www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Реванш

Сообщений 41 страница 50 из 50

41

А сколько всего глав в этой книге?

0

42

Moi samui lubimui venesuelskii serial! Ya ego peresmatrivala ne odin raz. A odnu iz knig "La revancha", kotoruu ya kupila SRAZU V DVUH ekzemplyarax!!!, ya zachitela do sostoyaniya "mochalki" - kniga prevratilas' v "trypku" ot moego pere-pere-chituvaniya

0

43

Fiella написал(а):

А сколько всего глав в этой книге?

Всего 67 глав в  книге.

Отредактировано Andreína (03.07.2010 00:36)

0

44

Глава 60

Весь следующий день после попойки у отца Рейнальдо тоже пил, только дома. Молча сидел за столом, опустошая одну бутылку за другой, и слезы, которых он, впрочем, не замечал, стекали по его лицу.
Энкарнасьон и Мерсе пытались выяснить у него, что случилось, отчего он так мается, но Рейнальдо лишь просил оставить его в покое. Когда же Мерсе, ласково прикоснувшись к нему, предложила вместе отправиться в постель, Рейнальдо вдруг словно протрезвел.
- Мне надо с тобой поговорить! – решительно произнес он. – Мы должны расстаться, Мерсе! Прости, я понимаю, что делаю тебе больно! Ты всегда была рядом, когда я в тебе нуждался! Ты любишь меня, я это знаю! И потому хочу быть с тобой искренним. Хочу, чтобы ты встретила человека, который бы тебя тоже любил!
- Нет, Рейнальдо, нет! – в ужасе воскликнула Мерсе. – Не оставляй меня, не прогоняй!
- Я вовсе тебя не прогоняю. Ты можешь остаться здесь, в этой квартире, а мы с Энкарнасьон уйдем. Поверь, так будет лучше для всех!
- Ты собрался уйти к ней? К Мерседес Ферейре? Признайся!
- Мерсе, я прошу тебя не обсуждать больше мое решение. Мы расходимся, и все!
Рейнальдо наполнил и залпом выпил очередную рюмку, а Мерсе, пошатываясь от бессилия, обиды и рыданий, побрела в свою комнату.
Утром Энкарнасьон обнаружила ее без чувств. Рядом, на тумбочке, лежал пустой пузырек от снотворного.
Медицинская помощь, однако, подоспела вовремя, и, когда опасность для жизни Мерсе миновала, Рейнальдо отправился к Мерседес.
- Я порвал с Мерсе, моя светлая! – сказал он. – В том, что она хотела покончить с собой, нет моей вины. Я сказал ей все честно и прямо.
- Это моя вина! – с горечью произнесла Мерседес. – Я не должна была просить тебя оставить женщину, которая так тебя любит. Да, Рей, я не вправе требовать от тебя чего бы то ни было, потому что я не могу принять тебя таким, какой ты есть, а она – может! Наверное, ее любовь сильнее, чем моя. Прости!

Родригес Герра понимал, что за ним теперь будет охотиться не только Рейнальдо Мальдонадо, но и полиция, которая, в конце концов, установит, кто является истинным владельцем того поместья. В такой ситуации у Геры оставался один вход: бежать за границу. Ледерман был полностью согласен со своим приятелем и, позвонив Сандре, попросил ее заказать для них небольшой самолет.
Сандра пришла в ужас от такого поручения и попыталась отказаться, го Ледерман проявил настойчивость, а Герра и вовсе пригрозил:
- Ты завязла, пташка, в этой трясине так же, как и мы! Поэтому выбирай: или ты поможешь нам вылететь за границу, или погибнешь!
Когда заказ был сделан, Ледерман и Герра велели Сандре ехать к ним в гостиницу и оставаться под их присмотром до тех пор, пока самолет с ними на борту не взлетит в небо.
Они не могли предугадать, что в авиакомпании как на зло случится накладка, и, чтобы предупредить об этом Сандру, ее станут разыскивать, конечно же, не в гостинице у Ледермана, а дома, по указанному в договоре адресу. Перед самым выходом из укрытия Сандра еще раз на всякий случай набрала номер авиакомпании, надеясь услышать, что самолет готов к вылету, и скоро она сможет вздохнуть с облегчением. Но услышала она совсем другое:
- А разве вам ничего не передали, сеньора Кастильо? Мы по телефону сообщили вашему сыну, что самолет не может вылететь по техническим причинам. Рейс переносится на завтра, если вас это устроит. Примите наши извинения!
- Боже мой! – воскликнула Сандра. – Они сказали это Гильермо!
Герра в бешенстве стал кричать, что Сандре нельзя доверять, что ее надо немедленно прикончить, поскольку все это очень похоже на ловушку. Ледерман же продолжал сохранять спокойствие и убеждал Геру подождать еще сутки, так как у них все равно не другой возможности беспрепятственно улететь из страны.
- Я предчувствую, что это плохо кончится! – не унимался Герра. – Твоя бабенка наверняка где-то наследила! Я не верю в случайность такой отсрочки!
Герра, безусловно, переусердствовал в своей подозрительности – отсрочка и в самом деле была случайной. А вот дурное предчувствие, в общем, его не подвело: как раз в эти добавочные сутки, которые беглецы вынуждены были коротать в гостинице, их и выследил, наконец, Сабас.
- Герра и Ледерман находятся сейчас в Тачи и хотят нелегально покинуть страну, - доложил он Рейнальдо.
- Значит, птички хотят улететь, - довольно потер руки Рейнальдо.
- А кто их вывезет?
- Это мне пока не известно, - ответил Сабас. – Знаю только, что им помогает какая-то женщина. Она хотела нанять самолет, но там возникли проблемы, и Герре с Ледерманом сегодня улететь не удалось.
- Отлично! – воскликнул Рейнальдо. – Мы поможем им улететь, только не обязательно за пределы страны.
Сабас понимающе кивнул, но уточнил, как быть с женщиной?
- Если она связана с этими гадами, - рассуждал Рейнальдо, - то пусть и умрет вместе с ними. Мне нисколько ее не жаль!
Машину, в которой Герра, Ледерман и Сандра ехали в аэропорт, люди Сабаса обстреляли на крутом повороте, и она на большой скорости полетела в глубокое ущелье…
- Трупов, кажется, пока не нашли, - докладывал Сабас Рейнальдо час спустя. – Но я уверен, что эти два гада уже стали добычей воронья.
- Хорошо, если так, Сабас! – не разделил его уверенности Рейнальдо. – Хорошо, если так!

Гильермо, обеспокоенный тем звонком из авиакомпании, терялся в догадках, зачем и на какие деньги мать наняла самолет. Но еще больше встревожился он, когда Сандра не пришла ночевать домой и не появилась там на следующий день. Поначалу Гильермо скрывал причину своей тревоги от Виолеты и братьев, а затем не выдержал и поделился с ними своими опасениями.
- Я боюсь, что она замешана в каких-то сомнительных делах. Заказать самолет – это ведь стоит немалых денег!
Его стали успокаивать, говоря, что у Сандры может быть состоятельный поклонник, отношения с которым она попросту не афиширует, но Гильермо это не убедило.
- Нет, с нею определенно случилось что-то нехорошее! Она никогда не исчезала из дома на такой срок! У меня дурное предчувствие!
Лишь наутро в доме Гильермо прозвучал звонок:
- Это квартира Сандры Кастильо? Вы ее родственник?
- Я ее сын! Что случилось с моей матерью?
- Она попала в автокатастрофу, и среди ее вещей мы обнаружили этот номер телефона…
- Что значит: «Среди ее вещей»? – в ужасе воскликнул Гильермо. – Она… жива?
- Не волнуйтесь! Она жива, но все еще находится в шоке. Пока она ничего не может вспомнить.
Когда Гильермо приехал в пригородную больницу, где находилась Сандра, ему объяснили, что пострадавшая отделалась всего лишь легкими ушибами, а шок и потеря памяти объясняются, вероятно, сильным испугом.
Заторможенную, плохо понимающую, с кем именно она говорит, Гильермо привез мать домой. Добиться от нее каких-то подробностей аварии ему, разумеется, не удалось.

План, разработанный Ускатеги, вполне удался: убийцы Гойо благополучно покинули тюрьму и оказались в надежном укрытии, прежде чем их отсутствие в камере было обнаружено. Ускатеги по телефону сообщил, что операция прошла успешно, и Фернандо, взяв с собою оговоренную сумму денег, отправился на встречу с преступниками. Те же, однако, предпочли не рисковать, понимая, с каким опасным человеком они имеют дело, и решили ограничиться дарованной им свободой. Связав Ускатеги, они нагло заявили, что купчую, возможно, и вернут, когда будут находиться в более безопасной обстановке.
Приехавшему вскоре Фернандо ничего не оставалось, как развязать виноватого Ускатеги да отвести душу в угрозах и ругательствах.
А доктор Виельма не сомневался, что побег преступникам устроил Фернандо Мальдонадо, и даже не счел нужным утаивать эту версию от журналистов. Братья Мальдонадо, узнав о случившемся из газет, вынуждены были прямо спросить отца о его причастности к побегу. Фернандо, разумеется, все отрицал, но на сей раз сыновья ему не поверили. Тогда он прибегнул к испытанному средству – не стал оправдываться, а сам перешел в наступление.
- Ваши обвинения оскорбляют меня! Если даже вы, мои сыновья, сомневаетесь в собственном отце, то откажитесь от фамилии Мальдонадо и возьмите фамилии матерей! Ведь у каждого из вас есть мать, не так ли? И тогда будет положен конец все сплетням, слухам и пересудам!
Между тем убийцы Гойо рассуждали, что Фернандо Мальдонадо теперь не успокоится, пока не сведет с ними счеты, и рискнули сами засадить его за решетку. Один из них, набрав номер Альберто, представился тоже журналистом и сообщил, что у него имеются сведения о побеге убийц Перальты.
Альберто не сложно было догадаться, что позвонил ему вовсе не коллега, а кто-то из преступников, возможно, даже сам убийца Гойо.
- Да, я выполню ваше условие: приеду один, - пообещал Альберто.
Однако, придя в условленное место, он неожиданно столкнулся с Виельмой, который оказался там по чистой случайности. Они перемолвились всего лишь несколькими словами, но этого оказалось достаточно, чтобы спугнуть преступников. Огорченный Альберто вернулся домой ни с чем, и больше никаких звонков ему не последовало.
А Виельма все больше склонялся к тому, что главным виновником побега среди сотрудников тюрьмы был Асуахе. Допросы следовали один за другим, Асуахе стал нервничать и даже попросил Фернандо переправить его за границу. Пока тот думал, как лучше поступить, до Андраде дошли слухи, что беглецы искали контакта с Эрнандесом.
- Что-то помешало им встретиться, - рассказывал он Фернандо, - но у нас нет гарантий, что эта встреча не произойдет в ближайшее время.
- Подонки! Бездельники! – ругался Фернандо. – Или я всем вам мало плачу? Почему же эти наглецы до сих пор разгуливают и даже додумались выйти на Эрнандеса?
- Я понимаю тебя, Фернандо! – ответил на это Андраде. – Но, похоже, мы попали в полосу неудач. Знаешь, тебе не лишним было бы подстраховаться. Если, не дай Бог, случится худшее, то надо хотя бы сохранить твой капитал. Не переписать ли тебе всю свою собственность на имя другого человека? Скажем, на мое. Подумай об этом!
- Да, пожалуй, ты прав! – вынужден был согласиться Фернандо.

Чтобы помириться с Габриэлой, Алехандро пришлось сознаться, что он действительно был в Энсинаде и виделся с Исамар. Этим он, правда, и ограничился в своих признаниях, зато вполне искренне заверил Габриэлу, что с Исамар у него в дальнейшем не может быть никаких отношений. Габриэла, скрепя сердец, приняла это заверение, и желанный, хотя и хрупкий, мир опять наступил в их доме.
Но вот нелепый случай свел прямо на улице Алехандро и Хосе Луиса. Последний, как и прежде, не удержался от оскорблений, кричал, что все Мальдонадо – преступники, и побег из тюрьмы убийц Гойо лишний раз это доказывает. Алехандро не стерпел очередной нападки Хосе Луиса, и между ними завязалась драка. Присутствующая при этом Габриэла бросилась разнимать дерущихся, пытаясь остановить, прежде всего, Алехандро:
- Не надо, не трогай его! Нечего об него даже руки пачкать!
- Напрасно вы так защищаете этого сеньора! – вдруг прекратив драку, обратился к Габриэле Хосе Луис. – Вы лучше спросите у своего мужа, почему вот это, - он достал из кармана крестик, - оказалось у Исамар? Да, возьмите, эта  вещица принадлежит вашему мужу!
Алехандро решительно отказался давать какие-либо объяснения по поводу крестика, и Габриэла в полном отчаянии снова отправилась к Исамар.
- Ты не смеешь преследовать Алехандро! – не узнавая своего голоса, гневно говорила Габриэла. – Он живет со мной! А у тебя есть жених!
- Габриэла, я не позволю тебе приходить в мой дом с оскорблениями! – сохраняя внешнее спокойствие, заявила Исамар.
- Ах, так! – возмутилась Габриэла. – Значит, я возвожу на тебя напраслину? А что значит этот крестик, который мне отдал твой жених? Скажи, Исамар, где он это взял? Не у тебя ли в комнате, где вы с Алехандро провели ночь?
- Все, Габриэла, хватит! – не сдержалась, наконец, Исамар. – Уходи! И впредь разбирайся с Алехандро сама, если он – твой муж! А меня прошу не впутывать в ваши отношения.
- Я уйду! – с обидой произнесла Габриэла. – Но запомни: тебе не удастся отнять у меня Алехандро. Я буду бороться за свою любовь!
После таких заявлений Габриэлы Исамар всегда хотела отойти в тень, навсегда забыть Алехандро, который, вероятно, дает основания этой женщине вести себя подобным образом. «Наверное, он ее все-таки любит, - с горечью думала она. – Не так, как меня, но любит!» Воспоминание о Хосе Луисе тоже причиняло ей только боль, особенно после того, как он отдал Габриэле крестик. В который раз приходилось соглашаться с Архенисом: Хосе Луис не может принести ей покоя и счастья.

Вернувшись из Энсинады, Марта снова поселилась в доме отца, поскольку жизнь с Исамар под одной крышей теперь стала невозможной. Самуэль догадался, что между сестрами произошла какая-то размолвка, но ни о чем не спрашивал дочь. Элисенда тоже старалась быть по отношению к Марте внимательной, без излишней навязчивости. Однако, несмотря на всю деликатность домашних, Марта постоянно раздражалась.
Как-то Каролина пришла к ним в гости вместе с Очоа, и тот, не придав особого значения своим словам, сказал Марте:
- Я недавно в одном случайном разговоре услышал, что вы были помолвлены с Алехандро Мальдонадо, и очень этому удивился.
- Что ж тут удивительного? – вспыхнула Марта. – Ведь вас же не удивляет, что Каролина была любовницей Рейнальдо Мальдонадо? – и, заметив, как переменился в лице Очоа, добавила: - Ах, простите, кажется, я действительно сообщила вам нечто для вас неожиданное!
Эта выходка Марты надолго испортила отношения Пабло и Каролины, самой же Марте она не принесла даже малейшего удовольствия. По-прежнему ее настроение было мрачным и угнетенным.
Лишь однажды оживилась она, когда Элисенда принесла домой свою маленькую внучку Джульету. Марта играла с девочкой, пеленала ее, кормила. А затем вместе с Элисендой понесла ее обратно к Хулио Сесару.
- Знаешь, - отвела она в сторону Хулио, - я хочу предложить тебе свою помощь! Ты остался один с двумя детьми, у тебя стесненное материальное положение…
- Я очень благодарен тебе, Марта, - прервал ее Хулио Сесар, - но материальная помощь мне не нужна!
- Речь идет не просто о деньгах. Я могла бы вообще взять на себя заботу о Джульетте: дать ей хорошее воспитание, образование, дать ей свою любовь!
- Я тебя не понимаю! – насторожился Хулио Сесар.
- Позволь мне удочерить Джульетту! – пояснила свои намерения Марта.
- Прости, 0 ответил на это Хулио, - но, по-моему, с тобой не все в порядке! Ты сходишь с ума, Марта! Как тебе могло прийти в голову, что я кому-то отдал свою дочь! Мою родную Джульетту, мою кровиночку!
Об этом предложении Марты он рассказал Исамар и Архенису.
- С нею надо что-то делать, надо ей как-то помочь, - закончил свою невеселую речь Хулио.
- Да, я поговорю с нею, - пообещал Архенис.
Разговор между ними состоялся трудный, но в результате Марта все же согласилась показаться психотерапевту.
Через несколько дней она пришла к Исамар со своими извинениями.
- Я была несправедлива к тебе, когда пыталась помешать вашей с Алехандро любви. Обещаю больше никогда не вмешиваться в твою жизнь, не навязывать свои взгляды! Прости меня, пожалуйста, Мариана! Я люблю тебя! Ты нужна мне!
Исамар и Архенис порадовались тому, что сестра стала заметно спокойнее и сердечнее, но все же их настораживали постоянные возвращения Марты к идее завести ребенка.
- Я уверена, что если бы у меня был ребенок, то все мои проблемы сразу бы разрешились! Я убеждена в этом! – говорила она брату и сестре, а также Хулио Сесару, перед которым тоже вынуждена была извиниться за свое бестактное предложение.
Хулио к состоянию Марты отнесся сочувственно и позволил ей иногда присматривать за Джульеттой, которую Марта особенно полюбила. Архенис был благодарен за это Хулио Сесару, полагая, что общение с малышкой отвлечет Марту от болезненных мыслей о собственном ребенке.
Но однажды она заставила немало поволноваться не только Хулио Сесара и Брихиду, но и всех своих близких. Оставшись с детьми на короткое время, пока Брихида уходила в магазин, Марта решила вывести их на свежий воздух и не возвращалась до позднего вечера. Встревоженные Брихида и Хулио Сесар стали звонить Самуэлю, Исамар, Архенису, но те отвечали, что Марты с детьми у них не появлялась.
А она в это время сидела на лавочке в парке и рассказывала незнакомым мамашам, тоже гулявшим там со своими детьми, что Хулио – ее племянник, а Джульета – дочь.
- Они такие красивые! – сказала одна из женщин. – А девочка совсем крошечная!
- Да, она родилась раньше срока, - пояснила Марта. – У меня была сложная беременность. Дело в том, что я с детства страдаю сердечной недостаточностью.
- И тебя это не остановило? – изумилась случайная собеседница. – Ты все равно захотела иметь ребенка?
- Да. Вначале беременность протекала нормально, а потом начались осложнения. Я столько крови потеряла при родах! Даже вспомнить страшно. Но зато теперь у меня есть моя замечательная дочурка!
Когда Хулио Сесар увидел своих ребятишек, он бросился к ним и несколько минут молча прижимал их к себе. Затем облегченно вздохнул и с укоризной посмотрел на Марту:
- Ты меня очень напугала! Я просто не находил себе места! Прости, Марта, но ты не должна впредь уводить детей без предупреждения и так надолго!
«Кажется, он считает, что я способна их похитить», - не без удивления подумала Марта.
Дома ей пришлось вернуться к этой мысли еще не раз: сначала она поясняла отцу и Элисенде, что никаких дурных намерений у нее не было, дети нуждались в свежем воздухе, а затем то же самое повторяла по телефону Исамар и Архенису.
«Похоже, они все думают так же, как Хулио Сесар», - заключила Марта про себя, а вслух сказала Деянире:
- Мне скоро понадобится твоя помощь, потому что у меня… будет ребенок! Да, Деянира, не удивляйся: я беременна!

Прокуратура вернулась к расследованию дела об убийстве рыбаков в Энсинаде, и Хосе Луис, Альберто и Ансельмо поочередно стали уговаривать Хулио Сесара дать показания против Рейнальдо.
- Не могу я этого сделать! – отвечал им всем Хулио Сесар. – Поймите же меня, наконец: Рейнальдо – сын моей матери, и я просто не имею права причинять ей страдания.
- Хулио, но ты ведь единственный свидетель того злодейства! – убеждал его Ансельмо. – Если бы в живых остался хоть кто-нибудь еще, мы бы не стали тебя беспокоить! Только твои показания могут восстановить справедливость!
- Нет, Ансельмо! – твердо заявил Хулио Сесар. – Простите меня, но я не стану ввязываться в это дело. Погибших мы уже не воскресим, а только принесем горе моей матери!
Этот разговор услышала из соседней комнаты Брихида и в отчаянии побежала к Исамар просить, чтобы та повлияла на Хосе Луиса, в чьей власти было приостановить рассмотрение дела. Исамар пообещала это Брихиде, несмотря на то, что они с Хосе Луисом по-прежнему были в размолвке.
А Хулио Сесар в это время, сделав над собой усилие, позвонил Рейнальдо, но не застал того дома.
Утром Мерсе, опять помирившаяся с Рейнальдо, сказала ему о звонке Хулио Сесара.
- Если он звонил, - рассудил Рейнальдо, - то значит, произошло что-то важное!
Телефон в доме Хулио Сесара не отвечал, и обеспокоенный Рейнальдо решил сам поехать туда.
- Сынок! – обрадовалась ему Брихида. – Вот радость!
- У вас все в порядке? – спросил Рейнальдо. – Вчера мне зачем-то звонил Хулио, а сегодня у вас никто не подходил к телефону, и в банке Хулио тоже нет.
- Вероятно, он отлучился куда-то ненадолго. А я выходила за молоком, только что вернулась… Сынок, тебе грозит опасность! Этот адвокат, жених Исамар, опять взялся расследовать тот случай в Энсинаде. Он утверждает, что в убийстве рыбаков виноват ты.
- Ох, мать, не напоминай мне об этом! Мне стыдно и больно, потому что все это… правда! Я был там той ночью и приказал стрелять в рыбаков. Это я чуть не убил собственного брата!
- Сынок!.. Какое горе!.. – заплакала Брихида. – Бедный мой сынок!
- Прости меня, мама, прости!..
Рейнальдо обнял плачущую мать, и они стояли так, прижавшись друг к другу, пока Брихида не вспомнила, что дети уже должны были проснуться и им надо давать молоко.
Заглянув в детскую, она, однако, увидела там только спящего Хулито, а девочки в кроватке не было.
- Боже мой, ее украли! – запричитала в ужасе Брихида. – Рей, украли мою внучку!
- Успокойся, мама, сейчас я позвоню в полицию! Девочку не могли унести далеко! – сказала Рейнальдо.
В это время в доме появился Хулио Сесар и, узнав о случившемся, сразу же направился обратно к двери:
- Я догадываюсь, где нам надо искать! – бросил он второпях.
- Подожди, Хулио, я пойду с тобой! – последовал за ним Рейнальдо. – Мы найдем малышку!
Хулио Сесар, конечно, не был полностью уверен в том, что Джульетту похитила Марта, поэтому и не стал ей звонить домой, чтобы в случае ошибки не обидеть ее и не испугать Самуэля и Элисенду. Ничего не объясняя Рейнальдо, он отправился в тот парк, где в прошлый раз Марта гуляла с детьми. Но, прочесав весь парк, они вернулись домой ни с чем. Из полиции тоже никаких сведений пока не поступало.
«Вряд ли Марта, если она унесла девочку, пойдет с нею к себе домой, - рассудил Хулио Сесар. – Теперь вся надежда только на полицию».
- Прости, Хулио, - осторожно тронул его за рукав Рейнальдо. – Я понимаю, сейчас неподходящее время, но все же… Что ты хотел сказать мне по телефону?
- Я хотел сказать, что не буду давать показаний против тебя на суде. Но это не значит, что я простил тебе убийство моих товарищей.

Хулио Сесар не ошибся в своих подозрениях: его дочь действительно похитила Марта, воспользовавшись ключом, который Брихида дала Элисенде. Ошибся он лишь, предположив, что Марта не принесет девочку в дом Самуэля.
- Что случилось? – воскликнула испуганная Элисенда, увидев Марту, входящую с малышкой на руках. – Почему у тебя Джульетта? А где Брихида?
Элисенда потянулась к внучке, собираясь взять ее на руки, но Марта крепко прижала девочку к себе и угрожающе произнесла:
- Не приближайся! Не прикасайся к моей дочери! Никто не имеет права трогать мою дочь!
Поняв, что Мартой творится что-то неладное, домашние попытались обманом выманить у нее ребенка.
- Но, может быть, ты хоть позволишь перепеленать твою дочь? – ласково глядя на Марту, попросила Деянира.
- Нет! – ответила твердо Марта. – Я никому не дам мою дочурку, потому что вы все хотите у меня ее отнять!
Самуэль стал звонить Архенису и, лишь увидев брата, Марта перестала твердить свое «Нет!».
- Помоги мне! – бросилась она к Архенису. – Они хотят отнять у меня мою доченьку!
- Конечно, я помогу тебе! – сказал Архенис. – Я затем и пришел. Оставьте нас, пожалуйста! – обратился он к присутствующим. – Видишь, они ушли! Они не тронут твою дочь. Дай, я посмотрю, не причинил ли ей кто-нибудь вреда? Иди ко мне, малышка, не надо плакать!..
В это время в дом буквально ворвался Хулио Сесар, которому Элисенда сообщила о случившемся. Выхватив из рук Архениса Джульетту, он гневно бросил Марте:
- Чтобы твоей ноги больше не было в моем доме!
- Марта, ты нуждаешься в глубоком лечении! – строго сказал Архенис, когда за Хулио Сесаром закрылась дверь.

0

45

Глава 61

Алехандро пришел в негодование, увидев Ускатеги, заявившегося в дом к Габриэле.
- Я не желаю вас здесь видеть! – прямо сказал он гостю. – Вы причинили слишком много зла моей матери. Сделайте милость, уходите!
- Алехандро, я понимаю, ты меня ненавидишь, - нисколько не обиделся Ускатеги. – И я бы никогда не пришел к тебе, если бы не очень важное дело. Ты должен знать это, потому что речь идет о твоем отце. Прошу вас, - обратился он к Габриэле, - оставьте нас на некоторое время! Я должен поговорить с Алехандро наедине!
Алехандро перестал упорствовать, и Ускатеги рассказал ему все: и о купчей на земли в Энсинаде, и о побеге преступников из тюрьмы, и обо всем, что произошло затем.
- Значит, отец все-таки имел отношение к побегу убийц! – пришел в ужас Алехандро. – Значит, это он приказал убить Гойо!
- Последнее мне неизвестно, - сказал Ускатеги. – А вот побег готовил Фернандо. Он приказал мне вытащить этих негодяев из тюрьмы.
- Проклятие! Проклятие! - повторял в исступлении Алехандро. - Мой отец - убийца!
- Алехандро, я нуждаюсь в твоей помощи! - напомнил о себе Ускатеги. - Мне необходимо уехать из страны. Я не хочу впутываться в это дело! Помоги мне, пожалуйста, племянник!
- Пошел вон! - гневно воскликнул Алехандро. - Глаза б мои тебя не видели! И не рассчитывай на мою помощь! Ты такая же мразь, как и мой отец, так что катись отсюда!
Закрыв дверь за Ускатеги, Алехандро тотчас позвонил Гильермо и предложил ему немедленно встретиться. На вопросительный взгляд Габриэлы ответил, что это семейная проблема, о которой ему не хотелось бы сейчас говорить.
Выслушав сыновей, Фернандо, как и прежде, стал все отрицать. И даже когда они рассказали о визите Ускатеги, продолжал стоять на своем.
- Как мне убедить вас, что я не имею никакого отношения к этому побегу? Что мне сделать? Встать на колени? Поклясться?
- Отец, перестань ломать комедию! - пришел в негодование Алехандро. - Ускатеги мне все рассказал. Не могу понять, как у тебя хватает наглости смотреть нам в глаза и без зазрения совести повторять, что ты не причастен к этому преступлению!
- Ускатеги рехнулся, - зло усмехнулся Фернандо. - Он не понимает, что говорит.
- Нет, отец, Ускатеги не рехнулся! - с горечью произнес Гильермо. - А вот что происходит с тобой? Скажи, до каких пор нам придется терпеть позор, выслушивая, что ты совершил очередную гнусность? Ты полностью изоврался. Побег этих уголовников был тебе необходим, потому что они убили Грегорио Перальту, выполняя твое указание. Сознайся, отец, ведь это ты приказал убить Грегорио?!
- Нет! истерично закричал Фернандо. - Я никого не убивал! И никто не смеет оскорблять меня!
- Мы это уже слышали однажды, - напомнил отцу Алехандро. - Тогда мы, все трое, поверили тебе. Но, оказывается, правы были родственники Торреальбы, Ты обобрал дочь Ферейры, и я теперь не сомневаюсь, что это ты убил отца Исамар и ее чернокожую няню.
- Вон! Вон из этого дома! Вон! - не помня себя, кричал Фернандо.
- Ребята, оставьте его в покое! - вмешался присутствующий при этом разговоре Андраде.
- А вы, - набросился на него Гильермо, - вы были его сообщником! Вы, юрист!
- Не трогай его, Гильермо, - сказал Алехандро. - Пойдем отсюда! Разве ты не видишь, где мы находимся? Здесь все отдает мертвечиной. Сколько их было, покойников? Торреальба, Долорес, Грегорио... Кто еще? Скольких ты убил, отец? Сколько еще тайных захоронений в этом доме?
- Уходите оба! - вдруг перестав кричать, тихо произнес Фернандо. - Если вы не верите мне, значит вы - мои враги. Уходите!
Алехандро и Гильермо ушли, а Фернандо в бешенстве заметался по комнате, отдавая при этом указания Андраде.
- Эта гадина Ускатеги продал меня! Твоя задача: немедленно найти подлеца и убрать его! Он заслуживает особой кары, ты понял? И еще... Пришла пора избавиться от этого труса Асуахе. Надо заткнуть ему глотку, прежде чем он вздумает что-либо разболтать! А теперь уходи!
Андраде поспешно вышел, но Фернандо продолжал повторять:
- Уходите! Все уходите! Оставьте меня одного! Ишь, слетелись, коршуны!
Ему померещилось, что изо всех углов на него смотрят издевающиеся, хохочущие физиономии.
- Убирайтесь отсюда! - крикнул он им. - Я вас не звал! Я не знаю, кто вы! Как вы смеете хохотать над горем несчастного отца!
Взгляд его затравленно блуждал по комнате, пока не наткнулся на зеркало.
- А ты, кто ты? - вскрикнул испуганно Фернандо. - Ты тоже хохочешь? Я узнал тебя! Ты - Фернандо Мальдонадо! Что ж, тебе есть над чем посмеяться! А теперь хватит! Перестань склабиться!
Фернандо отвернулся от зеркала, закрыв голову руками, но продолжал явственно слышать у себя за спиной хохот своего отражения. Лицо же самого Фернандо словно окаменело и представляло собой ужасающую безжизненную маску. Хохот между тем становился все более громким и невыносимым. Фернандо обернулся к зеркалу, чтобы заставить, наконец, замолчать собственное отражение, на сей раз он увидел там не себя, а... Торреальбу.
- Наберись мужества, Мальдонадо, - отчетливо произнес тот, - и загляни себе в душу! Загляни себе в душу!
- Вон! Вон из моего дома! Оставь меня в покое! - истошно завопил Фернандо и в бессилии повалился на пол. Вскоре домой пришла Роса и, увидев лицо Фернандо, в ужасе отшатнулась.
- Что с тобой, Роса? - спросил, очнувшись, Фернандо.
- Прости, это было так ужасно, - переведя дух, пояснила Роса. - Какой-то кошмар! Ты вдруг показался мне... старцем, дряхлым стариком - Она пощадила Фернандо, не сказав, что на самом деле она увидела перед собой лицо мертвеца.
- А теперь? Как я выгляжу теперь? - окончательно пришел в себя Фернандо.
- Нормально! Сейчас ты такой, каким я привыкла видеть тебя всегда. Прости, это было наваждение. Наверное, потому, что я очень расстроилась. Знаешь, они ведь меня завалили! По всем предметам! Я чувствую себя ослицей, мне не удалось сдать ни одного экзамена!
Роса заплакала, и Фернандо обнял ее, успокаивая:
- Это все ерунда! Я найму тебе хорошего учителя! Все можно исправить! Только смерть нельзя исправить!
На мгновение ему опять почудилось, что за спиной у него кто-то стоит. Обернувшись, он увидел зеркало, и, напугав Росу, закричал что есть мочи:
- Сними это зеркало! Убери его! Выкинь его, выкинь! Я не хочу никаких зеркал в моем доме!
Видя, что Роса не двигается с места, Фернандо схватил первое, что подвернулось под руку, - бронзовую статуэтку, - и запустил ею в зеркало.

Ледерман и Герра, очнувшись, обнаружили себя на дне глубокого оврага в разбитой, искореженной машине. Стали звать Сандру, но ее поблизости не было.
- Она сбежала! - сразу же заявил Герра. - Эта шлюха предала нас!
- Ты, наверное, повредил голову! - ответил ему Ледерман. - Я хорошо помню, как мы все вместе летели в пропасть! Видимо, Сандра вывалилась из машины раньше.
У Герры была серьезно повреждена нога, передвигаться он не мог, и Ледерман, превозмогая боль, стал кое-как карабкаться наверх, чтобы обратиться за помощью к людям.
Несколько дней оба потерпевших провели в клинике. Герре пришлось перенести операцию коленного сустава, врачи утверждали, что он нуждается в стационарном лечении. Но его, конечно же, это не устраивало: в любой момент сюда могла нагрянуть полиция или, того хуже - Рейнальдо Мальдонадо. Поэтому он с загипсованной ногой как можно быстрее постарался покинуть клинику.
А вскоре Виолета услышала в трубке незнакомый мужской голос:
- Могу я поговорить с Сандрой Кастильо?
- Да, - ответила Виолета и передала трубку Сандре. Та по-прежнему пребывала в состоянии амнезии, но, едва услышав Ледермана, сразу же все вспомнила и похолодела от ужаса.
- Нам известно, что ты отделалась довольно легко, - сказал Ледерман, - так что не вздумай дурить! Ты должна приехать в гостиницу «Рояль», номер пятьсот шестой. Сегодня же! И никому ни слова! Иначе это тебе дорого обойдется!
Увидев, как переменилась в лице Сандра, Виолета спросила, кто звонил, но та ей ничего не ответила.
Ледерман надеялся с помощью Сандры осуществить ранее не удавшийся план - переправиться за границу. Но Герра жаждал отмщения и рвался в бой с Рейнальдо Мальдонадо.
- Это я, Родригес Герра! - сообщил он, набрав номер Рейнальдо. - Я еще жив! И на сей раз уж точно с тобой расквитаюсь! Это будет смертельная схватка!
- Болван! Придурок! - ругался Рейнальдо, призвав к себе Сабаса. - Ты опять сплоховал. Если ты и теперь упустишь этих гадов, то можешь прощаться с жизнью!
- Но их прежде надо найти! - робко заметил Сабас.
- Они сами попытаются меня разыскать, - пояснил Рейнальдо. - А наша задача - достойно их встретить!
- Нет, Рейнальдо, - возразил присутствующий здесь Очоа. - Дожидаться их – опасно! Мы должны упредить их. Что, если я встречусь с Рикардо и скажу, что наша с тобой компания распалась? Скажу, будто я хочу примкнуть к Герре, чтобы покончить с тобой. Уверен, они попадутся на эту удочку.

Обнаружив, что Сандра исчезла, Гильермо сразу же обратился в полицию: ведь мать ничего не помнит, не знает даже, кто она и где живет. Виолета добавила к этому, что накануне свекрови звонил неизвестный мужчина.
Полиция начала розыск, Гильермо не находил себе места, тревожась о матери, а она в это время, дрожа от страха, слушала, что ей предлагал Герра.
- Мы используем тебя, как приманку. Ты приведешь сюда Рейнальдо Мальдонадо.
- Нет! Нет! Только не Рейнальдо Мальдонадо! - взмолилась Сандра. - Я не могу его привести! Я не могу пойти на такое преступление!
- Это всего лишь одолжение, - мягко вставил Ледерман. - А кроме того, ты ведь не будешь его убивать!
- Ты не понимаешь, Карлос! заплакала Сандра. - Я не могу быть в этом замешана, потому что... потому что я - мать Гильермо Мальдонадо!
Так она снова стала заложницей преступников.
- Ты останешься здесь, пока мы не прикончим Рейнальдо Мальдонадо! - сказал ей Герра.
Между тем Очоа уже переговорил с Рикардо, и вскоре тот сообщил, что Герра готов встретиться с новым врагом Рейнальдо Мальдонадо.
Дежуривший у гостиницы Сабас доложил, между тем, по телефону, что Герра покинул гостиницу.
- Все идет по плану, Сабас. Ты возьмешь на себя Ледермана, - распорядился Рейнальдо, - а я позабочусь о Родригесе. Только постарайся не оплошать. У тебя нет выбора: или жизнь Ледермана, или твоя!
Рейнальдо основательно подготовился к встрече Герры, но тот в последний момент сообразил, что для него подстроена ловушка: ведь Сандра принадлежит к клану Мальдонадо и наверняка является подсадной уткой.
- Разворачивайся! - скомандовал он Рикардо. - Мы возвращаемся!
Но, подъехав к гостинице, они увидели, как полицейские заталкивают в машину Сандру, и та была в наручниках.
- Скорее всего, она убила Ледермана, - догадался Герра. - А может, и Рейнальдо Мальдонадо. Нет, мне это совсем не нравится. Поехали, поехали! Чем дальше мы будем отсюда, тем лучше.

Поняв, что за ним охотятся, Ускатеги примчался к Авроре прямо в ресторан.
- Фернандо хочет меня убить, - выпалил он с порога. – Ты должна мне помочь!
- Ансельмо, - сказала хладнокровно Аврора, - пойди займись счетами!
- Ты единственная, кто может выпутать меня из этой заварухи, - продолжил Ускатеги. - Я сейчас расскажу тебе всю правду.
Но Аврора, выслушав брата, сказала, что видит только один выход из этой ситуации: надо идти с повинной в полицию.
- Нет, только не это! - взмолился Ускатеги.
- Ты всегда был трусом! - заявила Аврора и тут же стала набирать номер полиции. - Алло, доктор Виельма?..
Услышав это, Ускатеги опрометью бросился к двери, и приехавший вскоре Виельма вынужден был довольствоваться только показаниями Авроры.

Осечка с Родригесом Геррой показалась Рейнальдо ничтожной неприятностью по сравнению с тем, что ему довелось узнать вскоре после этой операции. Сразу несколько ошеломляющих известий обрушилось на Рейнальдо. Во-первых, Алехандро рассказал ему о своих встречах с Ускатеги и отцом. Во-вторых, сам отец куда-то исчез: по всем признакам выходило, что они с Росой бежали из Каракаса. И, в-третьих, женщиной, которую теперь обвиняли в убийстве Ледермана, оказалась мать Гильермо.
- Понимаете, - говорил Гильермо братьям, - я должен вызволить мою мать из тюрьмы. Она ни в чем не виновата, я верю ей! Убийца ворвался в номер, выстрелил в того несчастного и бросил пистолет рядом с трупом. Мать, не сознавая, что делает, взяла пистолет в руки и, естественно, оставила на нем свои отпечатки пальцев. А убийца был в перчатках и в маске - просто натянул на голову чулок. Никаких его примет, поэтому, мать вспомнить и не может...
«Гильермо, ты возненавидишь меня, когда узнаешь правду», - слушая брата, думал Рейнальдо.
- Ты должен держаться, брат, - утешал Гильермо Алехандро, - Наверняка, отыщутся еще какие-нибудь улики или свидетели. Возможно, кто-нибудь видел, как преступник входил в гостиницу... Да мало ли что еще может обнаружиться!.. А нам предстоит заняться розыском отца. Мы должны найти его и убедить, чтобы он явился с повинной.
- Это напрасная затея! - возразил Рейнальдо. - Старик никогда не согласится сдаться добровольно.
- Но тогда его могут попросту убить! - с болью произнес Алехандро. - Если он начнет отстреливаться!.. Нет, мы должны хотя бы попытаться его убедить.
- Да, Алехандро, ты прав, - согласился Гильермо, но меня сейчас больше беспокоит моя мать.
Братья понимали Гильермо: оба они тоже тревожились за судьбу отца, однако думали и о том, что теперь им просто необходимо объясниться с их любимыми женщинами.

Архенис очень огорчился, когда узнал, что Исамар помирилась с Хосе Луисом и они опять стали много времени проводить вместе.
- Я не понимаю тебя! - сказал он сестре. - Вернуться к Хосе Луису после того, что ты мне рассказала?
- Он принес мне свои извинения за излишнюю горячность, - пояснила Исамар. - А я тоже признала, что была виновата.
- Нет, я не могу принять этих оправданий, - возразил Архенис. - Передо мной Хосе Луис тоже извинился, но в нашей дружбе с ним все равно что-то надломилось. А в твоем случае, мне кажется, вообще невозможно ничего склеить. Поверь, если твои метания будут продолжаться, то мне придется вести к психиатру не одну, а обеих сестер!
- Я помирилась с Хосе Луисом, но мы с ним не говорили ни о свадьбе, ни о помолвке. Однако ты прав в главном: мне действительно плохо. Очень плохо! Особенно теперь, когда причастность Фернандо Мальдонадо к убийству Гойо практически доказана. Я представляю, что сейчас должен чувствовать Алехандро! Нет, наше счастье с ним невозможно!
О крушении последних надежд на счастье думал и Алехандро, но он считал своим долгом поговорить с Исамар, может, в последний раз.
- Мне больно, я сгораю от стыда! - сказал он, отважившись на эту встречу. - Мой отец действительно обворовал Мерседес и приказал убить твоего брата... Я не хотел, чтобы ты узнала это от кого-нибудь другого.
- Я уже все знаю! - сказала Исамар, - Виельма рассказал Хосе Луису о показаниях твоей матери. Я сочувствую тебе, Алехандро, и мне тоже тяжело обсуждать случившееся. Поэтому давай не будем...
- Нет, я хочу, чтобы ты знала: я пытался найти отца и убедить его явиться с повинной. К сожалению, он, судя по всему, пустился в бега. Я не знаю, куда деваться от этого позора. Мне стыдно перед тобой, Исамар.
- Не говори так, прошу тебя! Ты никогда не должен испытывать стыд перед женщиной, которая тебя любит!

- Прости меня, моя святая! Прости за то, что я - сын своего отца, - плакал Рейнальдо, стоя на коленях перед Мерседес.
- Рейнальдо, встань, мы не можем с тобой так разговаривать! Мне не за что тебя прощать! Встань, пожалуйста!
Не сумев поднять Рейнальдо, Мерседес тоже опустилась на колени, обхватила его голову руками, прижала к себе. На какое-то мгновение Рейнальдо затих, припав к ней кротко, словно малое дитя, но потом очнулся:
- Нет, Мерседита, я этого не заслуживаю, он помог ей подняться и встал с коленей сам. Но я клянусь, что верну тебе все, что так подло украл у тебя мой отец!
- Рей, милый, мне ничего не нужно! Здесь, в обители, я нашла то, что мне необходимо.
- А как быть с тем, что принадлежит тебе по праву?
- Если хочешь, переведи эти деньги на счет обители. А мне ничего не нужно. Я говорю тебе правду, Рей!
- Мерседес, я должен тебе сказать кое-что, - Рейнальдо помедлил, собираясь с духом, а затем произнес решительно: - Мне придется покинуть эту страну! Так что, возможно, мы видимся в последний раз!

Вернувшись домой, он увидел там дожидавшуюся его Брихиду.
- Сынок, тебе надо спасаться! - бросилась она к Рейнальдо. - Я услышала, как Хосе Луис говорил Альберто и Хулио Сесару, что доктор Виельма подозревает тебя в убийстве того человека, из-за которого арестовали Сандру. В полиции думают, будто ты отомстил ему за похищение Фернандо.
- Они ошибаются, мама! Я не причастен к этому делу!
- Я верю тебе, сынок, верю! - Брихида произнесла это с такой искренностью, что это для Рейнальдо оказалось не по силам.
- Спасибо тебе, мама, - сказал он, опустив глаза. - Но ты зря беспокоишься... Прости, я должен сейчас отлучиться по делам!
- Сынок, я знаю, что ты не виноват, - остановила его Брихида. - Но тебе надо уехать! Куда-нибудь подальше, а лучше всего за границу. Я боюсь, что они обвинят тебя в том, чего и не было на самом деле  Сынок, послушайся меня, пожалуйста! Я согласна никогда больше тебя не увидеть, только б ты был в безопасности! Уезжай за границу, Рей, уезжай! Умоляю тебя!
Едва за Брихидой закрылась дверь, как на пороге появились Алехандро и Гильермо.
- Ответь мне честно, Рей, - глухо произнес Гильермо, - это ты приказал убить Ледермана?
- Да вы что, ребята, белены объелись? - попытался улыбнуться Рейнальдо, но улыбка вышла неестественной и жалкой.
- Не отпирайся, Рейнальдо! - продолжал Гильермо. - Мать рассказала мне все. Я знаю, что Ледерман и Герра были твоими сообщниками в незаконной торговле оружием. Потом вы что-то не поделили, и эти двое в отместку похитили нашего отца. Ты же решил им отомстить и устроил эту аварию. Но Ледерман и Герра остались живы. Тогда твой дружок Очоа обманным путем выманил из гостиницы Герру, с которым вы тоже, наверное, расправились, только полиции это пока не известно. А Ледермана застрелили прямо в номере... Ну, скажи, что я еще упустил?
- По-моему, ты упустил главное: у твоей матери крыша поехала, - грубо заявил Рейнальдо. - Что ты сказал? - Гильермо бросился к брату, намереваясь его ударить.
- Гильермо, прекрати! - удержал его Алехандро и обратился к Рейнальдо. - Подумай, мать Гильермо обвиняют в тяжком преступлении. Только установив истину, мы сможем освободить Сандру. Скажи, это убийство — на твоей совести?
- Чего вы от меня хотите? - перешел на крик Рейнальдо. - Чтобы я взял на себя вину и отправился за решетку вместо Сандры? Да, я хотел поквитаться с Геррой и даже собирался ликвидировать его. Но этот подонок на встречу не пришел. И Ледермана я тоже не видел. Так что я не имею никакого отношения к этому убийству.
- Боже мой! - воскликнул Алехандро. - Ты говоришь, как настоящий уголовник! «Хотел ликвидировать Герру»! А Ледермана, вероятнее всего, поручил своему верному оруженосцу Сабасу. Так ведь? Признайся, Рей!
- Нет! Нет! Сколько раз я могу повторять, что не убивал Ледермана?! - истерично закричал Рейнальдо.
- Я тебе не верю, Рей! - тихо сказал Гильермо. - Но дай Бог, чтобы твои слова оказались правдой, потому что в отличие от тебя, я еще не разучился сочувствовать. Мне больно за тебя, брат. Пойдем отсюда, Алехандро, мы от него не дождемся искренности.
- Мальчик мой, я все слышала, - тронула Рейнальдо за плечо Энкарнасьон. - Скажи мне, что все это значит?
- А то, - не смог больше сдерживаться Рейнальдо, - что твой дорогой Рей - убийца!
- Нет! - в ужасе вскрикнула Энкарнасьон.
- К сожалению, это так! Я приказал убить Ледермана. И Бругеру тоже убрал я. И других, многих других.
- Нет! Нет! Боже мой! - забилась в рыданиях Энкарнасьон.
- Но я ни в чем не раскаиваюсь! Мне только жаль Гильермо и его мать. И горько, что Алехандро меня теперь тоже ненавидит.

У Виельмы, наконец, появились все основания для ареста Фернандо Мальдонадо: под давлением следствия Асуахе признался, что устроил побег преступников по требованию Фернандо. Но с арестом Виельма на сей раз опоздал и вынужден был начать розыск исчезнувшего Фернандо.
С Рейнальдо Виельма тоже не повезло: когда полицейские с ордером на арест пришли в дом Рейнальдо, хозяина уже и след простыл. Так что в розыске теперь оказались оба - и отец и сын.
Фернандо скрывался в поселке неподалеку от Каракаса и не мог уехать за границу, потому что все его средства были переоформлены на имя Андраде, а тот как в воду канул. На все звонки Фернандо и Росы секретарь Андраде отвечал, что шеф уехал в командировку.
- Мерзавец, он надул меня! - ругался Фернандо. - Скрылся с моими деньгами. Роса, ты поедешь в Каракас и доставишь сюда этого гада!
Роса уехала, а Фернандо из газет узнал, что полиция разыскивает не только его, но и Рейнальдо.
- Сын мой, сын! - как зверь в клетке заметался из угла в угол Фернандо. - Рей, мой любимый! Я просил тебя остановиться! Я боялся, что все именно так и случится.
И опять призраки обступили его со всех сторон, и среди них неотвязнее всех был Торреальба.
- Наберись мужества, Фернандо, загляни в свою душу! - беспрестанно повторял он. - Загляни в свою душу!

+2

46

Глава 62

Армандо, узнав, что происходит с семьей Мальдонадо, посоветовал своей бывшей жене на время увезти детей из Каракаса.
- Мне страшно подумать, как может отреагировать Габи, когда кто-нибудь из одноклассников расскажет, ей, в чем обвиняются ее нынешние дедушка и дядя! Девочка не должна подвергаться таким испытаниям, и ты просто обязана ее обезопасить!
- Мы с Алехандро тоже подумали о Габи и Кике, пояснила Габриэла, - и решили уехать за границу. Как раз затем, чтобы детям не пришлось пережить весь этот позор.
- Но ты понимаешь, что уезжать надо как можно скорее!
- Конечно! Мы собираемся уехать в ближайшие дни, а пока забрали детей из школы, и они сейчас находятся у сеньоры Авроры, матери Алехандро.
- Что ж, - успокоился Армандо, - будем надеяться, что все эти передряги кончатся достаточно скоро, и мы вновь увидимся!
Исамар тоже сказала своим близким, что хотела бы уехать из города.
- Мне будет тяжело видеть мучения Алехандро, когда арестуют его отца и брата, когда их будут судить. Пусть конец семьи Мальдонадо пройдет не у меня на глазах.
Заниматься делами фирмы вместо себя она поручила Ортенсии, но еще предстояло объяснить причину своего отъезда Хосе Луису. Он предложил Исамар встретиться в ресторане отеля «Петегота».
Там остановилась моя крестная, приехавшая из Испании. Будет небольшой семейный обед. Прошу тебя, приходи!
Исамар меньше всего хотелось сейчас общаться с родителями Хосе Луиса, и она попросила Ортенсию пойти вместе с нею в ресторан.
- Пожалуйста, Ортенсия, помоги мне! Я скажу Хосе Луису несколько слов, а потом уйдем, сославшись на то, что будто бы должна передавать тебе дела. В твоем присутствии Хосе Луис не станет меня задерживать.
В ресторан они с Ортенсией пришли чуть раньше назначенного времени, и, устроившись за столиком, увидели неподалеку... Алехандро и Леонардо, которые тоже обсуждали предстоящий отъезд Алехандро. Согласившись на предложение Габриэлы уехать из Каракаса, Алехандро стал тут же звонить Леонардо, чтобы оставить его в конторе вместо себя, но Леонардо спешил на встречу с клиентом как раз сюда, в «Петеготу». Так сама судьба еще раз свела Исамар и Алехандро.
- Что здесь делает Алехандро? - Ортенсия с подозрением посмотрела на подругу, но, увидев, что та попросту ошеломлена присутствием здесь Алехандро, добавила: - Если хочешь, мы можем уйти!
- Мы не можем уйти! - напомнила ей Исамар. - Нам надо дождаться Хосе Луиса.
Похожий разговор происходил в это время и за соседним столиком. Леонардо тоже поначалу заподозрил приятеля в сговоре с Исамар.
- Клянусь, я удивлен не менее тебя, - ответил тот. - Но это, знаешь, очень кстати! Я ведь должен проститься с Исамар.
И тотчас же написал записку, которую передал с официантом Исамар.
- Ну что скажешь, Алехандро? - спросила она, выйдя из зала. - Зачем ты хотел меня видеть? Почему просто не подошел к нашему столу?
- Потому, что я хотел видеть тебя наедине! - волнуясь, произнес Алехандро. - Это просто чудо, что я встретил тебя здесь!
- Мы договорились о встрече с Хосе Луисом... - пояснила Исамар.
- В отеле? - изумился Алехандро. - Но почему именно в отеле?
-  Простите, сеньорам нужен номер? - служитель отеля, слащаво улыбаясь, протянул Алехандро ключ от номера.
- Да! - неожиданно для себя, а тем более для Исамар, сказал Алехандро и взял ключ.
- Мы не должны этого делать, это нехорошо, - говорила Исамар, тем не менее, следуя за Алехандро, дергающим ее за руку.
- Это безумие, безумие! - повторила она, уже войдя в номер.
- Любовь - это всегда безумие, - сказал Алехандро, целуя свою ненаглядную.
- Нет, отпусти меня! - высвободилась из его объятий Исамар. - Не понимаю, почему я пошла в этот номер!.. На меня нашло затмение...
- Это затмение называется любовь, моя красавица! А любовь не знает никаких правил! Извини, я напишу записку!
Вскоре официант передал эту записку Леонардо, и тот, встав из-за стола, подошел к Ортенсии:
- Простите, сеньорита, но обстоятельства изменились, и нам нет никакого смысла здесь оставаться! Позвольте уплатить по счету!
- Да! - растерянно ответила Ортенсия, видя, как семейство Хосе Луиса устраивается за ближайшим столом. - Пойдемте отсюда побыстрее!
- И все-таки это безумие, - сказала Исамар некоторое время спустя.
- Это божественное безумие, - улыбнулся Алехандро, нежно гладя ее пепельные волосы.
- Ты не понимаешь меня! - огорчилась Исамар. - Я больше не могу жить обманом! Не могу видеться с тобой урывками, тайком от всех! Алехандро, мы не имеем права забывать о Хосе Луисе и Габриэле! Ведь они - часть нашей жизни!
- Ну что ж, - решительно произнес Алехандро. - Тогда поставим все на свои места. Я не хочу больше расставаться с тобой. Во имя нашей любви мы должны быть искренними, и рассказать всю правду... Я порву с Габриэлой, а ты... Я люблю тебя, Исамар, и ты меня любишь! Забудем о прошлом и попытаемся, наконец, быть счастливыми. Мы должны быть вместе! Навсегда вместе!
- Да, любимый, да! - горячо поддержала его Исамар. - Я никогда не оставлю тебя. Клянусь, я всегда буду с тобой.
- Мы будем всегда вместе, любимая, - целуя ее, шептал Алехандро. - Всегда... Мы больше никогда не расстанемся!..

С некоторых пор Габриэла стала чувствовать недомогание, сопровождающееся головокружением и тошнотой. А когда приступ рвоты случился прямо в офисе, Мишель настояла, чтобы подруга обратилась к врачу.
- Это похоже на аппендицит, - утверждала - Мишель. - Со мной было то же самое, и я подумала, что это обычное отравление. И едва не дотянула до перитонита. Пойдем, я отведу тебя в клинику!
В этот момент в офисе появился Леонардо, и Габриэла спросила, где сейчас Алехандро.
- Не знаю, - ответил тот.
- А разве вы с ним не встретились? - удивилась Габриэла.
- Вероятно, мы разминулись, - вынужден был соврать Леонардо.
Войдя в кабинет к своему лечащему врачу, Габриэла смутилась, обнаружив там вместо доктора Сандриа... брата Исамар.
- Доктор Сандриа сейчас на операции, - пояснил Архенис. - Но вы не огорчайтесь, - улыбнулся он, увидев замешательство Габриэлы, - я тоже сумею оказать вам помощь. Пройдите, пожалуйста, в соседний кабинет, там вам сделают необходимые анализы.
- Ну что, доктор, - в тревоге спросила Габриэла, когда из лаборатории принесли результаты анализов, - у меня аппендицит или язва?
- Ни то и ни другое, - ответил Архенис. - Вы... беременны.

Объяснение с Хосе Луисом произошло как бы помимо воли Исамар. Находясь под сильным впечатлением от только что происшедшего, она и подумать еще не успела, как будет сообщать Хосе Луису о своем решении. Но, едва переступив порог дома, увидела перед собою крайне обеспокоенного Хосе Луиса.
- Что случилось? Где ты была? Почему ты в таком виде? У тебя растрепаны волосы! - тревога в его глазах мгновенно сменилась гневом. - Скажи прямо, где ты была?
- Оставь нас, пожалуйста, - попросила Исамар Питу, а Хосе Луису сказала: - Не надо на меня кричать!
- Как же я могу не кричать, когда ты заставила всю мою семью ждать тебя в отеле, а сама где-то шлялась! Признайся, ты была с ним? С Мальдонадо?
- Да, Хосе Луис, - не стала отпираться Исамар. - Мы с Алехандро решили снова быть вместе...
- Я не прощу тебе этого, Исамар, - уходя, заявил Хосе Луис. - Ты зло посмеялась надо мной. Плюнула мне в лицо на глазах у моих родных... Но я клянусь, что никогда тебе этого не прощу! Никогда!

Приехав домой и не обнаружив там Габриэлы, Алехандро позвонил в офис. Засидевшийся допоздна за работой Леонардо сообщил ему, что Мишель повела Габриэлу в клинику и пока они оттуда не возвращались.
- А еще я должен сказать тебе, - недовольно продолжил Леонардо, - что ты ведешь себя, мягко говоря, несерьезно. Мне пришлось врать Габриэле, будто я с тобой разминулся. К тому же, в отеле мы почти не успели обсудить дальнейшие планы фирмы, а завтра, если у Габриэлы не найдут ничего опасного, вы уезжаете...
- Леонардо, все переменилось! - прервал его Алехандро. Будь, добр, приезжай сейчас ко мне, и я тебе все расскажу...

- Да, братец, тебе предстоит трудный разговор, - сочувственно произнес Леонардо, выслушав Алехандро. - Но, видимо, так будет лучше для всех.
Увидев входящую Габриэлу, он заторопился домой, шепнув на ходу Алехандро:
- Предпочитаю не присутствовать при вашем объяснении. Ни пуха ни пера!
- Что тебе сказал врач? - спросил Алехандро Габриэлу, когда они остались одни.
- Даже и не знаю, как начать... - замялась Габриэла. - Прости, Алехандро, но для меня это было тоже как гром среди ясного неба...
- Да говори же прямо, что случилось? - теряя терпение, вскочил со своего места Алехандро. - У тебя нашли что-нибудь опасное?
- Нет, но поверь, для меня это такая же неожиданность, как и для тебя...
- Я еще не услышал, что произошло, - напомнил Алехандро.
- Дело в том, что я... беременна, выдавила из себя наконец Габриэла.
- Что? Что ты сказала? - воскликнул Алехандро, не сумев скрыть своего огорчения и даже негодования. - Ты же говорила, что предохраняешься, и я могу положиться на тебя! Ты что, школьница, которая забыла выпить противозачаточную таблетку?
- Но я не виновата, что эта спираль вдруг изменила свое положение! - едва не плача, пояснила Габриэла. - Я забеременела... Что же мне теперь делать? В чем моя вина?
- А как ты думаешь? - в сердцах спросил Алехандро. - Ты прекрасно знала, что ребенок не входит в наши планы, но устроила мне такой «подарок». Как ты не понимаешь, насколько это теперь усложнит мою жизнь!..
- Ты говоришь так, будто я прыгаю от счастья, узнав о беременности, - обиделась Габриэла. - Я тоже этого не хотела, но что же мне теперь делать?
- Прости, у меня сдали нервы, - сказал Алехандро. Но все это случилось так неожиданно! Я ума не приложу, как нам выходить из этой ситуации.
- Чего уж там, говори прямо, - подтолкнула его Габриэла. - Ты хочешь, чтобы я сделала аборт?
- Я этого не говорил! - возразил Алехандро. - Дай мне хотя бы прийти в себя.
- Пожалуйста! Сколько угодно! - Габриэла больше не могла сдерживать слез. - Твоя реакция весьма красноречива: она говорит о твоем истинном отношении ко мне!..
Всю ночь они оба - каждый в своей комнате - не сомкнули глаз, а утром Алехандро сказал, что у него есть неотложные дела в городе, и вышел из дома, все еще не решив, как ему развязать этот узел.
Габриэла же, оставшись одна, заметила на спинке стула пиджак Леонардо, который тот впопыхах забыл надеть.
«Странно, откуда здесь этот пиджак? Чей он?» - рассеянно подумала Габриэла и сунула руку в карман, надеясь обнаружить там хоть какой-нибудь предмет, указывающий на владельца пиджака. Извлекла она оттуда... визитную карточку Алехандро, на которой его же рукой было написано: «Леонардо, прости меня, дружище, но я останусь здесь с Исамар. Пойми, мне нужно побыть с нею наедине».

Исамар тоже не могла уснуть в ту ночь, но по другой причине - от счастья!
- Я уверена: любовь сильнее прошлого, - говорила она Пите. - И мы с Алехандро будем вместе, несмотря ни на что! Почему он должен так жестоко расплачиваться за преступления Фернандо Мальдонадо?
- Но еще неизвестно, что будет с Алехандро, когда его отца посадят в тюрьму, - осторожно высказала свои опасения Пита.
- Он уже готов к этому, - отвечала Исамар. - А наша любовь сильнее всего на свете! Мы так долго страдали... И, пройдя через все, убедились, что любим друг друга. Разве я не заслуживаю того, чтобы быть вместе с любимым человеком? Алехандро - моя жизнь... И я не отступлю, потому что имею право на счастье!
А Хосе Луис, едва дождавшись рассвета, позвонил Марте и сказал, что отныне он не будет заниматься делом Мальдонадо, а также попросил, чтобы никто из членов семьи Торреальбы не напоминал ему больше о своем существовании.
Марта в то время проходила курс лечения у психиатра и, под воздействием лекарств была несколько заторможенной, поэтому она даже не нашла, что ответить Хосе Луису. «Неужели Мариана опять вернулась к Алехандро?» - все же догадалась она и поехала к сестре.
Услышав подтверждение своей догадки, Марта, как и прежде, стала упрекать сестру, что та забыла, кто убил их отца и кто убил Гойо...
- При чем тут это? - с досадой ответила Исамар. Я люблю Алехандро, а не его семью.
- Ладно, пусть так, - согласилась Марта. - Ты порвала с Хосе Луисом, но можешь ли ты быть уверенной, что Алехандро то же самое сделает с Габриэлой? Ведь они живут вместе, и Алехандро перевез туда своего сына. Думаешь, ему так просто будет разорвать эту связь?
- Да, я знаю, ему будет тяжело это сделать. Но я уверена в Алехандро! Он любит меня! Сердцем своим он всегда был со мной. И теперь никто не разлучит нас! Все обстоятельства - ничто в сравнении с нашей любовью!
Звонок в дверь прервал эту пылкую речь Исамар.
- Прости, Марта, - сказал, входя, Архенис, - но мне надо поговорить с Исамар наедине.
И он рассказал о вчерашнем визите к нему Габриэлы и о ее диагнозе.
- Этого не может быть! - в ужасе воскликнула Исамар. - Ты ошибся! Твои лаборанты перепутали анализы.
- Увы, сестренка, ошибка тут исключена. Мне очень жаль, что именно я вынужден был сообщить тебе эту новость, но, по-моему, ты должна знать: Габриэла Сантана ждет ребенка от Алехандро.
- Ты лжешь! Ты придумал это, чтобы разлучить нас с Алехандро! - не помня себя, закричала Исамар. - Вы уже не знаете, что выдумать, чтобы только я не была счастлива.
- Помилуй, Исамар, что ты говоришь?!
- Да, я все поняла, - продолжала Исамар. - Вы с Мартой сговорились. И мне очень больно, что ты пошел на эту низость.
Пока Исамар и Архенис говорили в соседней комнате, Марта оставалась в гостиной и, услышав еще один звонок в дверь, тотчас же открыла ее. На пороге стоял... Алехандро Мальдонадо.
- Могу я увидеть Исамар? - спросил он глухо, но Исамар, тем не менее, услышала его голос и бросилась в гостиную.
- Алехандро, дорогой, они хотят разлучить нас, - припав к его груди, пожаловалась Исамар. - Они не хотят примириться с тем, что мы любим друг друга и хотим жить вместе!
- Подожди, Исамар, - осторожно отстранил ее от себя Алехандро. - Дай мне хоть слово вымолвить.
- Нет, любимый, ты не обязан отчитываться перед ними! Я порвала с Хосе Луисом, моя совесть чиста. А мои самые родные люди вместо того, чтобы поддержать меня...
- Исамар, помолчи, дай ему, действительно, сказать то, с чем он пришел, - вставил Архенис, догадавшись по мрачному виду Алехандро, какое решение тот принял.
- Нет, Алехандро, - возразила Исамар, - тебе вовсе не нужно ничего говорить. Я все уже им объяснила. А сейчас я хочу только одного: выйти за тебя замуж и зажить счастливо! Чтобы мы смогли с тобой уехать отсюда и чтобы у нас был ребенок!
- Мы не можем уехать. Мы не можем уехать, Исамар! - не смея и дальше мучить ее, воскликнул Алехандро.
- Скажи ей правду, - поддержал его Архенис.
- Я не могу порвать с Габриэлой, - боясь встретиться взглядом с Исамар, произнес Алехандро. - Я не могу оставить ее... потому что она ждет ребенка... Моего ребенка... Я узнал об этом только вчера вечером. Для меня это было жестоким ударом.
- Боже мой, Боже мой!.. - плача, повторяла Исамар.
- Исамар, попытайся меня понять, - Алехандро впервые осмелился взглянуть ей в глаза.
- Нет, я не желаю понимать! - истошно закричала Исамар, - Не желаю входить в твое положение! С тобой всегда одно и то же. Еще не было случая, чтобы после минутной радости я не лила слез по твоей милости!
- Я люблю тебя, - с болью говорил Алехандро. - Потерпи немного. Мне нужно время, чтобы все уладить. Я что-нибудь придумаю...
- Нет, Алехандро, - твердо сказала Исамар. - Ты потерял меня. И теперь уже - навсегда. Уходи!
- Исамар, любимая, я придумаю что-нибудь...
- Уходи! Уходи! Забудь о любви! Она для нас больше не существует!
Алехандро ушел, а Исамар забилась в тяжелых рыданиях.
- Не мешай ей, пусть выплачется, - тихо сказал Архенис Марте, попытавшейся было утешить сестру.
Несколько часов прошло, прежде чем Исамар вышла из своей комнаты и попросила Питу собрать чемоданы.
- Я уезжаю.
- Куда ты? В таком состоянии?! - бросилась к ней Марта.
- Я уезжаю, - повторила Исамар. - Пита, не теряй времени. Я еду немедленно.

+1

47

Глава 63

Рейнальдо и Мерсе покинули дом буквально за несколько минут до того, как туда нагрянула полиция. Брунхильдо подсказал Рейнальдо один адресок в отдаленном районе Каракаса, где вынуждены были временно укрыться беглецы. Понимая, что отъезд за границу теперь единственный выход, Рейнальдо по телефону попросил Очоа подготовить для них с Мерсе необходимые документы, но в глубине души он еще не терял надежду на встречу с Геррой, которая должна была стать роковой.
И Герра не заставил себя долго ждать: полагая, что это звонит Очоа, Рейнальдо снял трубку, но услышал там хрипловатый голос Герры:
- Рейнальдо Мальдонадо, от меня не спрячешься! Я отыщу тебя даже в аду! Готовься принять смерть, Рейнальдо Мальдонадо!
Очоа выставил у дверей Рейнальдо охрану, а Каролине велел укладывать чемоданы.
- Возможно, уже сегодня нам придется ехать за границу. И не надо истерик! Ты прекрасно знала, с кем связала свою судьбу!

Элисенда, наблюдая за дочерью; заметила, что та в последнее время выглядит встревоженной и словно чем-то напуганной.
- Я боюсь за Пабло, боюсь за себя, - призналась Каролина в ответ на расспросы матери. - Пабло поможет укрыться Рейнальдо, и это меня беспокоит.
Элисенда, не зная, как обезопасить дочь, обратилась к Максимилиану:
- Она всегда прислушивается к твоему мнению. Уговори ее оставить этого уголовника.
Но Каролина, услышав, с чем к ней пришли родители, сказала, что они преувеличивают опасность, что Пабло - порядочный человек, а вовсе не преступник.
- Я не могу и не хочу уходить от Пабло! Более того, я собираюсь с ним в дальнюю поездку!

А между тем Родригес Герра уже подготовил ловушку и для Рейнальдо, и для Пабло. Абсолютно точно рассчитав, что Рейнальдо жаждет с ним поквитаться, Герра велел одной из своих приятельниц позвонить тому в его убежище.
- Рейнальдо Мальдонадо? - произнесла женщина, набрав указанный Геррой номер. - Я звоню вам по просьбе вашего друга. Он считает, что вам будет интересно узнать, где сейчас находится Родригес Герра.
- Да, это так, - ответил Рейнальдо.
- Тогда записывайте адрес.
- Так, записал. А теперь скажи, с какой стати я должен доверять тебе? - спросил Рейнальдо. - Кто ты такая? Зачем тебе все это надо?
- А затем, - пояснила незнакомка, - что я до смерти ненавижу Родригеса Герру. То, что он сделал мне, простить нельзя, и я не хочу видеть его живым! Он должен лежать в могиле!
Мерсе, предчувствуя неладное, со слезами на глазах уговаривала Рейнальдо не ходить по этому, неизвестно от кого полученному, адресу, но тот устал сидеть взаперти и рвался к действию, позабыв о каких-либо предосторожностях.
Предчувствие не обмануло Мерсе: вскоре охранник, которого брал с собой Рейнальдо, вернулся и передал ей записку, предназначенную для Очоа. Оглушив и обезоружив Рейнальдо, Герра повелел ему связаться с Очоа, чтобы тот принес выкуп. Затем дюжие молодцы Герры привязали Рейнальдо к креслу.
- Посиди так некоторое время. Надеюсь, тебе будет удобно, - издевался Герра. - Ты, кажется, хочешь, чтобы я тебя убил, так ведь? Но пока ты нужен мне живым.
- Ты не мужчина, Родригес, - в бессильном гневе говорил Рейнальдо. - Развяжи меня, я должен сразиться с тобой в честном бою.
- Нет, это была бы для тебя слишком легкая смерть, Рейнальдо Мальдонадо.
Прибывший для переговоров Очоа предложил Герре компромиссный вариант:
- Родригес, тебя разыскивает полиция, и, думаю, тебе сложно будет выбраться за границу. А у меня есть нужные связи...
- Нет, мне нужны только деньги! - прервал его Герра.
- Но ты заломил сумму, которой ни у меня, ни у Рейнальдо попросту нет, - возразил Очоа.
- Это меня не касается, - стоял на своем Герра. - Если ты к завтрашнему утру не принесешь всех денег, твой дружок отойдет в мир иной!
Мерсе же в это время, не слишком надеясь на Очоа, помчалась к Энкарнасьон:
- Надо спасать Рея! Надо что-то делать! Может, позвать на помощь братьев - Алехандро и Гильермо?
- Нет, - возразила Энкарнасьон. - Вряд ли они сумеют помочь Рею. А вот Хулио Сесар... Пойдем немедленно к Брихиде!
- Сеньора Брихида, - бросилась к ней Мерсе, едва они с Энкарнасьон вошли в дом, - Герра похитил Рейнальдо и требует за него огромный выкуп. Я уверена, что Очоа не станет помогать Рею! Они с Каролиной уже уложили вещи и собираются бежать за границу. Герра убьет моего Рейнальдо!
- Не допусти этого, Господи, - заголосила Брихида. - Не дай погибнуть моему сыну!
Брихида, - попыталась вернуть ее к действительности Энкарнасьон, - Мерсе знает, где бандиты прячут Рея.
- Сынок, дорогой, сразу же обратилась Брихида к Хулио Сесару, молча наблюдавшему со стороны эту печальную сцену, прошу тебя, не допусти, чтобы Рейнальдо убили. Помоги ему, сынок, умоляю!
Хулио Сесар уже и сам понял, что у него нет выбора, надо спасти Рейнальдо, чтобы не доставлять страданий матери. Когда он предложил Ансельмо помочь ему в этом рискованном деле, тот поначалу сказал, что Хулио просто спятил.
- Я не могу идти спасать этого подлеца!
Но Брихида и Энкарнасьон стали умолять его, и Ансельмо не смог выдержать их слез.
- Ладно, Хулио, я пойду с тобой, - сказал он неохотно. - Только Рейнальдо ведь стерегут профессиональные убийцы.
- Я знаю это, Ансельмо, - ответил Хулио Сесар. - Но мы попытаемся их обмануть. Они, насколько я понял, ждут выкупа, а не нас с нашими пистолетами. Мама, собирай вещи! - обратился он к Брихиде. - Мы вытащим из западни Рейнальдо и сразу же уедем в Энсинаду, переждем это тяжкое время там. Я не хочу попасть под подозрение полиции.

Из телефонного разговора Ансельмо и Хулио Сесара Аврора поняла, что речь идет о спасении Рейнальдо Мальдонадо, и когда Ансельмо, закончив разговор, попросил разрешения уйти на время из ресторана, она прямо спросила его:
- Тебе известно, где скрывается Рейнальдо?
- Нет, - ответил Ансельмо.
- Но я же слышала, что ты отказывался идти ему на выручку! - с укоризной произнесла Аврора.
- Да, это так, - согласился Ансельмо. - Но я не знаю, где сейчас находится Рейнальдо.
- Ансельмо, - строго сказала Аврора, - ты не обманывай меня, а лучше сообщи полиции обо всем, что тебе известно.
- Ну, уж это слишком! – возмутился Ансельмо. – Я ненавижу Рейнальдо не меньше, чем вы, но даже если бы мне было что-нибудь о нем известно, я не стал бы заявлять об этом в полицию.
Ансельмо ушел, а Аврора тотчас же позвонила Виельме и рассказала о своих догадках. Виельма немедленно отправился на квартиру к Хулио Сесару, но кроме трех заплаканных женщин никого там не нашел.
А тем временем Рейнальдо, связанный по рукам и ногам, бессильный что-либо изменить, выслушивая угрозы Родригеса Герры:
- Ха-ха, ты поверил в эту сказку? Ты, Рейнальдо Мальдонадо, опытный и всезнающий, оказался обыкновенным простаком! Я сначала заберу твои миллионы, а потом покончу и с тобой!  Но прежде ты увидишь, как твоя Мерседес, твоя святая, станет моей! Да, она давно привлекает мое внимание…
- Заткнись, подонок, - неожиданно прервал Геру Ансельмо, приставив к его затылку пистолет.
- Рикардо! – позвал на помощь Герра.
- Твой Риккардо уже обезоружен, - пояснил Ансельмо. – Хулио, держи их под прицелом, а я займусь твоим братом.
- Что ж, займись, - сказал Рейнальдо, еще не поняв, что Ансельмо и Хулио Сесар пришли освободить его, а не убить. – Пусть лучше я погибну от твоей пули, чем от рук этого негодяя Герры.
- Дурак! – сказал Ансельмо, высвобождая его из пут. – Если бы не слезы твоей матери, то я никогда бы не стал тебе помогать.
Развязав Рейнальдо, Ансельмо принялся связывать Герру и Рикардо, а Рейнальдо бросился к Хулио Сесару:
- Дай мне ствол, Хулио! Дай, я расправлюсь с этим гадом!
- Нет, Рейнальдо, не дам! – твердо сказал Хулио Сесар.
- Ансельмо, дай мне твое оружие, - умолял Рейнальдо. – Мы не можем оставлять живым такого выродка. Он опасен.
- Нет, Рейнальдо, - возразил Ансельмо. – Мы приехали, чтобы освободить тебя, но вовсе не затем, чтобы убивать твоих врагов. Пусть они теперь посидят связанными, пока их не найдет здесь полиция. Все, уходим!
Несколько километров они проехали в полном молчании, а затем Хулио Сесар велел Ансельмо остановить машину и, не глядя на брата, сказал:
- Ты приехал. Выходи.
Рейнальдо, удивленно оглядевшись вокруг, увидел перед собою пустынную улицу, слабо освещенную фонарями… Острая, прежде незнакомая боль, кольнула его в сердце, и вдруг он отчетливо понял: сейчас он навсегда расстанется со всем истинным и дорогим, что было в его запутанной, изломанной жизни.
- Хулио Сесар, - Рейнальдо наклонился, чтобы посмотреть брату прямо в глаза, но тот отвел взгляд, боясь, что жалость и сострадание к Рейнальдо возьмут верх. – Я и впрямь не знаю, как благодарить тебя. Ты спас мне жизнь! Когда мама узнает об этом, она будет счастлива…
- Ансельмо, поехали! – не выдержал Хулио Сесар.
- Прости меня, брат! – уже стоя на обочине, сказал Рейнальдо.
- Ансельмо, я же прошу: поехали!...

Услышав, какой выкуп запросил за Рейнальдо Герра, Очоа решил, что пора выходить из игры.
- У тебя все готово? – сердито спросил он Каролину. – Завтра, во второй половине дня, мы покинем эту страну.
- А как же Рейнальдо? Разве ты не собирался ему помочь?
- Пусть сам выпутывается! - гневно бросил Очоа. - Здесь становится слишком жарко, и я не хочу осложнять себе жизнь!
- Что ты говоришь, Пабло? - изумилась Каролина.
- А ты все еще печешься о своем любовнике? - закричал Очоа, и Каролина отступила в сторону, боясь, что сейчас муж попросту изобьет ее. - Рейнальдо не заслужил, чтобы я рисковал ради него. По мне так пусть он подыхает.
Улучив момент, когда Пабло вышел куда-то по делам, Каролина позвонила Элисенде:
- Мама, мне надо поговорить с тобой. Я сейчас к вам приеду
- Дочка, что случилось? - испугалась Элисенда.
- Пока ничего, но мне страшно, - призналась Каролина. Она уже стояла на пороге, когда домой вернулся Очоа.
- Ты куда собралась? - разгневался он. - Я же велел тебе ни на минуту не отлучаться из дома! Еще один твой любовник - Родригес Герра - упустил Рейнальдо. Болван!
- Но это же здорово, Пабло! - облегченно вздохнула Каролина. - Если бы Рейнальдо, не дай Бог, убили, то полиция стала бы разыскивать и тебя.
- Мне кажется, ты радуешься совсем по другой причине: Рейнальдо все еще дорог тебе как любовник!
- Ты несправедлив ко мне, - обиделась Каролина.
- Все, хватит, замолчи! Герра угрожает, что выдаст меня полиции, если я не принесу всю оговоренную сумму.
- Что же нам делать? - растерянно спросила Каролина.
- Не знаю! Надо было мне раньше пристрелить твоего Рейнальдо! А теперь... Попробую ускорить наш выезд за границу.
Не дождавшись прихода Каролины, Элисенда обратилась за помощью к Самуэлю:
- Каролина призналась мне, что Пабло замешан в преступлениях Рейнальдо Мальдонадо. Моей девочке грозит опасность. Пабло груб с нею, он запугал Каролину и хочет увезти ее с собой за границу, спасаясь от полиции.
- Что же ты молчала до сих пор? - рассердился Самуэль. - Немедленно едем к Каролине. Надо выручать ее из беды.
- Дочка, мы приехали за тобой, - сказала Элисенда, - и на сей раз ты должна оставить этого человека.
- Мама, зачем ты все рассказала Самуэлю? - сгорая от стыда, произнесла Каролина.
- Тебе не стоит меня стесняться, - пояснил Саму-эль. - Ты просто ошиблась, запуталась. Всякое бывает в жизни... Но мы поможем тебе выбраться из этой передряги. Собирайся, поедем домой.
- Нет, я не могу... Пабло мне этого не простит... Я боюсь его...
- Каролина, - строго сказал Самуэль, - если ты сейчас же не поедешь с нами, я вынужден буду позвонить в полицию.
- Нет, только не это! - в испуге воскликнула Каролина. - Я сделаю, что вы хотите, только вам сейчас надо уйти отсюда. Пабло должен вернуться с минуты на минуту, поймет, что я все рассказала вам!..
- Хорошо, дочка, мы уходим, - сказал Самуэль. - Не заставляй меня обращаться в полицию.
Придя домой, Пабло не заметил перемены в настроении Каролины и озабоченный своими делами, опять куда-то ушел. Каролина тотчас же взяла чемодан и уже вышла за дверь, когда увидела прямо перед собой Пабло, которому, как нарочно, понадобилось за чем-то вернуться.
Каролине пришлось признаться, что она решила оставить мужа.
- Я не хочу уезжать за границу, - пояснила она свое решение.
- И ты полагаешь, красотка, что можешь вот так просто от меня уйти? - угрожающе спросил Пабло. - Ну-ка, пойдем в дом!
Втащив неудачливую беглянку в комнату, он стал кричать, что Каролина - неблагодарная тварь, и ее следует попросту прикончить.
- Если ты это сделаешь, то мама поднимет на ноги всю полицию! - вынуждена была защищаться Каролина.
- Черт с тобой, - вдруг переменил свое намерение Очоа. - Можешь убираться отсюда! Но, имей в виду: у меня длинные руки. И если ты хоть словом проболтаешься о моих делах, я достану тебя на краю света и уж точно прикончу! А сейчас можешь идти на все четыре стороны. В конце концов, ты мне изрядно поднадоела. Как выяснилось, ты не стоила тех денег, которые я за тебя уплатил!
- О чем ты говоришь? Какие деньги? - в недоумении спросила Каролина.
- Охотно поясню, - рассмеялся Очоа. - Ты жила со мной только потому, что я в свое время купил тебя у Родригеса Герры! Да, я заплатил за тебя деньги!
- Это неправда! - вскрикнула Каролина. — Ты лжешь!
- Правда, правда, -заверил ее Очоа. - Можешь спросить об этом у своих любовников - Родригеса и Рейнальдо, если тебе доведется с ними встретиться. Твой сводный братец тоже знал об этой сделке. Кстати, передай им, что они слишком завысили на тебя цену. Но, надо признать, я неплохо провел с тобой время, и, если следующий покупатель попросит у меня рекомендации, то я... ха-ха-ха... дам о тебе положительный отзыв...

Фернандо, совсем потеряв чувство реальности, вновь и вновь посылал Росу в город - разыскивать Андраде. Роса же, видя, что у Фернандо явно помутился рассудок, не знала, как ей быть, и пришла за советом к сестре. Виолета и Гильермо стали уговаривать ее, чтобы она сказала им, где скрывается Фернандо.
- Роса, пойми, я должен поговорить с отцом, - убеждал ее Гильермо. - Ему ничего не остается, как добровольно сдаться полиции. Ведь рано или поздно его все равно найдут, и, если он окажет сопротивление, то попросту будет убит.
- Ему надо идти не в полицию, а в больницу, - плача, отвечала Роса. - Он сошел с ума, Гильермо.
- Тем более мы должны ему помочь!
- Ну, хорошо, пойдем, - согласилась, наконец, Роса. Пока она отсутствовала, Фернандо коротал время в обществе... своего покойного отца.
- Реви, Фернандо, - говорил ему отец. - Мужчины не плачут! Я запер тебя на три дня в темной комнате, потому что хочу, чтобы ты стал настоящим мужчиной. И ты станешь им! А когда вырастешь, и у тебя будет собственный сын, ты воспитаешь его так же, как я воспитал тебя!
- Отец, не надо! - истошно кричал Фернандо. Не тот испуганный мальчик, а нынешний, взрослый несчастный человек. - Не надо, отец! Я загубил Рея, моего дорогого сына!..
- Что, Фернандо, ты опять ревешь? - гневался отец. - Тебя побили? Ты не должен им этого спускать! Вот тебе мачете и ступай разберись с обидчиками как мужчина. Да так, чтобы кровь этих поганцев осталась на мачете! Пусть все поймут, что так будет с каждым, кто встанет на пути Мальдонадо.
- Отец! Отец! - рыдая, повторял Фернандо. - Отец, ты не прав! Ты не должен так поступать с моим Рейнальдо!..
Когда Роса и Гильермо вошли в дом, Фернандо не сразу их узнал и еще некоторое время твердил «Отец! Отец!» Затем он набросился с упреками на Росу: «Ты предала меня! Ты привела сюда ищеек Виельмы!» Еще немного погодя Фернандо разглядел, что перед ним - Гильермо, и, обняв сына, стал плакать и жаловаться на свое нынешнее положение.
- Мне так горько, Гильермо! - Посмотри на меня: я загнан в угол, я заперт в этом свинарнике...
Гильермо, сам с трудом удерживая слезы, все же пытался объяснить, зачем сюда пришел.
- Твоя вина доказана, отец. Асуахе сознался, что побег убийц Перальты организовал ты. Отрицать это бесполезно, и я прошу тебя: явись с повинной.
Услышав от сына такое предложение, Фернандо пришел в неистовство. Кричал, что он ни в чем не виновен, упрекал Гильермо в неблагодарности и бессердечии... Словом, повторилось то, что Гильермо уже испытал однажды, когда они с Алехандро приходили к отцу по тому же поводу.
- Отец, я прошу тебя еще раз все обдумать, - сказал, уходя, Гильермо. - Мне вовсе не хочется приезжать сюда за твоим трупом.

Брихида, обрадовавшись, что оба ее сына вышли живыми из такой жестокой переделки, в то же время не скрывала своей обиды на Хулио Сесара:
- Как ты мог оставить Рея одного на улице, когда за ним охотится полиция?
- А что, по-твоему, я должен был сделать? Привезти его сюда и уложить в колыбельку Джульеты? Мы освободили его, а уж теперь пусть он сам ломает голову, как ему скрыться от правосудия.
- Брихида, ты зря так волнуешься, - вмешалась Энкарнасьон. - Я знаю Рейнальдо и уверена, что с ним ничего не случится. Он сумеет о себе позаботиться.
- Энкарнасьон права, - сказал Ансельмо. - Рейнальдо сейчас занят своими проблемами. А нам надо поторопиться, потому что мы и так уже приедем в Энсинаду за полночь.
Ансельмо не ошибся. Рейнальдо в это время был озабочен проблемой, которую считал для себя первоочередной.
- Как ты меня напугал! - воскликнула Мерседес, увидев перед собой Рейнальдо. - Почему ты здесь, в монастыре, в такой поздний час? Что с тобой стряслось?
- Я пришел предупредить тебя, чтобы ты никуда не отлучалась из монастыря. Родригес Герра хочет отомстить мне, и, боюсь, он попытается обидеть тебя. А я сейчас вынужден скрываться, поэтому не смогу защитить тебя. Ты должна остерегаться любого постороннего человека, который появится здесь.
- А кто защитит тебя, Рейнальдо? - с болью произнесла Мерседес.
- Ты, любовь моя, - ответил он. - Ты помолишься, и Господь не оставит меня.
- Рей, ты ведь не можешь разгуливать по улицам, когда за тобой охотятся. Подожди минуту... - Мерседес открыла небольшую шкатулку и, вынув из нее ключ, протянула его Рейнальдо.
- Это ключ от того домика в Энсинаде, где мы встречались с тобой тайком, когда еще были детьми. Помнишь? Поезжай туда. Там тебя никто не догадается искать.

0

48

Глава 64

Кое-как выдержав трудное объяснение с Габриэлой, которая не стала скрывать, что обнаружила злополучную записку, Алехандро отправился к Гильермо, чтобы хоть немного облегчить душу. Он честно рассказал брату и Виолете все, что с ним произошло в последние дни, и закончил совсем печально:
- Кажется, теперь я потерял Исамар навсегда.
Ответить на это Гильермо и Виолете было нечего - они тоже не могли подсказать Алехандро какого-нибудь решения и лишь посочувствовали бедняге.
- Я знаю, что оказался в тупике, - сказал на прощанье Алехандро, - но мне просто необходимо было поделиться наболевшим с близкими людьми.
И тут Виолета, весь вечер сомневавшаяся, говорить ли ей об этом Алехандро, наконец решилась:
- Подожди, - остановила она его уже у двери. - Возможно, ты не знаешь, что Исамар сейчас в Энсинаде, на каком-то островке... Она уехала туда сразу же после того, как вы с нею расстались. Но дождь, который здесь льет уже вторые сутки, там вызвал настоящее наводнение. А, кроме того, в Энсинаде бушует ураган... Марта волнуется, как бы с Исамар чего не случилось...
- Боже мой! Что же ты мне раньше не сказала? - воскликнул Алехандро и направился к телефону. - Габриэла, - сказал он, набрав номер, - я должен немедленно выехать в Энсинаду.
- Наверняка он опять поехал туда с Исамар, - обессиленно произнесла Габриэла. - Зачем ему понадобилось ехать в Энсинаду?!
- Возможно, он надеется найти там своего отца и убедить его явиться с повинной, - предположила Мишель.

Приехав в Энсинаду, Алехандро узнал, что Антонио действительно отвез Исамар на остров, и она там осталась совсем одна.
- У меня сердце не на месте, сеньор архитектор, признался Антонио. - Видите, какой шторм разыгрался?
- Антонио, отвези меня туда, - попросил Алехандро. - Мы должны помочь Исамар.
- Простите, но я вас не повезу, - твердо сказал Антонио. - В море сейчас выходить опасно. А я нужен семье живым. Особенно сейчас, когда наш дом того и гляди окажется под водой. Ведь многих уже затопило.
- Я понимаю тебя, Антонио, - согласился Алехандро. - Но может быть, ты дашь мне свою лодку? Я заплачу...
- Да не в деньгах дело! Берите моторку. Только выходить сейчас в море - безумие.
- Спасибо! Я возьму твою лодку, - сказал Алехандро уже на ходу.
Исамар он нашел в хижине, которую в любой момент мог снести ураган. Замерзшая, испуганная, проклинающая себя за то, что осталась здесь одна, Исамар забилась в угол и молила Бога, чтобы очередной порыв ветра не оказался для нее последним. Увидев перед собой Алехандро, она не поверила своим глазам.
- Ты? Как ты сюда добрался? Зачем?
- Я приплыл за тобой!
- Но как ты узнал, что я здесь?
- Это теперь не важно. Я должен тебя вывезти отсюда. Пойдем. В Энсинаде настоящее бедствие: вода заливает дома, сносит мосты. Мы не можем терять ни минуты.
Когда же они вышли на берег, то обнаружили, что лодки нет на месте: вероятно, ее волной снесло в море.
- Это я виноват! - ругал себя Алехандро. - Надо было оттащить ее подальше от воды. Иди обратно, а я подожду здесь, может, нашу лодку волна снова прибьет к берегу.
- Нет, Алехандро, забудь о лодке. Она наверняка уже на дне моря. Пойдем в дом, пока нас тоже не смыло.
- Да, ты права, - согласился Алехандро. - Но не волнуйся. Антонио знает, что мы здесь. Когда море немного успокоится, он приплывет за нами.
- Ты не должен был так рисковать из-за меня, - сказала Исамар, когда они вернулись в хижину.
- Исамар, ведь я люблю тебя! И это - главное. Сейчас, когда мы одни на острове, а вокруг бушует стихия, я особенно ясно понимаю, что главное - наша любовь. А все остальное - несущественные помехи.

В ту ночь, когда стихия бушевала над Энсинадой, туда устремились не только Хулио Сесар с детьми, Брихида, Энкарнасьон и Алехандро. Буквально друг за другом проследовали по шоссе еще две машины, в одной из которых ехали Рейнальдо и Мерсе, а в другой - Фернандо и Роса. Испугавшись, что Гильермо не выдержит и выдаст его полиции, Фернандо решился уехать в Энсинаду и укрыться в маленьком рыбацком домике, о существовании которого знали только немногие рыбаки. Обе машины ехали в одном направлении, с трудом пробиваясь по размытым дорогам к одной и той же окраине Энсинады, но ни Рейнальдо, ни Фернандо об этом даже не подозревали.
Домики, в которых теперь вынуждены были скрываться отец и сын Мальдонадо, стояли на возвышенности, и наводнение не коснулось их. А вот в центре и на противоположной стороне Энсинады стихия наделала немало бед. Многие жители оказались лишенными крова, несколько человек погибли. Крыши домов были снесены ураганом, мосты через пролив разрушены. Префект Энсинады распорядился, чтобы пострадавших приняли в тех домах, которые уцелели. Священник предложил разместить стариков и детей в церкви...
Антонио, обеспокоенный тем, что Исамар и Алехандро так и не вернулись с острова, поплыл за ними, как только шторм чуть-чуть утих.
- Мы знали, что ты не оставишь нас в беде! - бросилась к нему Исамар. - Спасибо тебе! Мы пережили тут ужасную ночь.

По возвращении в поселок им сразу же пришлось включиться в общее дело: Исамар открыла свой дом для потерпевших - помогала им одеждой и пищей, перевязывала раны, а Алехандро как архитектор оказался незаменимым при восстановлении моста, соединявшего Энсинаду с материком.
- Надо навести хотя бы временную переправу, - пояснил он Исамар. - Сейчас Энсинада отрезана от внешнего мира, и сюда можно добраться только по морю или на вертолете.
- Но это же очень опасно, - встревожилась Исамар, и, сняв с себя фамильный медальон, отдала его Алехандро. - Возьми! Он будет оберегать тебя, и с тобой ничего плохого не случится.
- Любимая моя, - растрогался Алехандро, - я не достоин такой чести!
- Возьми! Он будет тебе нужен! Береги себя!
- Спасибо, дорогая! Но единственным, что оберегает меня всю жизнь, являешься ты!
- Давай, я сама тебе его надену, - сказала Исамар. - Так мне будет спокойнее.

Альберто, который теперь работал на телевидении, вылетел в Энсинаду вертолетом и вел оттуда репортаж о последствиях наводнения. Габриэла, зная, что Алехандро в Энсинаде и беспокоясь о нем, приникла к телевизору. Дети находились поблизости, и вдруг Кике, взглянув на экран, воскликнул:
- Смотрите, там Исамар!
- Да, - поддержала его Габи, - это она! А вон там, справа, Алехандро? Мама, Алехандро в Энсинаде? Как он там оказался?
«Выходит, он поехал туда не к отцу, а к Исамар», - мысленно ответила дочери Габриэла и решила, что этот обман должен быть последним она оставит Алехандро, несмотря на свою беременность!

Обеспокоенные случившимся в Энсинаде, с которой к тому же была нарушена телефонная связь, туда один за другим выехали Марта, Архенис, Леонардо. Падре Эустакио сказал, что на вертолете Национальной гвардии он тоже отправляется в Энсинаду, и Мерседес уговорила падре взять ее с собой
Не осталась в стороне от общей беды и Аврора: она занялась восстановлением пищеобрабатывающей фабрики и пожертвовала крупную сумму на доставку в Энсинаду лекарств, одежды и продовольствия.
Марта, увидев Исамар живой и невредимой, не могла сдержать слез радости:
- Ну, слава Богу! Я так за тебя волновалась! Если бы с тобой случилось несчастье, я бы этого не пережила. Пожалуй, только сейчас я поняла, что ты для меня значишь, Мариана. Я люблю тебя, моя дорогая сестренка!
Однако, заметив на Алехандро медальон Исамар, Марта пришла в негодование:
- Это же настоящее кощунство! Отдать наш семейный медальон Мальдонадо!.. Нет, по-моему, ты сошла с ума, сестра!
- Марта, перестань, наконец, вмешиваться в мою жизнь! - рассердилась Исамар. - Алехандро жертвовал собой, спасая меня. Он не думал в тот момент ни о наших семейных распрях, ни о Габриэле, ни о будущем ребенке. Ему важно было, чтобы я не погибла там, на острове, посреди бушующей стихии. А ты... Лучше уезжай отсюда, Марта! Пожалуйста, уезжай!
Пока сестры спорили о медальоне, он, может быть, и уберег не только Алехандро, но и Хулио Сесара, волею судьбы оказавшегося в бригаде, которой руководил Алехандро.
Приехавший из Каракаса Леонардо разыскал Алехандро и предложил переправиться на другой берег с помощью каната, поскольку бурное течение пролива мгновенно разбило бы о камни любую лодку.
- Если бы нашелся такой доброволец, который перебрался бы на ту сторону по канату и закрепил его там, - рассуждал Леонардо, - тогда бы мы смогли перетащить туда оборудование, необходимое для наведения переправы.
Но добровольцев не нашлось, и Алехандро решил сам попробовать.
Леонардо, Ансельмо и Хулио Сесар надежно закрепили один конец каната, и, держась за другой, Алехандро вплавь стал перемещаться к другому берегу. Но тут случилось непредвиденное: прямо под ногами у стоявших на берегу людей вдруг образовалась трещина, и отвалившийся кусок суши стал медленно сползать в воду, увлекая за собой и крюк, на котором держался канат. Все инстинктивно отпрянули назад, и только Хулио Сесар что есть силы уцепился в сползающее к реке крепление.
- Алехандро, поворачивай назад! - кричал он, зависнув над пропастью. - Быстрее! Я держу!
Опомнившиеся Леонардо и Ансельмо бросились на помощь Хулио Сесару и буквально за ноги вытащили его из бездны, а затем перехватили из его рук канат и помогли выбраться на берег Алехандро.
- Спасибо, ты спас мне жизнь, - обнял Хулио Сесара Алехандро. - Ты сам чуть не погиб из-за меня.
- Да что там... - смутился Хулио Сесар. - Все мы делаем одно дело.

Перенапряжение последних дней, а также ливень, насквозь промочивший Рейнальдо в ту ночь, когда он носился по Каракасу сперва в поисках Мерседес, а затем и Мерсе, чтобы уехать с нею в Энсинаду, видимо, сделали свое черное дело. Рейнальдо метался в жару. Мерсе, не имея нужных лекарств, поила его отварами из собранных поблизости трав, но этих средств было явно недостаточно. Тревога за Рейнальдо боролась в Мерсе с обидой за него: ведь, как оказалось, они поселились теперь не где-нибудь, а в доме Мерседес Ферейры! Рейнальдо сам сказал об этом Мерсе, когда, войдя в дом, увидел старую детскую игрушку - куколку - и с нежностью прижал ее к своей груди как нечто очень для него дорогое. С этой потрепанной куклой, которой играла в детстве Мерседес, он и не расставался затем все время, положив ее рядом с собой на подушке.
Но еще большее унижение пришлось вынести Мерсе, когда Мерседес сама пришла в этот дом, и Рейнальдо, приподнявшись на постели, протянул к ней руки для объятия:
- Мерседита, любовь моя!
Мерседес, надо отдать ей должное, проявила сдержанность и сказала, что она всего лишь принесла продукты, потому что появляться в поселке для Мерсе было бы опасно: там полно полиции.
- Я буду сама снабжать вас едой и сегодня же принесу лекарства для Рейнальдо, - сказала она, уходя.
В следующий раз они пришли вместе с Брихидой, которая сразу же стала хлопотать у постели Рейнальдо, а Мерседес тотчас же повернула обратно.
- Мне трудно выбираться к вам, - пояснила она. - Падре что-то подозревает и, боюсь, он вскоре уличит меня во лжи.
Возвращаясь в поселок, она столкнулась на лесной тропинке с Росой, которая рискнула выйти за продуктами.
-  Ты с ума сошла! - остановила ее Мерседес. - Все знают, что ты скрываешься вместе с Фернандо Мальдонадо, Тебя могут арестовать.
В этот момент они обе заметили за деревьями мужскую фигуру и разбежались в разные стороны. Но Альберто - а это был он - узнал женщин и для преследования выбрал Росу, справедливо полагая, что она приведет его прямо к Фернандо Мальдонадо.
Росе, однако, удалось скрыться от погони. Огорченный Альберто вернулся в поселок и, разыскав Мерседес, потребовал, чтобы она сказала, где прячется Роса.
- Да, я случайно встретилась с нею в лесу, - призналась Мерседес, - но мы не успели ни о чем поговорить: она вдруг убежала.
- Учти, Мерседес, - предупредил Альберто, - о том, что Роса Пеньо прячется здесь, я сообщу доктору Виельме.
Слух о присутствии в Энсинаде Фернандо Мальдонадо быстро разнесся по всему поселку, и Алехандро стал умолять Мерседес отвести его к отцу.
- Да не знаю я, где он находится, поверь, - убеждала его Мерседес.
Алехандро продолжал настаивать, и тогда Мерседес, потеряв контроль над собой, сказала лишнее:
- Прости, Алехандро, я очень тороплюсь. Я вырвалась только на минутку, а мне еще надо повидать Рейнальдо...
- Боже мой! Зачем ты привела его сюда? - испугалась Брихида, увидев входящего вместе с Мерседес Алехандро.
- Пусть они поговорят, Брихида, - ответила Мерседес. - Не мешай им.
Алехандро стал убеждать брата, что тому лучше всего было бы добровольно сдаться полиции, а уж если он вздумал скрываться, то делать это надо не здесь, в Энсинаде, где каждый житель знает его в лицо.
- Вы с отцом просто сумасшедшие! - возмущался Алехандро. - Тот тоже не нашел другого места, кроме Энсинады...
- Что? Отец тоже здесь? - вскочил с постели Рейнальдо. - Я должен немедленно его увидеть!
- Успокойся, Рей, ты едва стоишь на ногах, - Алехандро силой уложил брата снова в постель. - Поверь мне: я сам его ищу, но не знаю, где он скрывается.

Архенис специально отыскал Алехандро, чтобы поблагодарить его за спасение Исамар.
- Я не мог поступить иначе, - сказал Алехандро. - Ведь я люблю твою сестру. А то, что случилось с Габриэлой…
- Не надо оправдываться, - прервал его Архенис. - Я все понимаю. Более того, я должен сказать тебе: Габриэле предстоят очень тяжелые роды. То, что она забеременела при наличии внутриматочной спирали, представляет огромный риск для развития плода. Габриэла может не доносить ребенка... Так что ее нельзя сейчас волновать…
- Что же мне делать? - не скрывая своей растерянности, спросил Алехандро. - Что ты можешь мне посоветовать?
- Полагаю, пока рано что-либо предпринимать, - ответил Архенис.
- То есть ты хочешь сказать, что здесь нужно время? Так ведь? - уточнил Алехандро.
- Да. Но это лишь мое мнение. Я считаю, вы с Исамар все равно не сможете жить друг без друга.
- Спасибо, что ты это понимаешь, - растроганно сказал Алехандро.
Телефонная связь с Каракасом все еще не была восстановлена, и Леонардо подсказал Алехандро, что надо бы съездить туда и успокоить Габриэлу, которая наверняка уже вся извелась.
- Да, ты прав, - согласился Алехандро. - Завтра же мы с тобой отсюда уедем.

Фернандо по-прежнему мерещились призраки, и чаще других теперь являлся ему отец. Злой, разгневанный, он кричал, что Фернандо - трус, бил его и в который раз запирал в темной комнате.
Явь и галлюцинации совсем перепутались в сознании Фернандо. В минуты просветления он понимал, что его мучают воспоминания, но при этом стал на всякий случай держать поблизости револьвер, чтобы обезопасить себя, если понадобится.
Когда галлюцинации вновь накатывали на Фернандо, он сразу же брал в руки револьвер и так, прикрываясь им, разговаривал с отцом.
- Ты опять хочешь наказать меня, - кричал Фернандо, размахивая револьвером, - но на сей раз тебе это не удастся! Ты не сможешь справиться со мной, проклятый старик!
Испуганная Роса тормошила Фернандо, пытаясь вернуть его к реальности, и он постепенно затихал, обессиленно вытирал пот со лба и говорил:
- Когда-нибудь я убью его, Роса.
- Боже мой, о ком ты? - недоумевала та. - Здесь, кроме нас с тобой, никого нет.
- Я говорю о моем отце, - отвечал Фернандо.
Однажды, во время очередного приступа, он увидел, как дверь открылась, и на пороге снова появился отец.
- Нет, не входи! Не двигайся! - закричал Фернандо и взял под прицел вошедшего.
- Отец, ты и вправду сошел с ума! - сказал Рейнальдо. - Ты не узнаешь меня? Я - Рей, твой сын.
- Ох, сынок! - пришел в себя Фернандо. - Как я рад тебя видеть! Ты спасешь меня? Вытащишь меня отсюда?
- Нет, я пришел не за тем, - ответил Рейнальдо. - Я должен спросить с тебя за все, что ты сделал с моей жизнью. Ты покушался на самое для меня дорогое - на Мерседес. Теперь ты мне за все ответишь!
- Сынок, не надо, отпусти меня! - плакал Фернандо, но Рейнальдо, вцепившись в отца обеими руками, продолжал трясти его:
- Проклятый хищник! Ты - всегда был готов высосать кровь из собственных детей! Как жаль, что я поздно это понял.
- Рейнальдо, прошу тебя, отпусти отца, - вмешалась Роса. - Он не в своем уме. Отпусти его!
- Будь ты проклят! – сказал, наконец, Рейнальдо, вняв мольбам Росы. - И не надейся, что я помогу тебе! Я сам вынужден скрываться. Поэтому каждый из нас пойдет своей дорогой, и они больше никогда не пересекутся!
Рейнальдо решительно повернул к выходу, но Фернандо последовал за ним.
- Рей, не оставляй меня, - плакал он, как дитя.
- Отвяжись ты, - периодически оборачивался Рей. - Возвращайся обратно.
Но Фернандо плелся за Реем неотступно - не обходя луж, не замечая камней...
Так они добрели до глубокого оврага, где только что случился обвал. Почва под их ногами скользила, и целые пласты ее осыпались вниз.
- Возвращайся обратно, проклятый старик! - остановился Рей. - Тут опасно ходить. Ты можешь запросто полететь в овраг.
Взглядом он проследил за сорвавшимся в пропасть камнем и увидел там, внизу... Исамар.
- Это Исамар Медина! Возможно, она еще жива. Помоги мне ее вытащить, - обратился Рейнальдо к отцу.
- Не глупи, - ответил на это Фернандо. - Она не стоит того! Пусть подыхает здесь!
- Эта женщина - единственная любовь твоего сына Алехандро, напомнил Рейнальдо. - Ты изверг! Уйди! Не хочешь помочь - черт с тобой! Я сам ее вытащу.
В этот момент к оврагу подъехала машина и из нее выбежали Алехандро и Хулио Сесар.
- Да, это произошло здесь, - сказал Хулио. - Я их вижу. Вон там - Исамар, а чуть подальше - другая женщина... Рейнальдо?.. Как ты здесь оказался?
- Хорошо, что вы подоспели, - не ответив на вопрос Хулио, перешел к делу Рейнальдо. - У вас есть трос? Здесь очень скользко.
- Ты держи веревку, - обратился Алехандро к брату, - а я по ней спущусь к Исамар.
- Я с тобой, - вызвался Хулио Сесар.
С огромными усилиями они вытащили из оврага Исамар без каких-либо признаков жизни. Затем Рейнальдо и Хулио, закрепив веревку, поспешили вниз за другой женщиной, а Алехандро попытался привести в чувство Исамар.
- Любимая, очнись! Ты не можешь умереть! - повторял он исступленно, - Исамар, милая, родная... Она дышит! Она жива!
- Та, другая женщина, мертва, - заключил Хулио Сесар. - Не будем терять времени: надо везти к врачу Исамар. Возможно, мы еще спасем ее.
- Удачи вам, ребята, - сказал Рейнальдо. - К сожалению, я не могу поехать.
Какое-то время он стоял, не зная, куда ему идти, что делать. Затем огляделся по сторонам - отца нигде не было.
- Ты чудовище, Фернандо Мальдонадо! - крикнул Рейнальдо во весь голос, надеясь, что отец еще может услышать его. - Я проклинаю тебя!
Горькие слезы хлынули из глаз Рейнальдо, и он наклонился над какой-то лужей, чтобы смыть их с лица, но только весь перепачкался в глине. Таким измазанным в грязи и глине он и вышел на тропинку, где неожиданно столкнулся с Фрасе, которой показалось, будто сама смерть предстала перед нею в образе Рейнальдо Мальдонадо.
- Это был сам дьявол! - утверждала запыхавшаяся Фрасе, прибежав к рыбакам. - Его лицо было похоже на лицо Рейнальдо. Такая глиняная маска с горящими глазами! Я еле ноги унесла!..
Весть о том, что Рейнальдо Мальдонадо - или его призрак - блуждает в окрестностях Эисинады, не на шутку напугала местных жителей. «Опять нам надо готовиться к какому-то несчастью», — говорили они.
Брихида, Энкарнасьон и Мерсе плакали, опасаясь за жизнь Рейнальдо и не зная, где его искать. А когда он поздней ночью заявился в свое убежище, Энкарнасьон заявила, что немедленно увезет его из Энсинады.

Осмотрев Исамар, Архенис облегченно вздохнул:
- Слава Богу, у нее только шок. Но объясните мне, как она оказалась в этом овраге?
- Мы знаем только то, что нам рассказал мальчик, сын погибшей женщины, - сказал Хулио Сесар. - Эта женщина, Эдельмира, и ее двое детей лишились крова во время наводнения. Их приютила у себя Исамар. Эдельмира с сыном шли вдоль оврага, когда там случился обвал... Мальчику удалось уцелеть, и он прибежал к Исамар... Она велела ему позвать на помощь нас, а сама пошла спасать Эдельмиру.
- Какое безрассудство, - всплеснула руками Марта. - Ведь она могла тоже погибнуть!
- Успокойся, сестричка, - обнял ее Архенис. - Сейчас я ввел ей снотворное, а через несколько часов она проснется.
- Я побуду рядом с ней, - сказал Алехандро.
- В этом нет необходимости, - возразил Архенис. - Тебе тоже следует отдохнуть. А когда Исамар очнется, я позову тебя.
Придя в сознание, Исамар сразу же спросила об Эдельмире и, когда узнала, что та погибла, снова на некоторое время погрузилась в транс. Марта и Алехандро не отходили от нее ни на минуту, пока сознание не вернулось к ней снова.
- Марта, сестричка, оставь нас с Алехандро одних, - слабым голосом попросила Исамар.
Алехандро снял с себя медальон и надел его на Исамар:
- Если бы он был с тобой, этого могло не случиться.
- Но ты же спас меня. Я не знаю, как благодарить тебя, - сказала Исамар.
- Там были еще и Рейнальдо, и Хулио...
- Нет, я знаю, что своим возвращением к жизни я обязана тебе... - Исамар сделала глубокий вдох, прежде чем произнести следующую фразу. - А сейчас я хочу попросить тебя... Несмотря на то что ты столько сделал для меня и что мы сейчас вместе... Я прошу тебя уехать из Энсинады.
- Но почему? - изумился Алехандро. - Ты не хочешь, чтобы я был рядом? Хотя бы пока ты поправишься?
- Обо мне есть кому позаботиться, - пояснила Исамар. - А у Габриэлы сложная беременность... Архенис мне все рассказал. Ты сейчас ей нужен больше, чем мне.

0

49

Глава 65

У Виельмы не оставалось больше никаких сомнений в том, что Ледермана убил Сабас. Во-первых, на это указывали приметы, полученные от Сандры: рост, манера двигаться, характерный голос. А во-вторых, как выяснилось, именно Сабас был первым оруженосцем Рейнальдо Мальдонадо и всегда выполнял самые рискованные его поручения.
Конечно, все эти улики были косвенными, и все же Виельма решился на арест Сабаса. «Теперь, когда его босс в бегах, этот бандит будет сговорчивее», - рассуждал Виельма.
Но он не рассчитал, насколько Сабас оказался предан Рейнальдо Мальдонадо.
Когда полиция уже окружила дом, в котором скрывался Сабас, тому припомнился их последний разговор с Рейнальдо.
- ...Надо признать, на этот раз мы проиграли, - глухо произнес Рейнальдо. - Я вынужден бежать из Каракаса и советую тебе сделать то же самое. Охотясь за мной, полиция, так или иначе, выйдет на тебя.
- У них нет против нас никаких доказательств, дон Рей, - возразил Сабас.
- Они найдут доказательства. Эти люди - большие специалисты в таких делах. У них даже немой запоет.
- Дон Рей, клянусь, я никогда вас не выдам! Я скорее умру! Вы столько для меня сделали!..
- Спасибо тебе, Сабас, - Рейнальдо поднялся, собираясь уйти. - И все же будет лучше, если ты не дашь им себя арестовать.
- Дон Рей, вы хотите, чтобы я?.. - Сабас не смог выговорить то страшное слово, которое имел в виду Рейнальдо.
- Ты прекрасно знаешь, что должен делать, - твердо произнес Рейнальдо. - Увидимся с тобой в аду...
Весь этот диалог мгновенно пронесся в сознании Сабаса и, когда полицейские начали выламывать дверь, он выстрелил себе в висок.

С Сандры, наконец, были сняты все обвинения. Вернувшись домой, она обняла Гильермо и Виолету и сказала, что ей стыдно за свою прошлую жизнь.
- Я так легкомысленно жила до сих пор! Позволила втянуть себя в грязное преступление... А вы не оставили меня, мои дорогие. Вы верили в мою невиновность, - она плакала, не вытирая слез. - Сынок, я горжусь тобой, я обожаю тебя! Если бы не ты, никто не стал бы искать истинного убийцу... Да, не отрицай!.. Виолета, дочка, прости меня за то, что я бывала с тобой грубой, обижала тебя. Больше этого не повторится. Я буду жить теперь только ради вас. Вся моя жизнь - в вас, мои дорогие дети...
У Гильермо стало спокойнее на душе за мать, но оставалась еще тревога за отца. Виельма настаивал, чтобы Гильермо указал полиции, где скрывается беглец, утверждая, что лишь таким способом можно сохранить жизнь Фернандо. После трудных сомнений Гильермо согласился с Виельмой и назвал тот адрес, по которому он сам еще недавно отыскал отца и безуспешно пытался уговорить сдаться полиции.
Выяснилось, однако, что Фернандо бежал и оттуда. Затем до Гильермо дошел слух, что Росу видели в Энсинаде, а стало быть, там надо искать и отца.
- Нет, Гильермо, ты не должен брать на себя это решение, - сказал Алехандро, когда брат поделился с ним своими намерениями. - Мы сделали все, чтобы уговорить отца сдаться добровольно. Он же продолжает упорствовать. Что ж, нам остается положиться на судьбу.
- Я подумаю о том, что ты сказал, Алехандро. Но, может быть, ты все-таки знаешь, где прячется отец? Я должен еще раз посмотреть ему прямо в глаза, прежде чем принять окончательное решение.
- Нет, Гильермо, я действительно не знаю, где сейчас находится отец.
- Я переверну вверх дном всю Энсинаду, но отыщу его! - заявил Гильермо.

Фернандо, оставив сыновей у оврага, добрался домой лишь к ночи.
- Боже мой! Где ты был, Фернандо? - запричитала Роса. - Я уже не знала, что и думать. Ты весь в грязи. Зачем ты пошел за этим неблагодарным Рейнальдо?.. Давай я тебя обмою... Выпей горячего чаю...
Фернандо послушно принимал все, что ему предлагала Роса, но не отвечал ни на один ее вопрос. Где был - он в точности не мог сказать, потому что и сам этого не помнил. Зачем пошел за Рейнальдо?.. Он не знал, зачем. Все перепуталось в его голове, настоящее и прошлое, собственный" сын и собственный отец...
- Зачем я пошел за тобой, отец? - закричал вдруг Фернандо и схватился за револьвер. - Зачем я верил тебе? Почему не убил тебя раньше, давно? Я должен был это сделать! Да, это была моя ошибка, И сейчас я ее исправлю! Ты умрешь, мерзкий старик! Ты больше никому не сможешь причинить зла!
- Фернандо, Фернандо, - пыталась вернуть его к действительности Роса. - Успокойся, здесь никого нет. Дай мне оружие...
- Нет, не трогай меня! - оттолкнул ее Фернандо. - Я прикончу этого кровопийцу!
Дрожащей рукой он продолжал целиться в видимый только ему призрак отца, затем крепко сжал револьвер обеими руками и... выстрелил.
- Все. Я убил его, - пробормотал еле слышно Фернандо и в полном бессилии рухнул на пол.
Утром в дверь кто-то громко постучал.
- Это полиция! - испугалась Роса. - Что будем делать?
- Отец, открой! - послышалось из-за двери. - Это я, Гильермо.
- Не открывай! - сказал Фернандо.
- Но это твой сын - Гильермо! - напомнила Роса.
- Не открывай!
- Отец, если ты не откроешь, я выломаю дверь, - пригрозил Гильермо.
- Открой ему, Роса, - неохотно согласился Фернандо.
Гильермо ужаснулся, увидев, в какого жалкого старика с трясущимися руками и слезящимися глазами превратился его отец буквально за несколько дней.
- Мне больно тебя видеть таким, - сказал Гильермо. - Но то, что с тобой сейчас происходит, - закономерный исход твоих преступлений.
- Ты опять пришел агитировать меня, чтобы я сдался полицейским ищейкам? - с вызовом произнес Фернандо.
- Нет, отец, - возразил Гильермо. - Теперь мне уже все равно, посадят тебя или убьют... Да, именно это я и пришел тебе сказать.
- Как ты смеешь так разговаривать с отцом! - Фернандо рванулся к сыну, замахнувшись на него кулаком, но Роса встала у него на пути:
- Не надо, Фернандо, не надо...
- Ты не только сам погряз в преступлениях, но и загубил Рейнальдо. Он стал таким же убийцей, как и ты. Можешь гордиться своей достойной сменой: твой сын бродит сейчас по окрестностям, как затравленный хищник. Он не может выйти к людям, потому что его руки в крови!.. Ты всем нам искалечил жизнь! Ты втоптал нас в грязь...
- Замолчи! — прервал его Фернандо. - Ты научился говорить красивые слова о морали, добре и зле, потому что я в свое время отдал тебя в университет. Конечно, я — монстр! Я дал тебе жизнь, а затем и университетское образование. Скажи, смог бы ты стать юристом, если б твой отец был, допустим, рыбаком?
- Я предпочел бы чистить ботинки на улице, но не втягивать голову в плечи и не прятать глаза от стыда. Посмотри, вот он, мой диплом адвоката, который ты мечтал вставить в золотую рамку. Мне пришлось получить его просто в деканате, потому что я не посмел пойти на торжественную церемонию вручения дипломов. Я не мог смотреть в глаза моим сокурсникам и преподавателям. Это ведь звучит как насмешка: Мальдонадо - защитник законности! Я, сын преступника, не имею права быть юристом. - Гильермо стал рвать диплом на мелкие клочки, а затем бросил их к ногам Фернандо. - Возьми! Вставь это в золотую рамку!
- Сынок, что ты наделал! - зарыдал Фернандо. - Сынок!..
- Ты несправедлив к отцу, - сказала Роса.
- Я несправедлив?! - возмутился Гильермо. - Это он несправедлив к своим сыновьям. Он уничтожил всех нас. По его вине Алехандро не может быть вместе с женщиной, которую любит. Рейнальдо прячется от людей, словно прокаженный, а я должен распрощаться с мечтой об адвокатской карьере и стыдиться своей фамилии. Но справедливость восторжествует! Нет, я не выдам тебя, отец. Я просто уйду, и ты меня больше никогда не увидишь. Для меня ты умер!..
Гильермо ушел, а Фернандо, ползая на коленях, стал собирать обрывки диплома и складывать из них целое.
- Ничего, - приговаривал он, - я соберу это и склею. А потом вставлю в такую красивую рамку и повешу у себя в кабинете. Да, ничего страшного... Роса, поднимись ко мне в кабинет, принеси оттуда клей.
- В какой кабинет, Фернандо? - попыталась вразумить его Роса.
- Ну что стоишь? Давай побыстрее! Мне надо склеить диплом моего сыночка. Я вставлю его в золотую рамочку...
- Фернандо, опомнись, - взывала к его рассудку Роса. - Оглядись по сторонам; откуда здесь взяться кабинету?
- Ты все еще здесь?! - вдруг пришел в ярость Фернандо. - Я же велел тебе убраться отсюда. Ну что же ты застыла как вкопанная? У тебя есть пять секунд! - он взял револьвер и направил его на Росу. - Через пять секунд ты будешь мертва и превратишься в скалу... А через семь секунд эта скала рассыплется, и твой прах развеется по ветру как песок по берегу Энсинады! Ну?.. Один... Два...
- Нет, Фернандо! – вышла, наконец, из оцепенения Роса и опрометью бросилась к двери.
А Фернандо, уже забыв, что он собирался сделать, продолжал свой счет.
- Пять, шесть, семь, восемь... Мой сыночек, мой сыночек... Нет, я сложу эти клочки! Вот так, вот так... Вот они, все здесь: один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь... Вот они, все восемь! Я вставлю их в красивую золотую рамочку!..

К моменту приезда Алехандро Габриэла приняла твердое решение: им следует расстаться.
- Как это, расстаться? - искренне изумился Алехандро, не готовый к такому предложению Габриэлы. - Поверь, я не изменил тебе с Исамар.
- Алехандро, я знаю, что ты все еще любишь ее, - пояснила свое решение Габриэла, - и не хочу препятствовать вашей любви. Я сама навязала тебе наши отношения...
- Ты говоришь глупости, - прервал ее Алехандро. - У нас будет ребенок! Это очень большая ответственность, от которой я не намерен устраняться.
- Ох, Алехандро, - грустно вздохнула Габриэла. - Мне бы хотелось, чтобы ты был со мной, потому что любишь меня, а не потому, что чувствуешь обязанность перед ребенком.
- Габриэла, у нас есть будущее! - возразил Алехандро. - Я испытываю к тебе самые нежные чувства, а ребенок их только усилит. Ты должна мне поверить ради нашего малыша!
В глубине души Габриэла и сама хотела того же, о чем говорил сейчас Алехандро, а потому убедить ее в возможности их семейного счастья оказалось не так уж сложно.
Алехандро, вымотавшийся за последние дни в Энсинаде, вскоре уснул, а Габриэла так и не сомкнула глаз, ее донимала боль внизу живота. Утром у нее и вовсе началось маточное кровотечение, и Алехандро вынужден был отправить ее в больницу.
Доктор, осмотревший Габриэлу, сразу же сказал Алехандро, что ребенка спасти вряд ли удастся...
Очнувшись после наркоза, Габриэла слабым голосом спросила Алехандро:
- Что со мной случилось? Я только помню, как меня везли в операционную... Со мной все в порядке?
- Да, все уже позади, - уклончиво ответил Алехандро.
- А ребенок?.. Что с ребенком, Алехандро? Почему ты молчишь? - встревожилась Габриэла.
- Мы потеряли его, дорогая, - вынужден был сказать ей Алехандро. - Мне так жаль!.. Успокойся, не плачь... Успокойся, моя милая...
Но Габриэла не могла сдерживать слез, а, выплакавшись, с горечью произнесла:
- Видимо, это судьба. Наш ребенок не родился оттого, что и отношения наши были только неудавшимся экспериментом.
- Габриэла, не надо больше ни о чем говорить, - предложил Алехандро. - Тебе следует отдохнуть. Постарайся уснуть, а я побуду рядом с тобой.
- Но как долго ты будешь со мной? Я знаю: ты все равно когда-нибудь уйдешь из моей жизни. Теперь это особенно очевидно. Ребенок был единственной возможностью...
- Все, помолчи, пожалуйста! - мягко, но решительно прервал ее Алехандро. - Не терзай себя понапрасну! Усни, моя хорошая!
К этому разговору они вернулись несколько дней спустя и опять по инициативе Габриэлы. Приехав домой, она решила, что лучше будет сразу расставить все по своим местам и не начинать новый, еще более двусмысленный период этой странной совместной жизни.
- Мы не можем быть вместе, Алехандро. - В больнице я об этом достаточно подумала и не нашла другого решения.
- Габриэла, но разве я не стараюсь полюбить тебя так, как ты того заслуживаешь?
- В этом и заключается проблема, - печально усмехнулась Габриэла. - Любовь нельзя вызвать в себе усилием воли. Она либо есть, либо ее нет. Я знаю, ты привязан ко мне, ты испытываешь ко мне чувство уважения, но этого недостаточно. Я не хочу больше мучить тебя! Ты имеешь право быть счастливым с той, которую любишь.
- Габриэла, меня не покидает чувство вины перед тобой, - сказал Алехандро. - Я подвел тебя. Мне хотелось думать, что рядом с тобой я забуду Исамар. Но этого не произошло. Я помнил о ней, искал ее… Обманывал тебя!..
- Но я ведь тоже виновата! - возразила Габриэла. - Я знала, что ты меня не любишь, и, тем не менее, предложила тебе поселиться у меня. Потом, видя, как ты по-прежнему тянешься к Исамар, продолжала тебя удерживать возле себя. Лишь совсем недавно я поняла, насколько это было бессмысленным. И то, что ребенок не выжил, - еще одно подтверждение этой ошибки. Наши отношения изначально были обречены... Алехандро, я ни в чем тебя не упрекаю, и хотела бы, чтобы ты всегда оставался моим другом... Хорошим другом...
Габриэла умолкла, боясь расплакаться, и Алехандро тоже почувствовал комок в горле.
- Конечно, - сказал он, справившись с подступившими слезами, - мы будем друзьями. Я никогда тебя не забуду. Спасибо тебе за все, спасибо... Я только не знаю, как это воспримут дети.
- Да, мы виноваты и перед ними, - согласилась Габриэла. - Втянули их в свои отношения. Но мы успокоим их. Скажем, что будем, как и прежде, оставаться друзьями. Они поймут.

После разрыва с Пабло Каролина могла найти некоторое успокоение только в крепких напитках. Но Элисенду очень беспокоило то, что дочь с утра до ночи пьет джин, и она прямо сказала Каролине:
- Я не позволю, чтобы ты из-за какого-то уголовника превратилась в пьяницу. Все! Отныне ты начнешь новую достойную жизнь и, я не сомневаюсь, встретишь еще порядочного человека, которого полюбишь, и он полюбит тебя.
- Мама, о чем ты говоришь? - с досадой возразила Каролина. - Моя жизнь кончилась. Я дошла в ней до последней точки. Прошу тебя, не отбирай у меня бутылку. Это единственное, что позволяет мне хоть как-то держаться.
- Ты называешь это «держаться»? - возмутилась Элисенда. - Прости за каламбур, но ты едва держишься на ногах!
Дальнейшее объяснение с матерью было для Каролины невыносимым, и она ушла из дома куда глаза глядят...
Утром она проснулась в дешевом гостиничном номере и с трудом вспомнила, что накануне пила в ресторане с каким-то незнакомым мужчиной, который и привел ее сюда. «Боже мой, до чего я докатилась!» - ужаснулась Каролина.
Все тело ее болело, голова раскалывалась. Кое-как поднявшись с постели, она подошла к умывальнику и тут обнаружила, что на пальцах нет колец. Сообразив, что ее обворовали, Каролина дотронулась до ушей - серьги, разумеется, тоже исчезли.
Дома ее встретила обеспокоенная Элисенда:
- Где ты была? Я не спала всю ночь. Дочка, что с тобой происходит?
- Меня обворовали, мама, - не стала скрывать Каролина. - Забрали все: драгоценности, кредитные карточки, которые были в сумке...
- На тебя напали бандиты? - пришла в ужас Элисенда.
- Нет, я пила в баре с каким-то типом...
- Доченька моя, так нельзя!.. Ты должна остановиться!..
- Мне очень плохо, мама! - призналась Каролина. - Как выяснилось, Пабло купил меня у Родригеса Герры! Да, он купил меня! Совершил такую сделку. Купил, словно я вещь, животное или чья-то рабыня! Они назначили мне цену и торговали мной! Да, мама, торговали...
Выпалив все это на одном дыхании, Каролина зарыдала в голос, потом еще какое-то время плакала беззвучно, а еще позже забылась в тяжелом сне.
Проснулась она только к вечеру и ощутила такую непереносимую боль в душе, что и жить не захотелось.
- Нет, больше я не позволю тебе пить! - строго сказала Элисенда, увидев, как дочь опять потянулась к бутылке.
- Мама, пойми, если я сейчас не выпью, то просто умру, - попыталась объяснить свое состояние Каролина.
- Не умрешь! - возразила Элисенда и отобрала у дочери бутылку.
- Мама, ты вынуждаешь меня опять идти в бар! Ты сама толкаешь меня в пропасть! - бросила Каролина уже с порога.
- Я не знаю, что мне делать, - плакала Элисенда, рассказывая Самуэлю о случившемся. - Она ушла, и я не сумела ее остановить. Самуэль, как мне помочь бедной Каролине? Я сама во всем виновата. Мне хотелось, чтобы мои дочери были богатыми и счастливыми. Я неправильно их воспитывала... Внушала им, что деньги - это самое важное в жизни...
- Не волнуйся, Элисенда, - успокаивал ее Самуэль. - У Каролины сейчас трудный период, но это пройдет. Мы не оставим ее без помощи.
- Нет, никогда себе не прощу! Я была плохой матерью! Я проиграла, Самуэль...

Расставание с Габриэлой, а затем и объяснение с детьми дались Алехандро непросто, и, понимая состояние друга, Леонардо предложил ему пойти куда-нибудь, где можно будет обсудить происшедшее, а заодно и выпить чего-нибудь покрепче. Но, войдя в ресторан, они увидели там Каролину. С трудом удерживая равновесие, она, тем не менее, пыталась танцевать, а двое сомнительного вида мужчин, хохоча, подзадоривали ее:
- Давай, давай! Молодец! Ну веселая же штучка нам подвернулась!
- Нет, больше не могу! - обессиленно опустилась на стул Каролина. - Хочу еще выпить!
- Куда тебе столько? Ты уже выпила слишком много, - напомнил один из ее спутников. - Пойдем лучше отсюда. Уверяю, ты получишь истинное наслаждение!
- Нет, я хочу еще выпить! - настаивала Каролина.
- Пойдем, пойдем! - мужчины подхватили ее под руки и буквально поволокли из зала.
Алехандро и Леонардо оцепенело наблюдали за этой сценой, но когда один из мужчин резко подтолкнул упиравшуюся Каролину в спину, Леонардо не выдержал:
- Оставь ее, - схватил он за руку незнакомца.
- А ты кто такой? - возмутился тот.
- Я муж этой сеньоры, - ответил Леонардо.
- Ха-ха-ха! - пьяно осклабился незнакомец. - Он, видите ли, муж! А где ж ты раньше был? Нет, дорогой, она пила за наш счет, и теперь пойдет с нами! Пойдем, красотка!
- Отпусти ее, негодяй! - крикнул Леонардо и ударил нахала.
Завязалась настоящая драка, и Алехандро вынужден был вмешаться.
- Давайте не будем ссориться, - сказал он. - Мы возместим ваши расходы, только уходите отсюда по-хорошему.
Мужчины ретировались, а Леонардо и Алехандро решили отвезти Каролину домой.
- Где ты сейчас живешь? Куда тебя везти? - спрашивал Леонардо.
- У меня нет дома! - отвечала Каролина. - Я не знаю, где мой дом, способен ты это понять? Я не знаю даже, кто я! Меня можно отвезти куда угодно. А еще меня можно на что-нибудь обменять, продать или купить. По дешевке! Я товар, вот кто я! Однажды меня уже выставили на рынке, и теперь я опять в продаже...
- По-моему, она бредит, - сказал Алехандро. - Что будем делать? Может, отвезем ее к Элисенде?
- Но там ведь Агирре, - засомневался Леонардо. - Думаю, ей не захотелось бы предстать в таком виде перед Самуэлем... Знаешь, поезжай-ка ты сейчас к Элисенде и скажи, что я отвез Каролину к себе домой.  Пусть она приедет за своей дочерью завтра.
Утром, проснувшись в доме Леонардо и узнав от него то, что произошло вчера, Каролина со смешанным чувством благодарности и стыда объяснила, отчего она последнее время так пьет.
- Негодяи! Какие негодяи! - возмущался Леонардо.
- Я сама во всем виновата, - возразила Каролина. - Ты единственный мужчина, который меня любил. А я так мерзко обошлась с тобой, с моим единственным.
Позвонив Элисенде, она сказала, что доберется до дому сама.
А на следующий день Элисенда пригласила Леонардо к ним домой.
- Я хотела отблагодарить тебя, - встретила она гостя. - Ты спас мою дочь от скандала, от позора. И еще я благодарна тебе за то, что ты не привел ее в таком состоянии сюда. Слава Богу, Самуэль не видел этого ужаса. Спасибо тебе, дорогой. Я всегда уважала тебя и любила, ты это знаешь.
- Я вам помешала? - с несвойственной ей прежде робостью спросила Каролина, появившаяся в гостиной.
- Нет, конечно, - ответила Элисенда. - Это я здесь лишняя. Уверена, что тебе есть что сказать Леонардо.
- Да, не стала скрывать Каролина. - Я хотела спросить у тебя, Леонардо. Как ты считаешь, смогу я еще подняться из той грязи, в которой оказалась? Или мне это не по силам? Ты один знаешь меня так, как никто. Даже моя мать не во всем понимает меня...
- Каролина, не скрою, когда я встретил тебя, меня привлекла, прежде всего, твоя красота. Но потом, познакомившись с тобой поближе, я почувствовал в тебе добрую щедрую душу. Наверно, тогда я и полюбил тебя... Мне нравилось, как ты умеешь радоваться жизни. Даже твое постоянное стремление к смене впечатлений, не казалось мне опасным...
- Но именно это меня и подвело. Я мечтала о путешествиях, о дорогих украшениях, о роскоши. Не понимала Эстефанию, когда она боролась за свою любовь. Мне казалось, что этот нищий рыбак не достоин ее внимания. Но она была права! А я оказалась полной дурой. Мне пришлось опуститься на самое дно, прежде чем я поняла, что дорожить в этой жизни следует только любовью. А я ее по своей глупости потеряла!
- Нет, Каролина, это не так, - возразил Леонардо. Я люблю тебя по-прежнему. И если бы ты только захотела... Вдвоем мы сумеем справиться со всеми неприятностями, которые были в прошлом.
- Леонардо, неужели я еще могу надеяться?..
- Да, любимая! - горячо заверил ее Леонардо. - Мне тоже есть в чем винить себя: я мало уделял тебе внимания, был занят только работой...
- Леонардо, - со слезами на глазах произнесла Каролина. - Ты ни в чем не виноват! Я лишь недавно поняла, насколько ты мне дорог, Спасибо тебе за все. Ты возвращаешь мне жизнь!..

Вопреки намерениям, Марта так и не уехала в Каракас: ей пришлось заботиться не только об Исамар, но и о детишках несчастной Эдельмиры, погибшей в овраге. Пастору Эустакио, собиравшемуся отправить детей в монастырский приют, Марта сказала:
- Я знаю, что чувствуют дети, потерявшие родителей, поэтому прошу: оставьте их пока здесь. Они уже привыкли к нашему дому. А я обещаю уделять им как можно больше внимания. Они такие славные! Рахино - рассудительный, а Ирис - тонкая, впечатлительная девочка.
- Ну что ж, - согласился Эустакио, - помоги этим сироткам справиться с их горем. Это благое дело.
Мальчик был постарше девочки и старался держаться мужественно, а его шестилетняя сестренка часто плакала и все просила отвести ее к маме.
- Я понимаю тебя, Ирис! - говорила девочке Марта. - Когда я была такой же маленькой, как ты, мне тоже довелось пережить горе: я потеряла сначала маму, а потом папу... Только ваша мама погибла во время несчастного случая, а моего папу убили... Но - не будем о печальном. Вы любите музыку? Там, в соседней комнате, есть пианино. Пойдемте, я вам что-нибудь сыграю.
- Ты очень хорошая, Марта, - обняла ее девочка. Это вы - хорошие! - Марта прижала к себе обоих детишек.
- А я когда-нибудь увижу маму? - спросила Ирис.
- Всякий раз, когда ты будешь о ней вспоминать, - закрой глаза и представь ее, - посоветовала Марта. - Ты увидишь, что мама всегда с тобой.
- А я, когда думаю о маме, то у меня вот тут, — Рахино дотронулся рукой до солнечного сплетения, - немножко больно.
- Это пройдет, - с уверенностью произнесла Марта. - Постепенно боль превратится в радость. Вот увидишь. Вы будете вспоминать свою маму с радостью.

Исамар и Архенис с надеждой следили за переменами, происходящими в Марте. Ее абсолютно перестали интересовать разговоры о Фернандо и Рейнальдо Мальдонадо, которые по-прежнему скрывались где-то неподалеку. Целый день она проводила с детьми, а вечером, уложив их спать, долго сидела над их кроватками, и лицо ее светилось от любви и нежности.
Когда телефонную связь с Каракасом восстановили, и Самуэль позвонил дочери, она сказала ему:
- Папа, я хочу посоветоваться с тобой о детях, которые остались сиротами. Мне становится невыносимо от мысли, что их когда-нибудь отдадут в приют. Я очень привязалась к ним, и хочу заменить им мать... Я хочу усыновить их, папа. Что ты скажешь?
- Дочка, признаюсь, это для меня неожиданно. Но тебе там виднее. Если ты полюбила этих детей, то я приму их как своих внуков.

0

50

Глава 66

Родригес Герра давно уже преследовал Мерседес, но всякий раз, когда он пытался схватить ее, этому что-нибудь мешало. Так, они с Рикардо упустили Мерседес еще в Каракасе, в монастыре. В самый последний момент появился падре Эустакио, и вместе с ним Мерседес уехала в Энсинаду. То же самое происходило затем и в поселке: Мерседес все время была в окружении людей, и подойти к ней поближе без риска быть опознанным полицейскими, Герра не решался.
Весть о том, что Рейнальдо прячется где-то здесь, в Энсинаде, очень обрадовала Герру.
- Так мы сможем убить сразу двух зайцев, - пояснил он Рикардо: - заполучить эту святошу, а с ее помощью поймать в ловушку и Рейнальдо.
- Ох, дон Родригес, не нравится мне, что вы зациклились на этой мести, - в который раз высказал свое мнение Рикардо. - По мне, так черт с ним, с этим Рейнальдо Мальдонадо. Пусть его ловит полиция. А нам надо побыстрей уносить ноги из этой страны.
- Я уже просил тебя не ныть и не каркать! - оборвал его Герра. - Полиция охотится пока только за мной, а твоей фотографии у них нет. И местные жители тебя не знают в лицо. Поэтому ты сегодня же пойдешь к Мерседес Ферейра и скажешь, что тебя послал Рейнальдо, которому срочно нужна помощь. Эта сердобольная дурочка непременно проглотит наживку. А уж Рейнальдо сам придет к нам, чтобы освободить свою красотку.
Притаившись за дверным косяком, Рикардо стал свидетелем разговора между Мерседес и Эустакио.
- Послушай, дочка, - говорил Эустакио, - я ничего не знаю о любви земной, но понимаю, что в таком душевном состоянии ты не можешь посвятить себя служению Господу. Я слышал, как ты в своих молитвах просила Господа уничтожить в твоей душе любовь к Рейнальдо Мальдонадо.
- Да, падре, я в полном смятении, - призналась Мерседес. - Я пыталась бороться с тем, что чувствую, пыталась вычеркнуть Рейнальдо из моей жизни, из моей души, но все эти усилия оказались напрасными. Я не могу больше бороться с чувством, которое испытываю к Рейнальдо. Не могу, падре, не могу... Что мне делать?
- Успокойся, дочь моя. - Падре положил руку на голову Мерседес. - Твоя любовь к Рейнальдо принесла тебе много зла, но если ты не можешь от нее освободиться, то борись за своего заблудшего возлюбленного, помоги ему встать на путь истинный...
«Браво, падре!» - молвил про себя Рикардо, все еще находящийся поблизости.
Эустакио оставил Мерседес перед иконами одну, и Рикардо тоже дал ей возможность закончить молитву. «Ладно, помолись, красотка, а то, может, у тебя больше никогда не будет такой возможности», - великодушно разрешил он Мерседес. Затем вышел из своего укрытия и сказал, что его прислал сюда Рейнальдо Мальдонадо.
- Он нуждается в помощи и просит вас прийти к нему. Только об этом никто не должен знать.
- Боже мой! Что с ним? - испугалась Мерседес, вот уже вторые сутки не знающая ничего о Рейнальдо с тех пор, как Энкарнасьон увезла его из Энсинады. - Где он?
- Я провожу вас к нему, - сказал Рикардо.
- Да, я готова, пойдемте, - не стала медлить Мерседес.
Так она оказалась заложницей Герры, который всячески издевался над ней, требуя сказать, где прячется Рейнальдо.
- Я и в самом деле этого не знаю, - отвечала Мерседес. - Но если бы и знала - вы все равно бы ничего от меня не добились.
- Ну, черт с тобой! Не хочешь говорить - не надо. Скоро твое исчезновение обнаружится, и Рейнальдо сам придет сюда! - Герра злорадно усмехнулся. - Сам придет, чтобы найти здесь свою смерть!.. А пока он не пришел, я попробую заменить его.
- Не прикасайся ко мне, гад! - кричала Мерседес, отбиваясь от Герры, который срывал с нее одежду.
- Рикардо, помоги мне управиться с этой ненормальной, - позвал своего верного подданного Герра. - Свяжи ей руки. Видите ли, я ей противен! А Рейнальдо, значит, тебе не противен?.. Связанной ты будешь спокойнее.
- Нет!.. Нет!.. - Помогите! - кричала Мерседес, но ее никто не мог услышать.

После того как Фрасе раструбила по всему поселку о своей нечаянной встрече то ли с дьяволом, то ли с Рейнальдо Мальдонадо, Энкарнасьон убедила Рейнальдо покинуть Энсинаду.
- Я поеду с тобой, а Мерсе останется у Брихиды. Если не удастся переправить тебя за границу, то мы хотя бы переждем какое-то время вдали отсюда, где тебя всякий знает в лицо и может опознать.
Остановились они в небольшом отеле вблизи Каракаса, и Рейнальдо стал осторожно по телефону прощупывать обстановку. Так он узнал о кончине Сабаса, не предавшего своего господина. Узнал и о том, что Очоа исчез из Каракаса, видимо, бежал за границу. Рейнальдо обратился за помощью к Каролине, но она лишь обрушила на него проклятия за содействие в той сделке между Геррой и Очоа по ее, Каролины, купле-продаже.
Энкарнасьон позвонила Брихиде, чтобы та не волновалась:
- Пока уехать не удается, но Рей что-то предпринимает. Ты передай Мерседес, пусть она ровно в два часа позвонит по этому номеру. Рей очень хочет с нею поговорить.
Но в назначенный час звонка от Мерседес не последовало, и Рейнальдо сразу же сказал:
- С нею что-то случилось! Что-то плохое! Я чувствую! Но, может, ее не отпустил падре Эустакио? - предположила Энкарнасьон.
- Нет, моя святая нашла бы способ уйти и позвонить мне.
Брихида не хотела говорить сыну об исчезновении Мерседес, но он настаивал, и пришлось все ему рассказать.
- Только ты не волнуйся! - уговаривала Брихида сына. - Мерседес ищут! Ее найдут!
- Это Родригес Герра! - не осталось больше сомнений у Рейнальдо, и он, не обращая внимания на увещевания Энкарнасьон, тотчас же отправился обратно в Энсинаду.
- Я с тобой! - воскликнула Энкарнасьон. - Подожди меня! Я не могу оставить тебя одного!
В Энсинаду они пробрались ночью, но по дороге их остановил полицейский патруль:
- Ваши документы?
Рейнальдо сунул руку в карман, и полицейский ничего не заподозрил... В следующий момент прозвучал выстрел, а затем, почти без паузы, еще один.
- Боже мой! - пришла в ужас Энкарнасьон. - Ты убил их, Рей!
- Перестань голосить, - грубо прервал ее Рейнальдо - Эти люди пытались остановить дьявола. - А дьявола остановить невозможно!
Какое-то время они шли молча. Энкарнасьон тихо всхлипывала.
- Ну а теперь, старушка, - Рейнальдо остановился, - мы должны разойтись в разные стороны. Возьми вот это и сохрани, - он отдал Энкарнасьон куколку Мерседес. - И не плачь. Я люблю тебя, дорогая моя! Спасибо тебе за все!
Они крепко обнялись и постояли так несколько секунд. Затем Рейнальдо решительно шагнул в ночь и вскоре скрылся из виду.
- Да хранит тебя Господь! - шептала ему вслед Энкарнасьон, вытирая горькие слезы.
Рейнальдо не мог знать, где Герра держит Мерседес, но шел без остановок, доверяясь какому-то необъяснимому чутью...

- Что они сделали с тобой, моя святая? - бросился он к Мерседес, наконец, отыскав ее. - Они били тебя? Что ты с нею сделал, грязная тварь? - увидев рядом с собой ухмыляющегося Герру, направил на него револьвер Рейнальдо.
- Полегче, полегче, - предупредил его Герра. - Твоя карта бита, Мальдонадо! Ты опять попался как последний идиот. Я не сомневался, что ты придешь, ха-ха! Ты немного задержался, но это не беда! Я неплохо провел время с твоей красоткой...
Рейнальдо больше не мог слушать Герру и нажал на спусковой крючок.
- Сдавайтесь, вы окружены! - услышал он мгновение спустя грозный голос, усиленный мегафоном.
- Рей, уходи! - вскрикнула Мерседес.
- Нет, я не оставлю тебя! - Рейнальдо наклонился над нею, намереваясь взять ее на руки.
- Сейчас я тебе помогу! - воскликнул за его спиной Рикардо. - Смотри, Мальдонадо, как будет умирать женщина, которую ты любишь!
Он выстрелил в Мерседес, но Рейнальдо в последний момент успел заслонить ее собою...

Несчастная Роса, которую едва не застрелил обезумевший Фернандо, спасалась у Виолеты, а сам Фернандо все бродил по окрестностям Энсинады, ведомый своими призрачными собеседниками. Отец, с тех пор как Фернандо его «убил», перестал являться в этих горячечных видениях, но вместо него приходили Сакариас, Торреальба, Ферейра и звали Фернандо за собой и вели его по безлюдным тропам Энсинады.
- Идем, Фернандо! - брал его за руку Сакариас, - я покажу тебе твоего сына Рейнальдо, который превратился в загнанного зверя. Пойдем, выручишь его из беды. У тебя же много денег! Ты всегда считал, что за деньги можно купить все. Не пожалей их, помоги своему сыну...
- Ты напрасно издеваешься, Сакариас, - бормотал на ходу Фернандо. - Да, я остался без гроша. Да, я не помню, когда держал во рту крошку хлеба. Но даже голод не может меня убить. Вокруг столько всякой еды... Вот она! Вот! - И он с корнем вырывал из земли траву и пучками запихивал ее в рот, не замечая, как она режет ему губы и десны. Затем, ругаясь, выплевывал эту зелень, смешанную с песком и глиной. Однажды ему показалось, что трава пахнет кровью, и он закричал в страхе:
- Кровь! Здесь пахнет кровью! Пахнет кровью!..
Иногда он, сам того не понимая, оказывался в опасной близости к людям, но, тем не менее, оставался незамеченным. Лишь один раз кто-то из рыбаков увидел его и крикнул:
- Там на пригорке - Фернандо Мальдонадо!
Но когда другие рыбаки обратили взоры к тому пригорку, там никого уже не было.
- Тебе померещилось, - сказал самый старший из них своему товарищу. - Это, скорее всего, был призрак. А может, - добавил он, подумав, - то был и Фернандо. Но он ведь - заговоренный. Да, он в сговоре с сатаной, и потому его никак не могут поймать.
- Про Рейнальдо говорили то же самое, - возразил рыбак помоложе, - а вчера его застрелили. Его отправили на тот свет!
«Рей, сынок! Я убил тебя!» - притаившийся поблизости Фернандо с трудом удержался от крика, и лишь тяжелый стон вырвался из его груди.

Весть о гибели Рейнальдо очень скоро стала достоянием всех жителей Энсинады, но, несмотря на это, многие из них утверждали, что Рейнальдо приходил к ним в ночь накануне похорон.
Фрасе рассказывала соседкам: едва она с облегчением подумала о том, что Рейнальдо получил по заслугам, как тотчас же и увидела его перед собой
- Здравствуй, Эуфрасия! - сказал Рейнальдо, зловеще ухмыляясь.
- Пресвятая Дева! - в ужасе воскликнула Фрасе.
- Ха-ха, я вижу, ты испугалась, - рассмеялся Рейнальдо. - Или ты не узнала меня? Короткая же у тебя память. А я все еще помню, как ты кувыркалась подо мной! Ха-ха-ха!..
- Это был дьявол, дьявол, - уверяла соседок Эуфрасия.
- Он и рыбакам являлся, и Кармен, - добавляли те.
- Боже мой! - крестилась Фрасе. - Избавь нас от этого дьявола!
Может, по этой причине никто из жителей Энсинады на похороны не пришел. Даже желающих просто поглазеть не было.
Горько плакали над телом Рейнальдо три безутешных женщины - Брихида, Энкарнасьон и Мерсе. Не могли сдержать слез и братья - Алехандро и Гильермо.
- Так не должно было случиться, Рей! - припал к гробу Алехандро. - Мне больно за тебя, ты слышишь? Это слишком жестокая расплата за все твои ошибки! Я любил тебя, брат! Не уходи! Не оставляй нас. Посмотри, мы все здесь: и Гильермо, и Хулио, не уходи!
Мерседес рвалась на похороны, но ее не отпустили.
- У тебя высокая температура, - пояснил Архенис. - Ты попросту не сможешь держаться на ногах.
Лишь на следующий день она улучила момент, когда ее оставили без присмотра, и медленно, нетвердым шагом ушла из больницы.
Добравшись кое-как до кладбища, она упала на могилу и забилась в рыданиях. Затем, выплакавшись, сказала едва слышным голосом:
- Я пришла сюда не затем, чтобы проститься с тобою, Рей. Этого я никогда не смогу сделать. Никогда не смогу вырвать тебя из своего сердца... Раньше я любила тебя, но и боялась в то же время. Потому между нами ничего не могло быть... Но теперь, когда ты ушел навсегда, я могу любить тебя без страха, всею душой... Я буду всегда любить тебя, Рей!..

- После всего, что произошло, я должен многое тебе сказать, Исамар. Выслушай меня, пожалуйста, - попросил Алехандро.
- Ничего не надо сейчас говорить, - ответила Исамар. - У тебя большое горе.
- Нет, я должен это сказать, - Алехандро взял ее за руку. - Моя жизнь не имеет смысла без тебя. Ты дала мне веру в то, что все еще можно построить заново. И между нами больше нет препятствий. Мы с Габриэлой расстались. Я хочу жить только ради тебя. Хочу дать все, что не мог дать раньше, потому что обстоятельства всегда были против нас. Я люблю тебя, Исамар! Позволь мне любить тебя, красавица!
- Прости, Алехандро, кто-то пришел. Я открою дверь.
На пороге стоял доктор Виельма.
- Мне сказали, что вы здесь, сеньор Мальдонадо, и я счел необходимым вас известить... Рыбаки видели, как ваш отец взял на берегу моторку и отправился на ней в море. Мои люди на катере береговой охраны вышли за ним вдогонку. Но дело в том, что в баке той лодки почти не было бензина...
- Я должен туда пойти! - сразу же сказал Алехандро. - Исамар, передай Гильермо, чтобы он тоже поспешил к причалу. Я боюсь за отца: он ведь совсем невменяемый.

Увидев на пустынном берегу лодку, Фернандо обрадовался:
- Вот то, что мне надо! На ней я переправлю контрабанду и начну все заново! Нет, вы никогда не сможете остановить Фернандо Мальдонадо! - крикнул он своим призрачным спутникам - Отойдите, отойдите от борта!
Он резко оттолкнул лодку от берега и завел мотор. Но, отплыв на некоторое расстояние, заметил, что множество рук, вцепившись в борт, тянут лодку ко дну.
- Мы ждем тебя, - Фернандо! Иди к нам! Напрасно ты упираешься: сейчас смерть заберет тебя!
- Вон отсюда, проклятые мертвецы! - кричал Фернандо, пиная привидения и пытаясь сбросить их обратно в воду. - Возвращайтесь к себе в. ад! Никто из вас не может меня одолеть!.. Что такое? Они сломали мотор! Проклятые! Они хотят убить меня! Рейнальдо, сынок, помоги мне! Защити меня!
- Тебе придется смириться, отец, - услышал он голос Рейнальдо. - В аду не так уж плохо. Он не намного страшнее той жизни, которая была у нас с тобой, отец.
- Нет, Рей, сынок, не оставляй меня! - Фернандо обернулся к сыну, но тот уже скрылся в морской пучине. - Рей, подожди, не уходи! Дай мне руку!
Он всем своим тяжелым телом навалился на борт, пытаясь разглядеть в глубине вод лицо Рейнальдо. В. какой-то момент ему показалось, что сын опять вынырнул на поверхность воды, и Фернандо попробовал дотянуться до его руки.
- Я иду к тебе, сын! - были его последние слова.
Прибывшие на место полицейские обнаружили пустую лодку, а затем водолазы извлекли со дна морского безжизненное тело Фернандо Мальдонадо.

Глава 67

Так уж получилось, что трагические события, развернувшиеся в Энсинаде, не давали возможности Архенису выехать оттуда: все время кому-то он был необходим как врач. И потому Ортенсия, оставив ненадолго офис, приехала в Энсинаду сама.
- Прости, - сказала ей Исамар, - я задержалась здесь. Но мне нельзя сейчас оставлять Алехандро одного. За несколько дней - две смерти...
- О делах не волнуйся, - успокоила ее Ортенсия. - Все идет нормально. Справимся.
- Спасибо тебе, - обняла ее Исамар.
- Но это еще не все хорошие новости, - смущённо улыбаясь, добавил Архенис. - Мы с Ортенсией собираемся пожениться и хотим, чтобы ты была свидетельницей на нашей свадьбе.
- Ой, как вы обрадовали меня! - впервые за те дни, что она провела в Энсинаде, Исамар улыбнулась. - А когда свадьба?
- Не знаем, - огорченно развел руками Архенис. - Ортенсия должна вернуться в Каракас, а мне надо еще оставаться здесь, пока не восстановят больницу.
- Послушайте, а почему бы вам не устроить свадьбу в Энсинаде? - предложила Исамар. - Сейчас здесь все наши друзья...
- Ты говоришь о том, чтобы мы поженились прямо сегодня? - полушутя-полусерьезно уточнил Архенис.
- Ну, можно завтра, - поддержала его тон Исамар. - Если, конечно, Ортенсия не будет возражать.
- Я не возражаю, - ответила счастливая Ортенсия.
Жених и невеста отправились срочно договариваться с судьей, покупать свадебное платье и устраивать прочие необходимые дела. Исамар же заглянула в комнату к сестре, но, поняв, что Марте сейчас не до нее, решила подождать с известием о свадьбе Архениса.
- Я хотела бы, - говорила Марта своим подопечным ребятишкам, чтобы вы были для меня как родные дети. Чтобы всегда жили со мной... А вам хотелось бы, чтобы я с этого момента... стала вашей мамой?
Дети помолчали, и Марта испугалась, что сейчас они ответят отказом.
- Я буду любить вас! - сказала она взволнованно и не смогла сдержать слез.
- Ты плачешь, Марта? Не надо! - Рехино обнял ее и неловко поцеловал. - Ты хочешь, чтобы мы тебя называли мамой?
- Как ты сказал? - не поверила услышанному Марта.
- Вчера, когда ты уложила нас спать, - пояснил Рехино, - мы еще долго говорили с Ирис и решили, что теперь ты - наша мама.
- Да, - подтвердила Ирис. - Теперь ты будешь нашей мамой.
- Спасибо, мои дорогие, - обняла детей Марта. - Я очень вас люблю! Очень-очень.
В середине дня позвонил Самуэль и предложил Марте приехать в Каракас.
- Мы не хотели говорить заранее, - сказал он, - но теперь уже все решено окончательно: завтра мы с Элисендой зарегистрируем наш брак. Свадьбы никакой не будет, но ты приезжай, дочка.
- Папочка, я очень рада за вас, - ответила Марта. - Но завтра здесь будет свадьба у Архениса. Ты не обидишься, если я не приеду?
- Конечно, дочка. Передай мои поздравления Архенису и Ортенсии.
- А ты поздравь Элисенду. Я от всей души желаю вам счастья. Вы его выстрадали.
- Спасибо, моя дорогая, - растроганно поблагодарил Самуэль. - А знаешь, в этот же день будет и еще одна свадьба. Мы пригласили Каролину и Леонардо быть у нас свидетелями, а они тоже решили восстановить свой брак. Сразу же после нас. Так что сначала они будут у нас свидетелями, а потом мы с Элисендой - у них.
- Папа, я хочу тебе сказать, что больше не держу зла на Каролину и искренне желаю ей счастья.

Свидетелем у себя на свадьбе Архенис захотел видеть Хулио Сесара, и тот, собираясь на торжество, сказал Брихиде:
- Пойдем, мама. Новобрачные будут рады тебе. Пойдем. Нельзя все время лить слезы.
Брихида послушалась сына, но всеобщее веселье не развеяло ее печали.
- Не буду портить вам праздник своим грустным видом, - сказала она Исамар, прощаясь. - А Хулио пусть немного развлечется. Смотри, он улыбается... С тех пор, как умерла Эстефания, он улыбался, только когда играл с детьми...
Брихида ушла, а праздник в доме Исамар продолжался. От здравиц в честь новобрачных гости постепенно перешли к разговорам о своих житейских проблемах, и оказалось, что почти каждого из них в самом ближайшем будущем ожидали перемены. Ансельмо дозрел, наконец, до того, чтобы жениться на Исабель. Луиджи уговорил Лилу переехать к нему в Италию. Альберто предложили вести авторскую программу на телевидении. Аврора и Сандра, поговорив о том, что теперь Алехандро, должно быть, женится на Исамар, стали обсуждать возможность совместного бизнеса...
Самого же Алехандро, а также Гильермо среди гостей не было, хотя обоих Архенис приглашал.
- Гильермо не смог прийти, - пояснила Виолета, - ему сейчас очень плохо. Но, надеюсь, жених и невеста на него не обидятся.
- А ты не знаешь, где Алехандро? - спросила Исамар.
- Нет. Скорее всего, бродит вдоль побережья так же, как вчера, - предположила Виолета. - Ему надо побыть одному.
Марта все время находилась в окружении своих празднично одетых ребятишек, и, казалось, была занята только ими, не участвуя в общем веселье. Но это было не так. Просто она испытывала такое счастье и покой в своей душе, какого не знала никогда прежде и который вполне соотносился с радостью и счастьем близких ей людей.
Улучив удобный момент, она отвела Архениса в сторону и, поцеловав его, ласково, по-сестрински, сказала:
- Прости меня за то, что я причинила вам с Ортенсией много неприятностей. Лишь недавно я поняла, что такое счастье. Это оказалось гораздо проще, нежели мне представлялось.
- Да, Марта, - согласился с нею Архенис, - ты нашла свой собственный путь к счастью. Тебе хотелось иметь ребенка, и Господь оделил тебя сразу двумя детьми.
- Будь счастлив, брат, - еще раз обняла его Марта. - А сейчас мне еще надо поговорить с Марианой.
- Куда ты меня ведешь? - недоумевала Исамар. - Зачем ты увела меня со свадьбы?
- Подожди немного, - отвечала Марта. - Сейчас все поймешь.
Они остановились у быстрого горного ручья.
- Узнаешь это место? - спросила Марта. - Когда-то я привела тебя сюда в свадебном платье и заставила принести клятву возмездия... А еще раньше мы были здесь, когда Фернандо Мальдонадо убил нашего отца...
- Марта, я прошу тебя, - взмолилась Исамар. - Не надо сейчас об этом!
- Нет, позволь мне досказать, - твердо произнесла Марта. - С этого места все началось и здесь должно закончиться! Наше возмездие окончено, Мариана! Сейчас моя душа спокойна. Мы должны похоронить наше прошлое.
Она сняла с себя фамильный медальон, затем такой же медальон сняла с Исамар.
- Зачем ты это делаешь, Марта? - ничего не поняла Исамар.
- Благодаря этим медальонам я признала в тебе свою сестру. Но теперь они не нужны нам, - и Марта бросила оба медальона в ручей. - Возмездие свершилось, Теперь все будет как раньше. Я больше не буду звать тебя Марианой. Ты - Исамар. Исамар... А сейчас я пойду: Алехандро уже давно ждет тебя там, в сторонке. Видишь?
- Алехандро, любимый! - бросилась к нему Исамар. - Только что мы с Мартой похоронили наше прошлое... Я люблю тебя! Теперь я навсегда буду твоей!
Возвращаясь обратно, Марта встретила Хулио Сесара и Ансельмо, тоже шедших к побережью, чтобы обсудить свои мужские дела.
- Мы начнем с небольших суденышек, а потом у нас будет целая флотилия, - увлеченно говорил Хулио Сесар.
- Смотри, - прервал его Ансельмо. - Вон та прекрасная незнакомка внимательно рассматривает тебя и улыбается. Да отвлекись ты, взгляни, какая красивая девушка обратила на тебя внимание.
Хулио Сесар посмотрел в ту сторону, куда указывал Ансельмо, и увидел юную белокурую девушку, чем-то похожую и на Эстефанию, и на Исамар. Девушка, действительно, ему улыбалась...

Пока Брихида и Хулио Сесар были на свадьбе, Мерсе и Энкарнасьон решили заняться очень ответственным делом.
В последние дни Мерсе постоянно чувствовала недомогание, и это было неудивительно, после всего того что ей довелось пережить. Но Мерсе твердила другое:
- Мне кажется, Энкарнасьон, я беременна. О, если б это и в самом деле было так!
Она попросила Ансельмо привезти ей из Каракаса индикатор, продающийся в аптеках, с помощью которого можно определить беременность.
- «Налейте в пробирку свою утреннюю мочу», - волнуясь, читала она инструкцию. - «Разбейте ампулу с индикатором...»
- А не лучше ли все же показаться врачу? - советовала Энкарнасьон, не слишком доверяя этим современным штучкам.
- Нет, Энкарнасьон, это хороший способ, - возражала Мерсе.
Но он наверняка не дает стопроцентной гарантии. - Энкарнасьон, боясь отрицательной реакции, происходящей сейчас в пробирке, пыталась смягчить для Мерсе возможный удар. - Если лиловый цвет не получится, ты, пожалуйста, не напивайся с горя, а пойди к врачу.
- Ох, Энкарнасьон, - не отрывая глаз от пробирки, говорила Мерсе. - Я ведь не раз просила об этом Рея. Но он так и не понял, что быть матерью - мое истинное предназначение. Он даже представить не мог, насколько я люблю его...
- Смотри, - воскликнула Энкарнасьон. - Лиловый!..
- Боже мой! - Мерсе выронила из рук пробирку. - Неужели у меня будет, ребенок от Рея?!
- Что ты сказала? - вошедшая Брихида в изумлении остановилась на пороге.
- У меня будет ребенок от нашего Рея! - сжала ее в объятиях Мерсе.
- Господи! Благодарю Тебя! - перекрестилась Брихида. - У меня будет внук, сын моего мальчика, моего Рейнальдо!.. Нет, этого не может быть... Это слишком большое счастье, дочка!
- Да, это будет мальчик. Только мальчик! - воскликнула счастливая Мерсе. - Такой же темпераментный, такой же хитроумный, как Рей.
- Но не более того, Мерсе, - остудила ее пыл Энкарнасьон.
- Мы воспитаем его по-другому! - не стала возражать Мерсе. - Он будет счастливым! А назову я его Рейнальдо. Как отца.
- Знаешь, Мерсе, я подумывала о том, чтобы уехать в деревню, - сказала Энкарнасьон. - Но теперь я никуда не уеду. Ведь я буду нужна тебе! Я помогу тебе вырастить этого малыша. Ты же знаешь, как я любила Рея...
- У меня будет внук! - продолжала между тем повторять Брихида. - И на этот раз его никто у меня не отнимет! Боже мой, как я счастлива!.. За это надо сейчас же выпить.
Она быстренько принесла бутылку и рюмки.
- За моего сына, за нашего Рея!
- За тебя, Рей, - подняла свою рюмку Мерсе. - За то, что ты не умер!

Трагедия, происшедшая в семействе Мальдонадо, обернулась неожиданной прибылью для кабачка Кармен. Теперь сюда каждый день приходили рыбаки, надеясь с помощью крепких напитков развеять ужас от постоянно являвшегося им призрака Рейнальдо Мальдонадо.
- Я собственными глазами видел его! - крестясь, утверждал Антонио. - Это был он, Рейнальдо, в обличии самого дьявола!
- Хватит, - упрашивала Антонио его жена. - Ты ни о чем другом теперь и говорить не можешь. Господь тебя за это покарает.
- Но я тоже видел! - поддержал Антонио другой рыбак. - Мы были вместе там, на берегу. И видели, как Рейнальдо Мальдонадо - огромный, страшный - поднимался на гору... И в руках в него был крест...
- Ну все! - не выдержала Кармен. - Я больше не могу этого слышать. Надо подыскать какого-нибудь священника: пусть он благословит Энсинаду. А не то этот злой дух еще долго будет витать над нашим поселком.
- Кармен, дай мне выпить, - войдя, сказала Роса, и своим появлением приостановила разговор о призраках. - Нет, рюмки не надо. Я буду пить прямо из бутылки... За тебя, Фернандо, любовь моя, - она сделала один - долгий - глоток. - И за тебя, Рей!
Вскоре бутылка была опустошена, и Роса попросила другую.
- А может, не надо? - сказала Кармен. - Ты и так уже много выпила.
- Дай, тебе говорят! - рассердилась Роса. - Я пьяная от горя, а не от виски.
Отхлебнув еще несколько раз из бутылки, она немного расслабилась и обратилась к Кармен:
- Ты знаешь, конечно, что сегодня в церкви Исамар венчается с Алехандро?
- Да, я очень рада за Исамар. Она такая милая, хорошая девушка и так любит своего жениха, даже, несмотря на все зло, которое причинил ее семье Фернандо Мальдонадо.
- Слушай, Кармен, - грубо оборвала ее Роса, - прикуси свой длинный язык. Ни слова о Фернандо, по крайней мере, при мне!
- Ладно, не буду, - согласилась Кармен. - И все же я на месте Исамар никогда бы не стала венчаться здесь, в этом поселке.
- Не понимаю, почему? - удивилась Роса.
- Потому что над всеми нами нависло проклятие. Даже оборотни появляются. Я сама видела призрак Рейнальдо Мальдонадо. А теперь он переместился в горы и приходит оттуда к рыбакам.
- Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! - возмутилась Роса. - Теперь вы, чего доброго, превратите Фернандо и Рейнальдо в вечных призраков Энсинады.
- Роса, меня не переубедишь, - стояла на своем Кармен. - Над этим поселком - вечное проклятие... Представь себе, я даже подумываю, не продать ли мне кабачок и не переехать ли куда-нибудь в другое место.
- О, теперь ты говоришь дело, - оживилась вдруг Роса. - Скажем, на какую сумму тебе выписать чек? Ну, соображай быстрее. Я покупаю у тебя этот кабачок.
- Ты серьезно? - все еще не могла поверить Кармен.
- Вполне! - ответила Роса.
- Это отличная идея! - подбежал к ней Брунхильдо, слышавший весь разговор. - Если ты возьмешь меня в помощники, Роса, то мы превратим этот кабачок в бар, который будут посещать не только местные рыбаки, но и туристы.
- А почему бы и нет? - все больше входила во вкус Роса. - Мы выкинем отсюда весь хлам... Пригласим на работу Мерсе...
- Ах, будь по-вашему, - решилась, наконец, Кармен. - Покупайте! Я уже слишком устала от всех этих пьяниц.
Брунхильдо на радостях бросился целовать Росу, но она отстранила его:
- Эй, компаньон, не зарывайся!..

В ночь накануне свадьбы Исамар все никак не могла уснуть и лишь под утро забылась в коротком неглубоком сне.
- Ты еще спишь? - заглянула к ней Пита. - Вставай! А то и свадьбу свою проспишь. Сегодня - самый важный день в твоей жизни.
- Да, Пита, - поднялась с постели Исамар. - Сегодня я буду как сказочная принцесса, которая, наконец, добилась счастья и теперь навсегда останется со своим принцем. Ох, мне даже не верится в это. Я боюсь... Вдруг Алехандро не явится на свадьбу? Вдруг с ним что-нибудь случится? Или - со мной. И свадьбы не будет...
- На этот раз не может произойти ничего плохого, - успокоила ее Пита. - Только хорошее!
- Дай-то Бог! Но мне все равно почему-то тревожно. Неужели мы поженимся?
- Перестань нагнетать страхи, - строго сказала Пита. - Иди лучше в ванную и приводи себя в порядок. Сейчас от тебя требуется только это.
Проходя мимо комнаты Марты, Исамар улыбнулась: ее неутомимая сестра уже наряжала детишек к свадьбе.
- Эти костюмы я специально заказала для вас в Каракасе. Видите, какие они красивые! Иди сюда, Ирис! Тебя надо причесать как-нибудь по-особенному. Ведь вы с Рехино будете нести обручальные кольца на таких маленьких подушечках... Не волнуйтесь, это совсем не трудно. Наоборот, очень приятно.
Марта не ошиблась: ее воспитанники прекрасно справились со своей миссией, и видно было, что им очень понравилось чувствовать себя полноправными участниками столь важного события.
- Пользуясь правом, предоставленным мне святой церковью, - торжественно произнес падре Эустакио, - перед лицом Господа Бога, перед всеми собравшимися объявляю вас мужем и женой. Господь благословляет ваш союз.
- Вот видишь, - сказал, целуя Исамар, Алехандро, - я обещал тебе, что мы поженимся здесь, в нашем родном поселке. Теперь ты - моя жена перед Богом и перед людьми. Ты будешь моей всю жизнь, и даже после нашей смерти.
- Я так счастлива, Алехандро, - ответила ему Исамар. - Я бесконечно счастлива!
Когда гости заметно устали от свадебного застолья и многие из них начали расходиться по домам, Алехандро предложил Исамар прогуляться вдоль побережья.
- Что скажешь, если мы здесь проведем свою первую брачную ночь? - предложил он, остановившись у того места, где горная речка шумным водопадом обрушивалась в море.
- Я так и думала, что ты приведешь меня именно сюда! - озорно улыбнулась Исамар.
- В целом свете нет места красивее! - восторженно произнес Алехандро. - Здесь, у этого водопада, ты впервые стала моей...
- Но ведь я всегда была твоей! - возразила Исамар. - Еще с тех пор, как однажды увидела тебя верхом не лошади. Ты показался мне сказочным принцем. И тогда же я стала твоей принцессой. Я всегда была твоей, мой любимый!
- Моя принцесса... Моя ненаглядная красавица... - говорил Алехандро, жарко целуя Исамар. - За что мне такое счастье? За что Господь наградил меня твоей любовью? Я люблю тебя, люблю!
Внезапно налетевший порыв ветра донес до них брызги водопада, и счастливые новобрачные не стали укрываться от этих щедрых прохладных брызг.
- Ты вся промокла, - сказал, смеясь, Алехандро.
- Ты тоже, - погладила его мокрые волосы Исамар. - Принца звали Алехандро.
- А принцессу - Исамар, - продолжил Алехандро. - И они любили друг друга всю жизнь!..


FIN

0