www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Клаудия Кардинале / Claudia Cardinale

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Ее отец был сыном коммерсантов с Сицилии, переехавших в Тунис в поисках лучшей доли. Он занимался укладкой рельсов на строительстве первой тунисской железной дороги. Клаудия помнит из своего раннего детства, как отец одевался неизменно во все белое и ездил на машине с откидным верхом. Мать - дочь сицилийского корабела - была очень жизнерадостной, много смеялась и пела. От Сицилии до Туниса рукой подать, и многие сицилийцы переселялись туда. И мать, и отец отличались особой красотой и стройностью, и дочери пошли в них.

Клаудия с детства знала два языка - итальянский и французский (английский она выучит потом), росла задиристой и своенравной, и в семье ее даже звали мужским именем Клод. У нее была младшая сестра Бланш и двое маленьких братьев. Родители воспитывали Клаудию в строгости и послушании. За малейшую провинность ее сурово наказывали. Но будучи самой старшей, она пыталась воспитывать младшую сестру и братьев. Пожалуй, эта привычка к строгости поможет ей в профессии киноактрисы, требующей точного выполнения заданий режиссера.

Свернутый текст

Во французском Тунисе итальянцев считали фашистами, и в школе, случалось, Клаудию били одноклассники. Но она всегда давала сдачи. В монастырской школе в Карфагене Клаудия, с ее бунтарским независимым характером, постоянно подвергалась наказаниям за всевозможные провинности.

Тем не менее, строгость воспитания приносила свои плоды. В пятнадцать лет Клаудия ходила во всем черном, никогда не пользовалась косметикой и не позволяла мальчикам даже дотрагиваться до себя. Но она уже чувствовала, что нравится им больше других, но когда один из них захотел ее поцеловать, она не стала сопротивляться. Но Клаудия была слишком горда, да и жизненные цели у нее были другие. Она очень хотела стать школьной учительницей и ездить с миссионерскими уроками по всей Африке. Путешествовать она потом будет много, но учить детей ей не придется никогда. Кино Клаудия обожала, как, впрочем, и все тогда - ни телевидения, ни рок-музыки не существовало, и кино было единственным развлечением. Больше всего ей нравились фильмы с Брижит Бардо, с которой она подружится, и с Марленом Брандо, с которым встретится только один раз при довольно странных обстоятельствах.

В четырнадцать Клаудия попала на экран. Это был документальный фильм о Тунисе, и крупный план Клаудии мелькнул в нем несколько секунд. Но ее заметили и предложили пока еще не роль, но участие в показе молодежной моды. Родители были против, но Клаудия настояла на своем желании участвовать в шоу. После показа ее портрет появился на обложке популярного журнала. Вот теперь на нее обратили внимание серьезные киношники - французский режиссер Жак Баратье и известный актер Омар Шариф. И сразу предложили ей главную роль. Но помешал заносчивый характер. Резкие ответы девушки не понравились тунисскому продюсеру, и он решил главную роль ей не давать, а ограничиться эпизодической. На главную роль утвердили настоящую тунисску. А зря: дали бы роль Клаудии - фильм вошел бы в историю кино.

Следующий выход в свет был во время благотворительного бала, на котором выбирали самую красивую итальянку Туниса. Но Клаудия не участвовала в конкурсе, они с сестрой в национальных костюмах танцевали на сцене и продавали лотерейные билеты. Однако кто-то глазастый из жюри заметил красивую танцовщицу, и Клаудия заняла на конкурсе первое место. Призом стала поездка на Венецианский кинофестиваль 1957 года. Здесь девушка впервые в жизни смотрела кино не на открытой площадке, а в настоящем кинозале. Это были «Белые ночи» Лукино Висконти - режиссера, который потом станет ее «крестным отцом» и снимет в главной роли в своем знаменитом «Леопарде».

На фестивале Клаудию заметил молодой продюсер Франко Кристальди и решил сделать из нее настоящую звезду. И не прогадал, заключив с ней контракт. Клаудия стала очень популярной. Сначала ей предложил роль известнейший режиссер Марио Моничелли в своем новом фильме «Опять какие-то неизвестные». Вместе с ней играли суперзвезды тогдашнего итальянского кино: Марчелло Мастроянни, Витторио Гасман, Тото и Ренато Сальватори. Затем сразу две роли: в фильмах «Три иностранки в Риме» и «Первая ночь». В последнем фильме она играла в паре с самим Витторио де Сика - патриархом неореализма. Можно было бы прыгать от счастья! Если бы...

Если бы Клаудия не была беременна. Еще до конкурса красоты какой-то незнакомец несколько дней преследовал ее, поджидал у дверей школы, провожал домой, наконец, подошел, заговорил. Ей в тот момент нравился один парень. Незнакомец пригласил ее на вечеринку, сказав, что там будет этот парень. Посадил в машину, привез загородный дом, где, конечно, не было ни души, и изнасиловал. Потом Клаудия встретила его еще раз и сообщила, что беременна. Он предложил ей сделать аборт, она отказалась. Больше она его не видела. Сказать об этом своим родителям девушка не могла. Вот к чему приводят строгости воспитания. Клаудия стойко переносила свалившееся на нее несчастье. Во время съемотк затягивала живот так, что кружилась голова и страшно тошнило. Ей искренне хотелось умереть. На седьмом месяце, когда уже невозможно было скрывать выпиравший живот, она решила отказаться от контракта. Кристальди выслушал ее, и спокойно спросил:

- Вы что, беременны?

Пришлось сознаться. И даже сказать, что родители ничего не знают. Продюсер, видимо, прекрасно знал, как обращаться с беременными актрисами, предложил поговорить с ее матерью. Она согласилась. Мать, конечно, пришла в ужас. Не столько от того, что дочь заберемела и, что она сама этого не замечала, а от того, что об этом сообщил посторонний мужчина. Кристальди отправил обеих в Лондон, в октябре 1958 года Клаудия родила мальчика, которого назвала Патрик. Отец, узнав о внуке, не разговаривал с Клаудией несколько месяцев.

На студии пришлось сказать, это маленький брат Клаудии. Сам Кристальди запретил ей говорить о рождении ребенка, ведь у нее уже была слава «невесты Италии». Не говорили об этом и в кругу семьи. Ребенок долго считал свою бабушку мамой. Клаудия очень страдала от этого, но надо было либо приносить себя в жертву выбранной профессии, либо бросать ее. Многолетний контракт требовал выполнения всех условий продюсера и лишал права выбора. Из-за насилия физического Клаудии приходилось терпеть насилие моральное. Запутанная личная жизнь с ошибками, неудачами и незаживающими душевными ранами пришла в противоречие с фальшивой жизнью, которую она проживала на экране. Но девушка четко разделила жизнь и кино и никогда не смешивала их в одно целое.

Роль в фильме Валерио Дзурлини «Девушка с чемоданом» стала для Клаудии проверкой на прочность. Нужно было доказывать, что она не просто красивая девочка, но и талантливая актриса. Она играла девушку с улицы, которая влюбляла в себя юношу из порядочной семьи. В конце фильма она скрывает от него, что у нее будет ребенок. Клаудия играла свою жизнь. Надо было еще раз переживать то, что хотелось забыть. В фильме была длинная сцена, в которой героиня рассказывала о своей жизни предыдущему любовнику, и Клаудия играла монолог на одном дыхании, сопровождая его всхлипыванием, смехом и... поглощением пищи. Клаудия так вжилась в образ героини, что сыграла сцену за один дубль. Но после окончания съемок у актрисы началась сильная депрессия, пришлось серьезно лечиться.

Клаудия поступила на актерские курсы при римской киностудии «Чинечита». На приемном экзамене она была так зажата, что не произнесла ни слова. Ее приняли за исключительную фотогеничность. После тихого Туниса Рим показался сумасшедшим домом. К тому же, была зима, Клаудия мерзла, привыкнув в своей Африке к вечному лету, даже заболела бронхитом. Она хотела бросить курсы и уехать домой, чтобы стать учительницей. Кристальди и даже знаменитый Де Лаурентис уговаривали ее остаться. Студенты-режиссеры приглашали ее на съемки, журналист «Эпоки» сделал большой репортаж о ней с фотографией на обложке. Такое внимание не могло не польстить, и Клаудия осталась. Но о карьере в кино даже не помышляла.

На следующей картине - «Проклятой путанице» - режиссер Пьетро Джерми стал показывать ей, как надо играть, как строить роль, какие чувства выражать в той или иной сцене. Он научил ее быть раскованной перед камерой, естественно присутствовать в кадре. Роль получилась блестяще. Анна Маньяни захотела познакомиться с начинающей актрисой и пригласила ее к себе домой. Они подружились, хотя Маньяни была известна очень трудным характером и не допускала в свою жизнь никого. Но именно Клаудия завоевала ее симпатию.

Тогда был расцвет итальянского кино, оно породило целое явление в искусстве пятидесятых годов, названное неореализмом, и надо было соответствовать имиджу ведущей европейской кинодержавы. Производилось огромное количество фильмов. Клаудия снималась сразу в четырех-пяти картинах в год, в основном играя девушек-соблазнительниц, какой в жизни не была.

В одном из них, «Красавчике Антонио», у нее была главная роль. Ее партнером стал Марчелло Мастроянни. Они играли любовников. Смуглая красотка кого угодно могла свести с ума. И Марчелло влюбился в нее по уши. Или говорил, что влюбился. Во всяком случае, не отставал ни на шаг. Но Клаудия слишком хорошо помнила свой первый горький любовный опыт, и любые приставания мужчин вызывали у нее отвращение. Признания в любви ее просто смешили. Марчелло страшно обижался - ведь он считал себя чуть ли не первым красавцем итальянского кино. Но Клаудия ничего не могла с собой поделать. Мастроянни долго не мог понять, почему она ему отказывала.

Потом был эпизод в фильме «Рокко и его братья». На съемках этой картины Клаудия познакомилась с Аленом Делоном. Режиссер Лукино Висконти оценил красивую пару и пригласил обоих на главные роли в свой следующий фильм «Леопард». Они играли молодых супругов, а их отношения в жизни балансировали на грани романа и дружбы. Висконти научил актрису всему: говорить, плакать, смеяться перед камерой, двигаться, танцевать. Это была настоящая школа для провинциальной девушки, которая по-итальянски говорила с тунисским акцентом. Заключительную сцену бала снимали во дворце в Палермо. Стояла сильная жара, поэтому снимали по ночам. К трем часам дня Клаудия приходила в костюмерную, с помощью костюмера надевала старинное платье. Парикмахер укладывал ее длиннющие волосы. Съемки начинались только в семь и продолжались до шести утра. И так целый месяц.

Любовные сцены с Аленом Делоном приносили ей муки. Он был молод и неотразимо красив и прекрасно знал, как это действует на женщин. Делон и Висконти заключили негласное пари, что Алену удастся соблазнить ее. Но Клаудия стояла насмерть, и дальше игры дело не шло. Однако дружбу они сохранили на долгие годы. Висконти же был равнодушен к женщинам, предпочитая им своих друзей: актера Хельмута Бергера и танцовщика Рудольфа Нуриева. Именно в их компании Клаудия после съемок отправилась в путешествие по Европе.

Клаудия станет любимой актрисой Висконти, и он снимет ее еще в двух картинах: «Туманные звезды Большой Медведицы» и «Семейный портрет в интерьере».

Роли сменяются как в каком-то невероятном калейдоскопе. На картине «Ла Виачча» у Клаудии случился короткий роман. Партнером по фильму оказался робкий, застенчивый молодой человек, который вне съемочной площадки смешил всех невероятными проделками. Клаудия даже не могла себе представить, что он способен на грубость. И приняла его ухаживания. Звали его Жан-Поль Бельмондо. Когда и он, и она уже станут суперзвездами европейского кино, они вместе сыграют в «Картуше». Бельмондо во время съемок держал всю группу в напряжении из-за своих выходок. Каждый вечер в своем номере он напивался с друзьями, и они выбрасывали всю мебель из окна. Наутро режиссер Филипп Де Брока и Клаудия отправлялись к хозяину гостиницы и кое-как улаживали конфликт. Так повторялось чуть ли не каждый день. На съемках любовные сцены превращались в борьбу под одеялом, а сцены драк - в настоящий мордобой. Но как это ни странно, Клаудия просто влюбилась в Бельмондо и не отставала от него ни на шаг. Когда снимали сцену, а которой Картуш со своей возлюбленной плыл на плоту через стремнины, Клаудия отказалась от каскадерши, чтобы не отстать от Жан-Поля, который, как известно, во всех фильмах практически все трюки выполнял сам.

Чуть позже Клаудия опять попала в объятия Мастроянни. Федерико Феллини снимал «8 1/2» и пригласил Клаудию сыграть идеальный образ женщины, сложившийся в воображении героя фильма, которого с блеском сыграл Марчелло.

На съемках царили, суета, толкотня и бесконечные разговоры. В таком бедламе рождался настоящий шедевр. Реплики героини придумывались по ходу съемки, поскольку готового сценария не было. Если Феллини считал диалог неудачным, его переозвучивали совершенно другими словами. Полнейшая импровизация создавала на съемках ощущение легкости и свободы.

Съемки «8 1/2» проходили одновременно с «Леопардом», и Клаудии приходилось мотаться из Рима на Сицилию. Висконти недолюбливал Феллини, вернее, не воспринимал его фильмы, и Клаудии доставалось за ее метания от одного маэстро к другому.

Затем звезда отправилась в Голливуд и снялась там в нескольких картинах. Заметная роль в фильме «Розовая пантера» - комедийном детектив участием английского комика Питера Селлерса, который страдал от безответсвенной любви к Софи Лорен. Клаудия изображала вечно пьяную русскую княгиню. Режиссер предложил актрисе отдохнуть в небольшой комнатке, где какой-то человек курил гашиш. В разультате на экране предстала пьяная княгиня, которая на самом деле просто надышалась наркотическим дымком.

В драме «Мир цирка» одну из своих последних ролей играла Рита Хейуорт - когда-то одна из самых красивых актрис Америки, но в то время очень больная и страдающая от алкоголизма женщина. Клаудия играла ее дочь и в процессе съемок воочию наблюдала, как происходит закат голливудской кинозвезды.

Она сыграет еще в пяти голливудских картинах, которые не принесут ей ни успеха, ни творческого удовлетворения. Зато близко подружится с Роком Хадсоном, с которым будет сниматься в детективе «Дело Блинфолда». Он научит ее, как вести себя в обществе голливудских звезд. Но любви не возникнет, Рок окажется гомосексуалистом.

Однажды сам Марлон Брандо позвонил Клаудии и предложил встретиться. Она пригласила его в свой номер в отеле Беверли-Хилз. Брандо действительно пришел и стал рассказывать о проекте фильма «Графиня из Гонконга», который задумал снять напоследок великий Чарли Чаплин. Но Клаудия почувствовала явное внимание к себе с совсем другой целью и держалась на расстоянии. Брандо очень старался произвести впечатление, но так ничего и не добился. В результате главную роль в «Графине» получила Софи Лорен. Впрочем, может быть, это решил сам Чаплин. А Клаудия потом укоряла себя за излишнюю моральную стойкость.

Не принято, чтобы кинозвезды жили в отеле, и Клаудия переехала сначала на виллу Элизабет Тейлор, потом на виллу Пола Ньюмена. Сами актёры в них не жили, чтобы не быть постоянным объектом для фотокамер и любопытных туристов.

Голливуд всегда старался перекупить европейских звезд, но европейцы любили свободу больше денег. Не поддались на подкуп ни Бельмондо, ни Делон, ни Софи Лорен, ни Брижит Бардо, ни многие другие. А те, кто «клюнул» на большие деньги, сгинули в безвестности. Клаудия это понимала, и отказалась подписывать долгосрочный контракт.

В фильме «Центурионы» Клаудия снималась вместе с Аленом Делоном, который к тому времени стал отцом-одиночкой. Его жена Натали ушла от него, оставив ему маленького сына Антуана. Клаудия взяла на себя заботу о малыше и, имея некоторый опыт материнства, обучала Делона приемам обращения с младенцем. У Делона это был первый ребенок, и он, конечно, понятия не имел, что с ним надо делать.

Итальянский режиссер Серджо Леоне, набив руку на спагетти-вестернах, перебрался в Голливуд, где стал настоящим классиком вестерна. Именно он открыл для кино Клинта Иствуда и сделал свой последний шедевр «Однажды в Америке». А сначала был фильм «Однажды на Диком Западе», где Клаудия играла возлюбленную героя, а самого героя - Генри Фонда. Оказалось, что «ковбой» практически не снимался в постельных сценах. Пришлось Клаудии как следует «разогревать» его, чтобы сцена получилась естественной. В этот день режиссер назначил пресс-конференцию, и на площадку хлынули журналисты. Фонда и Кардинале и давали интервью, лежа в постели.

С Брижит Бардо Клаудия познакомилась давно на одном из кинофестивалей, но сниматься вместе им пришлось только в семьдесят первом. Кристиан-Жак, режиссер-постановщик знаменитого «Фанфана-Тюльпана», снимал в Испании приключенческую комедию «Нефтедобытчицы». Четыре девушки, приехав на Дикий Запад, завоевывают свое право на жизнь в борьбе с ковбоями и грабителями. Съемки проходили довольно весело. Так бывает, когда собирается хорошая компания. Клаудии и Брижит нужно было драться, стрелять, скакать на лошади. Более спортивная Клаудия делала все легко, Брижит была поленивее, и сесть на лошадь ей было непросто. О драке и разговора не шло. Брижит считала, что Клаудия ее просто убьет одним ударом. Пришлось тщательно репетировать, чтобы даже не задевать друг друга. Правда, потом в фильме это было очень заметно. Возможно, после этой картины Брижит решила навсегда завязать с кино. Но еще долго продолжала дружить с Клаудией.

На личную жизнь у Клаудии оставалось совсем немного времени. Не хватало его и на Патрика, которого воспитывала бабушка. О сыне запрещено говорить на студии, репортерам, соседям. Сам мальчик только в шесть лет узнал, что его мама - знаменитая актриса Клаудия Кардинале. И то только тогда, когда об этом пронюхал один настырный репортер. Клаудия продала дом, переехала в другой район Рима, и они стали жить вместе. Мальчик рос довольно эгоистичным и требовал от матери абсолютного внимания к своей персоне. Приходилось возить его с собой по съемочным площадкам и даже по разным странам. В 1968 году Клаудия повезла его в Советский Союз, где была за год до этого на Московском кинофестивале в качестве гостьи. Михаил Калатозов совместно с итальянцами начал снимать фильм «Красная палатка» об арктической экспедиции Нобиле на дирижабле, потерпевшем крушение над Ледовитым океаном. В картине собрались лучшие актеры советского кино: Донатас Банионис, Никита Михалков, Эдуард Марцевич, Юрий Соломин, Юрий Визбор. Из зарубежных актеров были приглашены Клаудия Кардинале, Шон Коннери, Питер Финч, Массимо Джиротти. Клаудия играла роль медсестры, которая приехала в Заполярье, чтобы ухаживать за своим женихом, которого играл Эдуард Марцевич. Костюмы шили в Италии, а съемки происходили на севере Эстонии в самые морозы, о которых итальянцы не имели ни малейшего представления. Калатозов, посмотрев на легкую шубку Клаудии, сказал: «Так сниматься нельзя». Но другой подходящей одежды не нашли. Пришлось выходить на площадку так. Но площадка-то - снежное поле. На градуснике минус тридцать. Клаудию растерли спиртом, дали выпить водки и выпустили на снег. В любовной сцене с Марцевичем они катятся со снежной горы, обнимаются, целуются, залепленные снегом с ног до головы. Эту сцену снимали до тех пор, пока Марцевич не повредил ногу, и его пришлось увезти в больницу. Зато Клаудия разогрелась до того, что пар шел. Вот так «тунисская девушка» от души повалялась в русском снегу.

Но в жизни Клаудия продолжала сторониться мужчин. Непростые отношения складываются у нее в Франко Кристальди. Пребывая в состоянии депрессии из-за нежелательной беременности, Клаудия еще в 1958 году подписала десятилетний контракт со студией "Видес", принадлежащей Кристальди, и с того времени являлась его "собственностью". Она не могла и шагу ступить без одобрения продюсера, да что там шагу - не могла изменить прическу, потолстеть или похудеть, сменить стиль одежды. Кристальди завладел ее телом, а потом и душой. Она потеряла свободу самостоятельно принимать решения. Он говорил ей, в каком фильме играть, а в каком - нет, куда ехать, что говорить журналистам, как вести себя с режиссерами. Для своенравной Клаудии это было мукой. В конце концов, деловые отношения перешли в личные, и она стала его неофициальной женой. Кристальди был в разводе, она никогда не была замужем, но они, тем не менее не оформляли отношения и жили раздельно. Только в зарубежных поездках поселялись в одном номере гостиницы. Впрочем, всем на студии об этом было известно и никто даже не пытался ухаживать за Клаудией.

Но самым тяжелым являлся запрет на разглашение «страшной» тайны - у «невесты Италии» есть незаконнорожденный ребенок. Кристальди убеждал Клаудию, что если она откроет эту тайну, карьере придет конец. Тогдашнее общество чтило «святые» законы брака и не потерпело бы такого «распутства». Угнетало ее и то, что даже ребенок тогда не знал, кто его настоящая мать. Клаудия иногда устраивала истерики в кабинете продюсера, но Кристальди был непреклонен. Что там судьба какого-то ребенка, когда под угрозой оказывались миллионные прибыли от проката картин с участием Кардинале? Она его, конечно, не любила, чувствовала себя полностью в его власти. И он этим пользовался. Прожив с ним многие годы, она неизменно называла его синьор Кристальди. Но вдруг во время поездки по Америке он сделал ей предложение. И втайне договорился о бракосочетании в местной мэрии. Это предложение в его устах прозвучало как приказ. И она не смогла ослушаться «начальника». Бракосочетание происходило тайно с двумя свидетелями - совершенно посторонними людьми. Потом Кристальди усыновил ее сына и дал ему свою фамилию. Но Патрик не имел никакого права на наследство - потому что в Италии этот брак был недействителен. Представьте положение молодой женщины - находиться в незаконном браке с одним и иметь незаконнорожденного ребенка от другого. Кристальди просто хотел привязать ее покрепче к себе.

Конфликт нарастал постепенно и разрешился после съемок фильма «Так начиналось приключение». В нем продюсеры хотели вывести на звездную орбиту молодую актрису Монику Витти. И дали указание режиссеру всячески выдвигать на первый план ее и уводить в тень Кардинале. Витти и сама не отличалась скромностью и «переигрывала» Кардинале. Когда монтажер Руджеро Мастроянни, брат Марчелло, показал Клаудии смонтированный материал, она была вне себя. Вся ее работа в картине пошла насмарку. Те моменты, в которых Клаудия играла с полной отдачей, ушли на задний план. Она позвонила Кристальди, на повышенных тонах высказала ему все, что думает о нем и его компании, и уехала в Америку. Там ее ждал Паскуале Скуитьери. А Клаудии уже было тридцать шесть.

Она познакомилась со Скуитьери несколько лет назад. Он, начинающий, но уже известный режиссер, принес ей сценарий о женщине, которая убила своего новорожденного ребенка. Клаудия, жила на вилле под Римом вместе с Патриком, и приход нагловатого режиссера не вызвал симпатии ни у нее, ни у ее сына. Скуитьери тоже не испытал особой радости от встречи, потому что Кардинале была навязана ему продюсером. Но актриса шестым чувством осознала, что именно он поможет ей стать собой и обрести свободу. В нем была напористость и жизненная сила, которых самой Клаудии в тот период не хватало. Они встретились еще несколько раз. Он не ухаживал за ней, не преследовал и не относился к ней как к очередной подружке. Она чувствовала, что именно такой человек может ее спасти. И заявила Кристальди, что полюбила другого. Тот устроил ей страшную сцену ревности, начал ее шантажировать потерей карьеры и даже предложил вместе с ним добровольно уйти из жизни. Она только посмеялась.

Во время работы над первым совместным фильмом «Молодчики» Скуитьери нарочито не обращал на Кардинале никакого внимания вне съемочной площадки. Ведь это было не безопасно. В течение пятнадцати лет она считалась подругой Кристальди, и никто не смел подойти к ней, чтобы не навлечь на себя непредсказуемые последствия. Но теперь Клаудия влюбилась сама и стала преследовать Скуитьери и днем и ночью. Вся ее свита, приставленная Кристальди, начиная с секретарши и кончая водителем, не могла уже контролировать ее звонки и мешать их встречам.

Скуитьери работал по контракту с Дино Де Лаурентисом, который перебрался в Америку. Клаудия отправилась к нему неожиданно для всех и для него тоже, и он оценил ее поступок. Все призывы вернуться, поступавшие от Кристальди, были безрезультатны. Но карьера Паскуале оказалась под угрозой. Как же - отбить подругу у самого Кристальди! За этим сразу последовал заговор продюсеров, и на карьере кинорежиссера можно было бы поставить крест. Еще недавно он пользовался успехом и вдруг стал безработным. Друзья отвернулись от них. Наступили черные дни. Паскуале откровенно упрекал Клаудию в том, что она испортила ему карьеру. Она соглашалась, но уйти от него уже не могла. Однако скоро все утряслось, Скуитьери стал опять снимать фильмы. В первой их кинокартине «Железный префект» Клаудия прекрасно сыграла сицилийскую крестьянку. В следующем фильме Скуитьери «Оружие» у нее была трагическая роль женщины из богатой родовитой семьи, пострадавшей от террора властей.

Через три года их совместной жизни, в сорокалетнем возрасте Клаудия родила дочку. А за два месяца до этого девочка родилась у Патрика. Клаудия в один год стала еще раз матерью и бабушкой. Своего ребенка она ждала с радостью и старалась не вспоминать ужасы первой беременности. Паскуале присутствовал при родах и на следующий день втайне от жены зарегистрировал дочь как Клаудию. На удивленный вопрос жены он ответил:

- Когда я позову одну Клаудию, ко мне будут подходить две.

Но радость рождения дочери омрачило ужасное происшествие. Чтобы избавиться от фоторепортеров, осаждавших родильный дом, Клаудию вместе с ребенком тайно вывезли на машине домой. Тогда разозленные фоторепортеры решили взять штурмом виллу, на которой жили супруги. Среди ночи один из них перелез ограду и проник в дом. Семилетний сын Скуитьери от первого брака случайно увидел его и крикнул, что в доме находятся воры. Паскуале достал пистолет и выстрелил в воздух над головой репортера. На следующий день газеты разразились обвинениями, что муж Кардинале отстреливает журналистов. Власти не сочли нужным разбираться в конфликте и присудили ему пять месяцев тюрьмы. Режиссер провел их в одиночной камере. А в это время в Москве, на Международном кинофестивале ему присудили приз за фильм «Дикий народ».

Клаудия продолжает активно сниматься - практически каждый год в каком-нибудь фильме. В некоторых из них она встречает своих старых знакомых, с которыми работала когда-то, будучи еще молодой. Так, через двенадцать лет после выхода на экраны «Розовой пантеры» она снялась в фильме «Возвращение розовой пантеры» вместе с Питером Селлерсом. В 1984 году снялась с Марчелло Мастроянни в итальянской экранизации «Генриха IV». А в 1991 году сыграла в фильме «Майриг» вместе с тем самым Омаром Шарифом, который был первым, кто предложил ей роль в кино.

Кардинале снимается по всему миру, но в основном во Франции и Италии. И конечно, в фильмах Паскуале Скуитьери, отношения с которым так и не узаконены.

У Клаудии сложные взаимоотношения с сыном, который живет в Нью-Йорке и занимается то ли музыкой, то ли литературой. Они почти не общаются. Сама она живет в Париже, самом удобном для себя городе, считая его третьей родиной после Туниса и Рима. Иногда, впрочем, приезжает в Рим к родителям. Но считает этот город слишком суетливым и бестолковым, полным назойливых репортеров, которых почему-то нет в Париже. Скуитьери иногда снимает фильмы, но в основном занимается политикой. Двадцатилетняя дочь Клаудия живет с матерью, увлекается историей искусств, пытается писать. Внучка Лючилла живет с прабабушкой в Риме. Раз в год они все вместе ездят в Нью-Йорк в гости к ее отцу - Патрику.

Младшая сестра Клаудии Бланш так и не стала актрисой, хотя стремилась к этому всю жизнь и была очень красивой. Сначала продюсеры запретили ей сниматься в кино - им не нужны были две Кардинале. Бланш взяла псевдоним Карден, но и это не помогло. Она пыталась играть в театре, но и там не сложилось. Пробовала себя даже в качестве оператора. Но так и осталась в тени старшей сестры. Двое младших братьев, Бруно и Адриано, тоже работают в кино - Адриано довольно известный оператор.

Сегодня Клаудия Кардинале посвящает себя больным и даже создала ассоциацию помощи больным СПИДом. Она уверена, что вирус специально создали в военных лабораториях, как бактериологическое оружие. В кино же после фильма «История», где Клаудия сыграла старуху, ей стали предлагать возрастные роли, но она отказывается. Нельзя войти в одну реку два раза. Ведь в свои шестьдесят она выглядит прекрасно и могла бы играть сорокалетних.

0

2

'Ей исполнилось шестьдесят. Она богата, знаменита, ее помнят. Ей есть чем похвастаться: множество ролей, работа с Висконти и Феллини, всемирная слава... Ее глаза по-прежнему излучают тепло, а кожа свежа, как у юной девушки. И это без единой подтяжки! Свою автобиографию Клаудиа могла бы назвать просто - 'Мне повезло!' Но известно ли вам, чем она заплатила за свое везение?'

Клаудина сидит в кресле и задумчиво рассматривает страницы популярного французского еженедельника. Ей посвящен целый разворот - тут фотографии из 'Восьми с половиной', 'Красной палатки', 'Леопарда'... И такое многообещающее начало! Клаудина встает и подходит к зеркалу, будто желая убедиться в правоте неизвестного журналиста. Что же, и правда, она может гордиться: ей уже шестьдесят, а ни одного седого волоса, не особенно прибавила в весе. Кожа, конечно, не та, что в двадцать, тут журналист чуть преувеличил, но простим ему его пыл, такой, в сущности, понятный - все-таки писать о 'вечно молодой Кардинале' не так просто.

Свернутый текст

Ну да, она неплохо сохранилась. Клаудина тряхнула головой и опять опустилась в кресло. Журнал лежал на подлокотнике, она вдруг посмотрела на него с неожиданным испугом: почему-то стало страшно переворачивать страницу. Что за странная фраза была там в конце?

'Знаете, чем она заплатила за свое везение?' Чем же? Клаудина перевернула лист. 'Чем она заплатила? - продолжал автор. - Известно чем: счастьем близких, самых близких людей. Клаудина всю жизнь ухитрялась избегать неприятностей, увиливать от неминуемой опасности, обманывать беду - разве такое проходит бесследно? Небеса слепы, и каждый удар, предназначенный ей, доставался кому-нибудь из тех, кто находился рядом. А она продолжала лучезарно улыбаться. Что ж, тогда вспомните Бланш, родную сестру Кардинале, ведь это она, а вовсе не Клаудина, мечтала стать актрисой. Но Клаудина, как всегда, легко и беспечно преградила дорогу к славе и сделала все, чтобы никто не захотел иметь с ней дело.

А сын Патрик, которого бессердечно бросила в детстве, отказав в самом главном - праве иметь родную мать? Сейчас ему сорок, и у него, по слухам, клиническая паранойя...' Журнал выпал из рук, Клаудина остекленевшими глазами смотрела в одну точку.

Кто это написал, зачем?! Какая чудовищная, нелепая клевета, сколько злобы в каждом слове! Небеса подождут...

'Несчастные случаи', там написано? Ну, при чем здесь это? Конечно, несчастных случаев в жизни Клаудии было предостаточно, только к чему представлять все это в идиотском свете? Клаудина вспоминала, как однажды на съемках в Венесуэле прыгнула в маленькое озерцо, а вынырнув, с веселым удивлением уставилась в побелевшие лица членов съемочной группы.

'Пираньи, там пираньи! - наконец, опомнился ассистент режиссера. - Хватайся за канат, лови!' Да, рыбкам не повезло - вот бы у них был банкет: полакомиться такой красоткой! А на следующий день ее героине по сценарию предстояло спасаться на вертолете: подняться, ухватившись за веревочную лестницу, на несколько сот метров и влезть в кабину. Если б она только знала, что лестницу сляпали на скорую руку халтурщики-бутафоры!

Когда вертолет поднялся, трос лопнул - и Клаудина повисла на одной руке высоко над землей. Говорят, в такие моменты перед глазами проносится вся жизнь. Нет, ничего подобного не было, только в голове почему-то вертелась фраза из детской считалочки: 'Все хорошие девочки попадают в рай'. Ну уж, дудки, небеса подождут: Клаудина подтянулась на руках и вскарабкалась в кабину.

Летчики только глаза вытаращили! Да, всякое бывало. И съемки при пятидесятиградусной жаре в плотном обтягивающем платье, которое не снималось без посторонней помощи, - пару раз она чуть не хлопнулась в обморок, но смогла взять себя в руки: это работа, значит, надо терпеть.

Две сестры Почему же ее так задела эта статья? Клаудина задумалась: перед глазами плыли пейзажи далекой Африки - пальмы, пески, яркое солнце. Тунис, ее родина... И две девочки, похожие, как две капли воды, бредут по песчаной дороге в школу. Клаудина и Бланш - черноволосые, стройные. Только Клаудина, пожалуй, больше похожа на паренька - вертлявая, бойкая, а Бланш идет спокой но, даже величаво, словно за углом ее ждет королевская карета.

В школе на переменке на них опять накинутся мальчишки со злыми глазами, будут толкать, кричать: 'Итальянки, итальянки!' - и цеплять на спину бумажки с гадкими надписями. Ну, разве они виноваты, что в Италии сейчас у власти Муссолини?

Клаудина привыкла и к бомбежкам, и к раненным на улицах и примирилась с той мыслью, что каждый день может оказаться последним. Ей даже понравилось это ощущение: вроде как никому ничего не должна.

Пусть называется дикаркой. Главное - делать то, что нравится. Если и была мечта, то только об одном: ездить по миру, стать, например, естествоиспытательницей. Разве плохо? Но вместо этого она зачем-то снялась в документальном фильме про тунисских женщин: к ним в школу пришел какой-то француз, отобрал девушек посимпатичнее, обрядил в покрывала, чтобы были похожи на арабок.

Фильм заканчивался крупным планом Клаудии - ветер сорвал с ее лица накидку, и грустные, но такие прекрасные глаза смотрели на зрителя.

Картина заняла первое место на Берлинском кинофестивале, и в скромную тунисскую школу зачастили гости: все искали очаровательную девушку, что снималась у Вотье. На суету вокруг своей персоны Клаудиа не обращала ни малейшего внимания, пока однажды, выйдя из школы, не увидела у ворот Омара Шарифа, поджидавшего ее с очередным режиссером. Но настроение у нее в тот день было неважным, да и вели себя гости самоуверенно и высокомерно, так что Клаудина просто послала их к черту.

Но у режиссера, видно, имелся большой опыт общения с подростками: проигнорировав ее грубость, он направился прямиком к директору, потом к папе Кардинале - и дело решилось за полчаса. Боже, как рыдала Бланш, когда узнала, что сестричка будет сниматься вместе с Шарифом!

'Ведь я хочу быть актрисой, я!'

'Да если б я могла поменяться - ради Бога! - совершенно искренне выпалила Клаудиа. - Мне это кино даром не нужно! Хочешь, завтра поговорю с режиссером?'

И правда, поговорила, но, как и следовало ожидать, без толку: тот лишь снисходительно посмеялся над таким проявлением сестринской любви. А потом была победа на тунисском конкурсе красоты, такая же дурацкая, как и все остальное: Клаудина просто продавала лотерейные билеты, подошла поближе посмотреть, и вдруг кто-то подсадил ее на сцену: 'Вот она, самая красивая итальянка Туниса!'

Она засмущалась, хотела спрыгнуть, но ей не дали - все зааплодировали, закричали, потом что-то говорили, а она только хлопала глазами и улыбалась, ничего не понимая.

А призом была поездка на Венецианский кинофестиваль, тогда-то все и завертелось: Клаудина взяла с собой несколько роскошных бурнусов и настолько поразила воображение фоторепортеров, что они только ее и фотографировали. Предложения сниматься, контракты, новые знакомства...

А Бланш так и осталась в Тунисе. Она тоже пробовала пробиться в кино, но две Кардинале были не нужны... А с Бланш они видятся, перезваниваются... Правда, разговор часто не клеится - может, подсознательное чувство вины перед сестрой не дает покоя, и Бланш это понимает. Но они любят друг друга! Разве этого мало?

Патрик Память цепкой лапкой копалась в ушедших днях и вдруг, нащупав что-то, в ужасе отпрянула - черный лимузин, незнакомец с прилизанными волосами... Опять эти страшные воспоминания! Почему ее вновь заставляют ворошить прошлое?! Но эти воспоминания, как они мучили все эти годы!

Черная блестящая машина, холодная улыбка негодяя, который поджидал ее то там, то тут - выныривал из-за угла, сидел в ее любимом кафе, вежливо предлагал прокатиться. Клаудиа боялась этого типа как огня (ведь он, казалось, был всюду - словно из-под земли появлялся), но в полицию обращаться не решалась. Да и что скажешь: вот тот парень всюду за мной ходит? За это ведь в тюрьму не сажают.

Как-то близкая подруга предложила познакомиться с отличным парнем. И однажды после школы подвела ее к обещанному красавцу - о ужас, он оказался тем самым, с улыбочкой, словно прилипшей к лицу! Поначалу она испугалась, но быстро успокоилась: все-таки знакомый подруги, значит, все нормально, ну а то, что следил за ней, - может быть, просто упорный? 'Мы поедем к твоей подружке на вечеринку, - объявил парень как о чем-то решенном.

- Я заеду после школы'. Когда она села в длинную черную машину, страх вернулся снова. Но только когда город остался позади и в окно начали тянуть ветки навязчивые деревья, только тогда Клаудиа нашла в себе силы спросить - не спросить даже, а пискнуть: 'Куда мы едем?' 'Куда? - отозвался он. - Сейчас узнаешь'. Потом был загородный дом, и его руки, холодные и настойчивые, и этот взгляд...

Парень не то что угрожал, нет, но иногда произносил какие-то туманные фразы, смысл которых сводился к одному: лучше помалкивать. И Клаудиа молчала, не сказала никому, даже маме - тем более маме! - и продолжала сниматься, утягивала живот корсетами до обмороков и даже на седьмом месяце, когда подступала тошнота и темнело в глазах, говорила, что просто съела что-то не то.

Но внимательный продюсер Франко Кристальди все-таки заметил неладное, проводил в свой кабинет, дал выплакаться, и Клаудиа рассказала ему все-все - так гадкое слово 'изнасилование' повисло в воздухе.

Об аборте, конечно, не может быть и речи - это угробит ее карьеру, пусть новорожденного заберет мама, а Клаудиа будет ему сестрой.

Так и вышло, а что она могла поделать? Ей было всего девятнадцать, а вокруг - только чужие люди, и некому рассказать о своей беде, о том, что она не может ни спать, ни есть, думая о своем первенце. И только Кристальди, милый Кристальди...

Неожиданно для себя самой неприступная Клаудиа, дававшая от ворот поворот всем без исключения мужчинам, влюбилась по уши. Так она обрела неожиданную опору, свет в оконце - и мужа в конце концов. Правда, их брак продлился недолго. В глубине души Клаудиа не могла простить ему, что в трудную минуту тот встал на сторону кинокомпании и лишил ее права иметь сына.

Ведь Патрика у нее просто отняли! Мне повезло! Патрику исполнилось восемь, когда он узнал о том, что женщина, которая его растила и которую он называл мамой, - на самом деле его бабушка. Это известие мальчик воспринял на удивление спокойно, по крайней мере так ей поначалу казалось.

Но потом, когда сын вырос и стал носить костюмы цвета хаки и брить голову, Клаудиа поняла, что он все-таки мстит ей.

Патрик и вправду никого не слушал, всегда поступал по-своему, жизнь его действительно не удалась: ему уже сорок, а он до сих пор ничем всерьез не занимается, сидит в своем Нью-Йорке в странной компании.

Их отношения, в самом деле, можно назвать натянутыми - ну конечно, он винит ее и в своих неудачах, в том, что жизнь сложилась по-дурацки.

Злосчастная статья растревожила. Клаудиа так давно не ворошила прошлое... Кто же виноват, что мир до сих пор не знает всей правды - и о той истории, и о ее жизни вообще? А ведь она столько повидала, пережила. Кто же расскажет обо всем лучше, чем она сама?

Клаудиа взяла из стопки чистый лист: зачем откладывать в долгий ящик? Она на секунду задумалась и вдруг, решительно качнув головой, вывела на бумаге заголовок, тот самый, который подсказал ей неведомый автор статьи, - 'Мне повезло!'

0

3

http://www.peoples.ru/art/cinema/actor/cardinale/cardinale_1.jpg

0

4

http://portal.unesco.org/es/files/10106/10467969933Cardinale-4-300.jpg/Cardinale-4-300.jpghttp://portal.unesco.org/es/files/10104/10467963893Cardinale-1-300.jpg/Cardinale-1-300.jpghttp://portal.unesco.org/es/files/38142/11810346815Claudia-Cardinale-ETF.jpg/Claudia-Cardinale-ETF.jpghttp://portal.unesco.org/es/files/10105/10467965713Cardinale-2-450.jpg/Cardinale-2-450.jpghttp://portal.unesco.org/es/files/8292/11024414413cardinale.jpg/cardinale.jpg

0

5

Я играю роли, но не торгую своим телом

"Я ужасно разборчива"
- известия: В этой квартире, где все говорит о былых триумфах, вас не мучает ностальгия?

- Кардинале: Ностальгия мне неведома. Вчерашним днем живут только неудачники, те, кому кружит голову "запах пепла". Меня интересует только настоящее. Я никогда не хотела оказаться экспонатом в музее.

- известия: Вы успеваете играть в кино и в театре, путешествуете по всему миру в качестве посла доброй воли ЮНЕСКО... Какую следующую роль вы себе выберете?

- Кардинале: Я ужасно разборчива. Для меня важна не столько роль, сколько постановщик — будь то в кино или театре. Видите, в моей комнате тонна сценариев, которые мне присылают со всего мира.

Свернутый текст

Обычно я читаю несколько первых страниц, закрываю и откладываю в сторону. Неинтересно... Хотя должна признаться, что театр, который я для себя открыла всего лишь несколько лет назад, стал для меня наркотиком.

На многие вещи я смотрю глазами Висконти и задаюсь вопросом: "А что бы сказал об этой роли Лукино?"

"Он смотрел, целуемся ли мы на самом деле"
- известия: "Клаудиа похожа на кошку, которая позволяет себя ласкать, лежа на диване, — говорил о вас Висконти. — Но осторожно: кошка может превратиться в тигрицу, которая проглотит дрессировщика". Самому Висконти это не грозило?

- Кардинале: Конечно, нет. Я его боготворила — он научил меня всему и даже тому, как быть красивой. Его съемочная площадка напоминала храм, где идет месса.

- известия: Ну а у Феллини, когда вы снимались в "8 1/2"?

- Кардинале: У Федерико все происходило как в итальянской траттории. Чтобы творить, ему нужны были хаос, сумятица.

- известия: Во время съемок "Леопарда" Висконти уговаривал Делона вас соблазнить. Тот обещал...

- Кардинале: Каждый раз, когда в "Леопарде" нам с Делоном надо было играть любовную сцену, Лукино наблюдал за нами с расстояния в три сантиметра. Он смотрел, целуемся ли мы на самом деле или просто ломаем комедию. Делон потом говорил, что между нами мог бы завязаться настоящий роман. Романа не было, но зато нас и поныне связывает нежная дружба.

- известия: Висконти познакомил вас с Рудольфом Нуреевым.

- Кардинале: Висконти любил окружать себя неординарными молодыми и красивыми людьми. Именно таким был Рудольф с его удивительным лицом, с потрясающим магнетизмом и необычной манерой одеваться. Мы несколько раз вместе путешествовали.

"Чужих мужей я никогда не отбивала"
- известия: Вы часто жестоки по отношению к мужчинам — даже к таким великим актерам, как Мастроянни, который был в вас влюблен. Вы назвали его "клоуном", а он, обидевшись, отвечал, что вы "гадюка"...

- Кардинале: Марчелло влюблялся во всех своих партнерш. Обычно они отвечали ему взаимностью. Вспомним хотя бы Катрин Денев.

Когда мы с ним снимались в "Красавчике Антонио", Мастроянни был уже великой звездой и не мог понять, как это я отвергаю его ухаживания. Это приводило его в недоумение. "Я был в тебя безумно влюблен", — сказал он мне несколько лет спустя...

Мужчины считают, что женщины слабы, но я с успехом доказывала обратное. Я всегда говорю: если за тобой ухаживает мужчина и ты ему сразу уступаешь, он почти наверняка скоро тебя покинет. Сама я ненавижу флирт и мимолетные связи. Я никогда официально не была замужем, но и чужих мужей никогда не отбивала.

- известия: Если не ошибаюсь, самым великим искусителем в вашей жизни был Марлон Брандо...

- Кардинале: Брандо не могли сказать "нет" ни женщины, ни мужчины. Ни Джеймс Дин, ни Мерилин Монро. Он был моим любимым актером, когда я была еще совсем девчонкой. И когда я прибыла на съемки в Лос-Анджелес, Брандо был первым, кто мне позвонил.

Он расточал свой шарм, но я из упрямства не поддалась искушению. Он засмеялся и сказал: "Я все понял. Ты — Овен, как и я". И когда он ушел от меня ни с чем, я в сердцах сказала себе: "Какая же я дура!"

"Я сказала Монике Беллуччи, что не стоит так уж раздеваться"
- известия: Среди ваших бесчисленных интервьюеров был сам Альберто Моравиа.

Кардинале: Моя первая в Италии фотопроба проходила на вилле Боргезе в Риме. Там меня и увидел Моравиа. Написал обо мне большую статью, назвав меня "будущей богиней", а затем и книгу. Он печатал мои ответы на старенькой машинке, и сам процесс интервью был больше похож на допрос в полицейском участке.

- известия: А в кино, как известно, вас привел Омар Шариф...

- Кардинале: Да, я училась в тунисской школе, когда меня увидел Омар Шариф, который тогда был известен только в Египте... Он пригласил меня поучаствовать в одном фильме. В ту пору я была совсем дикаркой, и директор школы сказал: "Ее бесполезно о чем-либо спрашивать, она никогда не отвечает". Тогда режиссер обратился к отцу, который согласился, чтобы я снималась.

- известия: Вы снялись более чем в 150 фильмах, но ни разу — обнаженной. Вы настолько целомудренны?

- Кардинале: Я играю роли, но не торгую своим телом. Я даже сказала Монике Беллуччи, что не стоит так уж раздеваться перед камерами. В одном из фильмов Висконти я снялась в ночной рубашке против света — меня видно всю, но сквозь прозрачную материю. Это заставляет работать воображение.

"Женщины куда чувствительнее мужчин"
- известия: В свое время вы снимались у Михаила Калатозова в "Красной палатке", а в начале перестройки с вашим многолетним спутником — режиссером Паскуале Скуитьери приезжали в Москву. Он сделал фильм о Горбачеве.

- Кардинале: Фильм "Красная палатка", в котором также играл Шон Коннери, был посвящен путешествию итальянца Нобиле на Северный полюс. Меня превратили в русскую блондинку. На съемках было минус 30, и от морозов нас спасала только водка... Ну а Горбачева последний раз я видела месяц назад в Риме. Мы участвовали в сборе средств в помощь Руанде. Он преподнес мне огромный букет.

- известия: В конце 80-х годов вы обосновались в Париже. Почему вы уехали из Италии, где живет Паскуале Скуитьери?

- Кардинале: Мы с Паскуале хотели, чтобы наша дочь говорила на нескольких языках. И когда ей было 10 лет, мы с ней перебрались в Париж, где она ходила во франко-итальянскую школу. Кроме того, во Франции с гораздо большим уважением относятся к актерам. Ко мне не пристают на улицах, я могу спокойно гулять. Тогда как в Риме ни минуты покоя не дают папарацци.

- известия: Кто из политиков, на ваш взгляд, хороший актер? Берлускони? Ширак? Буш?

- Кардинале: Пожалуй, никто. Хотя Берлускони, конечно, актер. Да он и начинал свою карьеру с того, что пел на прогулочных пароходиках.

- известия: Женщины во всем мире постепенно берут власть в свои руки — от Германии до Чили.

- Кардинале: Женщины, на мой взгляд, обладают большей чувствительностью и лучше понимают ближних, чем мужчины. А в интеллектуальном плане они ни в коей мере не уступают сильному полу. Я думаю, что нынешний канцлер Германии Ангела Меркель знает, чего хочет. Она из породы победительниц.

- известия: Вы любите победителей?

- Кардинале: Я люблю тех, кто готов сражаться. А победишь ты или нет — это не столь уж важно. Главное — не опускать руки. Я всегда повторяю: "Клаудиа, если ты хочешь — значит, сможешь!"

0

6

--http://img1.liveinternet.ru/images/foto/b/3/741/1275741/f_12380620.jpg

Отредактировано Джули (29.05.2008 03:21)

0

7

ПРивет!Огромное спасибо за такой интересный материал и такие красивые фотографии.Я хотела добавить фотографий,но настолько здесь все полно и целостно,что просто невозможно сделать лучше.

0

8

Джули спасибо за тему....

0