. Мы всегда будем вместе, да? Против всех и вся. Нам больше никто не помешает, да? Повторяй за мной: нам больше никто не помешает.
— Да, Витор, да!

0

20

Глава 4
Утром следующего дня Гаспар заехал к Лети- сии, желая поделиться с ней своей радостью: наконец-то они с Эстелой идут в мэрию, чтобы подать заявление о регистрации брака. Летисия поздравила его и стала расспрашивать, когда они намерены устроить свадьбу, а Витор, воспользовавшись этим, вышел в другую комнату и позвонил Эстеле.
—Ну все, я договорился с дедом. Ты можешь спокойно ехать к Франсуа. И не волнуйся: я придумал вполне правдоподобную причину. Скажешь, что для визита в мэрию тебе потребовалось какое- то необычное платье, которое ты и искала в магазинах.
. Вернувшись в гостиную, он сообщил деду, что звонила его невеста.
—Почему ты меня не позвал к телефону? — рассердился Гаспар.
—Я сказал, что ты пьешь кофе, а она не захотела тебя отрывать от столь приятного занятия.
—Сейчас я ей перезвоню.
- Нет, она звонила не из дома, а с улицы. Просила передать, что у нее появились какие-то срочные дела, поэтому она не сможет сегодня пойти в мэрию.

—Какие у нее могут быть дела? —- пришел в  недоумение Гаспар. — В Форталезе она никого не знает.

—Да не расстраивайся ты из-за пустяка, — подлил масла в огонь Витор, весьма довольный содеянным. — Ну подумаешь, решила прогуляться по магазинам...

—В такой день?! — возмутился Гаспар, чем доставил неописуемое удовольствие внуку.

—Да ты никак ревнуешь? — продолжал куражиться Витор. — Боишься, что ее может увести какой-нибудь молодой красавчик?

—Нет, ревность здесь ни при чем. Я вовсе не подозреваю Эстелу, а просто... переживаю за нее.

Говоря это, он тем не менее ясно увидел перед собой улыбающегося Франсуа, когда тот, прощаясь с Эстелой, приветливо махал ей рукой. Кровь яростно закипела в жилах Гаспара, и только присутствие дочери и внука заставляло его сдерживаться.

А Витор отнюдь не собирался останавливаться на достигнутом, беспощадно добивал деда:

—Это хорошо, что ты не ревнуешь. А то бы я с тобой сейчас начал ругаться. Эстела — такая молодая, красивая, умная, и вот влюбилась в человека намного старше себя. Да за это ты должен кланяться ей в ноги. Наверняка у нее было немало поклонников, но ты один сорвал весь банк, так что успокойся. К тому же ты сам говорил, что здесь у нее нет знакомых мужчин...

—Да-да, — рассеянно пробормотал Гаспар и стал поспешно прощаться. — Мне еще надо встретиться с Франшику, я уже и так опаздываю.

Выйдя из дома, он велел Плиниу немедленно ехать на виллу Франсуа и привезти оттуда Франшику. Шофер был удивлен таким указанием и далее счел для себя возможным заметить, что патрон чересчур балует этого парня.

—Ну, если быть откровенным, — смущаясь, сказал Гаспар, — то у меня к тебе более деликатная просьба. Франшику — только предлог, его ты там не найдешь, потому что мы через десять минут встретимся с ним совсем в другом месте.

—Простите, но я ничего не понял, — признался Плиниу.

—Тебе и не надо ничего понимать, — раздраженно ответил Гаспар. — Просто выполни то, что я прошу. Поезжай к Франсуа, скажи ему, что я послал тебя за Франшику. А сам постарайся все внимательно рассмотреть там... Может, увидишь что-нибудь интересное.

—И все равно я ничего не понял, — совсем расстроился Плиниу. — Прямо шарики за ролики заходят.

—К сожалению, я не могу объяснить тебе подробнее, — сказал Гкспар. — Поезжай, а потом все расскажешь мне. Но больше — никому ни слова! Это должно остаться между нами.

0