www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Клон. История любви

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

Габриэлла Лопез
Клон. История любви
Книга 1

Аннотация
Судьба сводит Жади и Лукаса в Марокко. Жади – си-рота, мусульманка, возвращается из Рио, где росла, в дом своего дяди Али. Лукас – уроженец Рио, путешествует по африканской стране вместе с братом-близнецом Диогу, отцом Леонидасом, любовницей отца Иветти и ученым Албиери.
Жади и Лукас не могут быть вместе, так как принадлежат к разным мирам. Каждый из них строит собственную семью: Лукас женится на Маизе, а Жади выходит замуж за Саида. В это же время Албиери, смертельно тоскующий после смерти своего крестника Диогу, решается на создание клона оставшегося в живых близнеца.

0

2

1
Вернувшись домой, доктор Аугусто Албиери маши-нально включил автоответчик, как делал всегда. И услы-шал то, что давно мечтал услышать… Сколько же ему пришлось ждать этих нескольких фраз!
«Совет назначил слушанье вашего доклада на пятое октября. Удачи! Чао!»
Удачи… Спасибо…
Албиери взял бутылку вина и взглянул на фотогра-фию, довольно обычную и мало что говорящую непосвя-щенным людям. Хотя кое-что нестандартное на фото-снимке имелось: там были изображены два совершенно одинаковых молодых человека, явно близнецы… И тоже ничего особенного… Мало ли на свете близнецов, практически неотличимых друг от друга!..
Но Аугусто, глядя на фото, погрузился в свои мысли и мечтания. Теперь он уже близок к их осуществлению. Неужели это правда?! Трудно поверить… Ему уже грезилось его успешное, прямо-таки триумфальное выступление, аплодисменты всего зала после доклада доктора Албиери… Ученые и врачи встают и дружно хлопают ему… Поздравляют с успехом, с мировым достижением…
Это пока трудно представить, и все-таки… Все-таки первым генетиком, сумевшим клонировать человека, станет именно он, доктор Аугусто Албиери! Да, так будет!
Клонирование... Это чудо Господне или ловушка для человеческого тщеславия? - размышлял ученый.
Споры о клонировании велись давно во всем мире. И неслучайно. С помощью достижений на¬учно-технического прогресса можно вылечить различные заболевания, облегчить страдания лю¬дей, в то же время, этот прогресс и, в частности, клонирование, способен стать угрозой дальнейше¬му развитию человечества. Увы, это так... Две сто¬роны одной медали... Что поделаешь...
Албиери работал в своей лаборатории над со-зданием человека без оплодотворения яйцеклетки сперматозоидом, без скрещивания генов отца и матери. Именно такой метод гарантировал, что ребенок будет уникален, со своими собственны¬ми чертами. Но обязательно унаследует те же гла¬за, рот, руки, пальцы, то же телосложение и тот же генетический код того человека, у которого взяли клетку. Техника клонирования, разрабаты¬ваемая Албиери, была идентична той, которая ис¬пользовалась при кло-нировании овечки Долли, первого клонированного взрослого живого суще¬ства. Профессор работал над методикой имплан¬тации эмбриона в матку женщины.
Клонирование могло вызывать и физические проблемы. Долли, например, имела некоторые «старые» клетки, такие же старые, как и у клони-рованной овцы. А это значило, что в случае кло-нирования человека вероятно появление на свет ребенка уже со старыми клетками. Следователь¬но, что у него может быть, например, ревматизм, рак, старение нервных клеток.
Большинство клонированных животных рожда¬лись слишком большими, с отсутствующими конечностями, с затрудненным дыханием, почечной недостаточностью и другими проблемами. Черес¬чур крупные размеры клонов также рискованны для суррогатной матери. И не все клонированные эмбрионы выживали, это естественно. К приме¬ру, чтобы создать Долли, было отложено двести двадцать семь клеток, из них превратилось в эм¬брион двадцать семь, а выжил только один.
Но в клонировании были и позитивные сторо¬ны. Оно давало надежды тысячам неизлечимо больных людей. И технология клонирования - это не только воспроизводство живого существа, но и возможность выращивать клетки и органы. Многие ученые верили, что из клеток, извлечен¬ных для клонирования эмбриона, в будущем мож¬но будет создавать сердце, почки и другие орга¬ны для трансплантации. Также можно будет вы¬растить здоровые клетки, которые возьмут на себя функцию больных клеток или заменят их, выле¬чив такие болезни, как паралич, диабет, цирроз печени, гепатит и болезнь Паркинсона. Клониро¬вание - это ящик, полный сюрпризов и тем для дискуссий. Некоторые люди осуждали человечес¬кое вмешательство в законы Божьи. С другой сто¬роны, были и те, кто мечтал, что техника клони¬рования поможет их больным родственникам.
Албиери задумчиво смотрел на фотографию...
Как-то встретят ученые его доклад?.. И что ожидает его в будущем?..

На конгрессе, посвященном клонированию животных, доктор выступил отлично. И во время выступления обратил внимание слушателей, что все эти опыты с клонированием он смог провес¬ти с помощью финансовой поддержки его давне¬го друга Леонидаса Ферраса. И был успех, и ап¬лодисменты, и поздравления... Все, как мечта¬лось...
Вечером радостный Албиери вернулся в свой темный и пустой дом. Доктор жил один. Он при¬вык к своей холостяцкой жизни, сам готовил себе нехитрые завтраки и ужины и остерегался любых новшеств в своем доме. Женщина здесь оказалась бы лишней.
Дома Албиери вновь погрузился в размышле¬ния. Ин-тересно, а как он будет выступать, когда совершит пере-ворот в мировой науке, первым клонировав человека?.. Это уже не овечка... И ус¬пех тогда будет просто грандиозный, совсем дру¬гой, чем сегодня... Но сколько еще лет Аугусто придется ждать этого момента?.. Ждать слишком долго ох как не хотелось... И лет ему не так уж мало... Но и поторопить события доктор сам не мог. Жизнь текла одновременно и быстро, и не¬спешно. Значит, надо набраться терпения и работать дальше. В этом - залог будущего успеха ученого...
В доме стояла тишина, привычная для Албиери. И менять уклад своей жизни он не собирался.

Братья Диогу и Лукас, вернувшись из универ¬ситета, весело помчались наверх по лестнице, со¬ревнуясь друг с другом. Вся их жизнь проходила в этом постоянном соревновании.
- Далва, Далва! - закричал на ходу Диогу.
- Я здесь, в комнате Лукаса! - отозвалась слу¬жанка и вышла им навстречу, улыбаясь.
Она прослужила в доме Леонидаса Ферраса немало лет, давно по-настоящему привязалась к этой семье и любила братьев, как своих родных детей, которых у нее не было.
Диогу подбежал к ней и начал бурно целовать свою няню и экономку. Он всегда платил ей са¬мой горячей любовью, а сегодня был явно в хо¬рошем настроении.
Зато Лукас тотчас скривился, заметив, чем за-нималась Далва перед их приходом. Она раскла¬дывала два одинаковых комплекта деловой одеж¬ды для братьев. Именно в этой одежде они дол¬жны были ехать в офис компании старшего Ферраса вместе с ним.
«Ну, почему мне так не повезло?! - в который раз с горечью подумал Лукас. Вот несчастье - вечно иметь перед глазами своего двойника! Мне надоело быть близнецом, это ужасно - когда люди так похожи друг на друга! Зачем эта иден¬тичность? Я хочу быть самим собой, индивиду¬альным и ни на кого не похожим!»
Он давно всячески старался хоть чем-нибудь отли-чаться от брата, и то находил себе другую одежду, отличную от одежды брата, то делал себе новую другую прическу. Но Диогу, хорошо зная мучительное желание брата избежать сходства, на¬рочно тотчас делал все под его копирку. Ему нра¬вилось дразнить этим и поддевать Лукаса. И Ди¬огу развлекал себя этой игрой, насла-ждаясь бе¬шенством брата.
- Скоро приедет ваш отец, - сказала Далва, хорошо знающая суть взаимоотношений брать¬ев. - Вы такая красивая пара! Ваша мать всегда веселилась, когда гости не знали, кто из вас кто, и терялись, увидев двух абсолютно одинаковых мальчиков. Она любила загадывать всем знако¬мым эту загадку - отгадайте, где Лукас, а где Диогу! Догадаться можно было только случайно.
Но одинаковыми братья выросли лишь внешне.
Диогу улыбнулся и снова поцеловал няню, но Лукас остался по-прежнему мрачным. Его соб¬ственная судьба казалась ему несправедливой, мир он видел исключи-тельно в темных тонах и редко радовался чему-нибудь.
«Бедный мальчик! - грустно подумала Далва. У него сложный характер... Ему тяжело, он муча¬ется, но, скорее, мучает себя сам. Никто не ви¬новат в его страда-ниях... Но как же ему помочь?.. Хотя о чем это я? Ему не в силах помочь никто, кроме него самого. А он сам как раз не настроен выручать себя из ловушки, которую сам для себя устроил... Бедный мальчик».
- Далва, - услышала она снизу голос хозяина.
- Приехал отец, - улыбнулась она братьям.
И они отправились вниз. Первым весело бежал Диогу, а за ним нехотя плелся Лукас, заставляя себя идти.

Леонидас Феррас любовно осмотрел сыновей. Сего-дня у него был запланирован довольно серь¬езный разговор с ними. Они выросли, и им ско¬ро предстоит брать в руки отцовское дело. Имен¬но для этого Леонидас и решил привезти их к себе в офис.
Там Феррас, усадив сыновей напротив себя, объявил им, что хочет в них обоих видеть свое продолжение. Его заветная давняя мечта - уви¬деть после окончания учебы Диогу во главе от¬цовской компании (он изучал управление), а Лукаса - адвокатом компании (он изучал право).
Сыновья выслушали все молча. Диогу про себя вос-торженно согласился с замыслом отца - ему действительно понравилась эта идея. Она тешила его самолюбие и давала простор фантазии. И уже даже руки чесались начать что-нибудь делать, прямо сейчас... Но Лукас насупился еще больше. Он терпеть не мог право и стал изучать его ис¬ключительно под давлением и влиянием отца. Лукас мечтал стать музыкантом. Но отца такой выбор сына не вдохновлял, так же, как и брата.
- Мне эта мысль совсем не нравится, - про¬бормотал Лукас. - Почему надо все всегда решать за меня? Ты прекрасно знаешь, кем я хочу быть...
- Интересно, тебе хоть что-нибудь нравит¬ся? - съязвил вредный братец.
Но прежде, чем Лукас ответил, отец, улыбаясь, по-спешил погасить очередной конфликт.
- Сын, ты у меня романтик, - сказал он. - Это неплохо, но профессия музыканта не для Феррасов! Мы совсем другие люди...
- Конечно, - с готовностью поддержал отца Диогу. - И ведь музыкой себя не прокормишь! Ты должен это пони-мать и думать о будущем, у тебя впереди жизнь.
Он рассуждал, как многоопытный умудренный жизнью человек. Раздраженный Лукас готовился броситься в новую атаку на брата, но тут позво¬нил телефон. Отец снял трубку, и братья неожи¬данно обратились в слух, поглядывая на старше¬го Ферраса с любопытством. А он сразу резко изменился, заговорил другим тоном. Что это с от¬цом?.. Таким они его никогда еще не видели.
Иветти, несколько раз повторил он ласково женское имя таким тоном, словно само его зву¬чание было для Леонидаса необычным и замеча¬тельным. Близнецы многозначительно перегляну¬лись, забыв о своей ссоре. Интересно... Это что-то новенькое... У отца появилась женщина?.. Хотя, наверное, их у него было за то время, что он жил один после смерти жены, матери двойня¬шек, немало. Взрослеющие сыновья об этом до¬гадывались. И все-таки он никогда раньше так не демонстрировал свои чувства, всегда скрывал свои связи от сыновей. А здесь... Нет, здесь явно что-то другое... Что?..
«Львеночек», - произнесла незнакомая жен¬щина в трубку, и это неожиданно ясно услышал сидевший ближе к отцу Диогу. Отец заметил, что сын расслышал, как его называет дама, и поспе¬шил немного отодвинуться. Даже слегка покрас¬нел.
Диогу усмехнулся и вновь выразительно взгля¬нул на брата. Его взгляд говорил яснее ясного - как бы нам по-скорее познакомиться с пассией отца?.. Лукас ухмыль-нулся в ответ и кивнул, под¬тверждая, что тоже не против ее увидеть.
Близнецы - это довольно загадочное явление. Практически это один человек, просто волей судьбы разделившийся на двоих. Именно поэто¬му они всегда хорошо понимают друг друга, лю¬бят друг друга, бывают очень привязаны друг к другу. Хотя братья Феррас часто спорили и ссо¬рились, закон тяготения двойняшек распростра¬нялся и на них. И, поругавшись, они оба тотчас жалели о своей вспышке и торопились помирить-ся, в глубине души хорошо зная, что каждый из них тоскует и скучает в одиночку, без брата.
Наконец отец опустил трубку и внимательно посмот-рел на сыновей. Они ерзали на стульях от любопытства. Неужели сейчас они услышат нечто важное?! О женитьбе отца, например?.. Знает ли об этой женщине Далва?.. Надо спросить...
- Я собираюсь ехать в Марокко вместе с Албиери, вашим крестным. Он хочет навестить сво¬его старого, еще со времен учебы в колледже, друга Али, - сказал он. - По дороге он еще ре¬шил заехать в Египет. Не поехать ли вам с ним вместе? А я прилечу прямо в Фес.
Братья вновь переглянулись и дружно улыбну¬лись отцу.
- Ура, едем! - ответил за двоих Диогу. – Нас ждут пи-рамиды, пески и красавицы в чадрах! Ура, ура! Классное предложение, отец! Кто же от него откажется? Нам здорово повезло!
Лукас согласно кивал. И от его мрачного на¬строения почти не осталось следа. Так, еле замет¬ные отголоски...

+2

3

2
Жади печально смотрела из окна на своих бра-зильских подруг. Они пришли звать ее на диско¬теку. Здесь, в бедном квартале Рио-де-Жанейро, не так давно открывшаяся дискотека стала самым замечательным, просто-таки роскошным праздни¬ком для молодежи. Но надо же было так неудач¬но сложиться...
Жади росла с матерью-мусульманкой, которая старалась воспитать дочь в традициях ислама. Правда, в Бразилии это удавалось не слишком - здесь все росли свободно и жили легко, не обра¬щая внимания на заповеди той или иной религии. Но мать Жади Саула этим возмущалась, постоян¬но носила мусульманскую черную чадру и строго следила за дочерью.
Вот и сегодня она, очень не вовремя, по мнению Жа-ди, вернулась домой с рынка, а потому встретилась с подругами дочери и тот¬час разузнала причину их визита. И затем веж¬ливо им объяснила, что Жади не ходит на дис¬котеки, потому что этого не позволяет их ре¬лигия. Жади сразу надулась и стала ныть над душой у матери, упрашивая ее разрешить схо¬дить на дискотеку. Подумаешь, какое преступ¬ление! Все ходят - и ничего! При чем тут Ис¬лам? Жади не хотела признаваться матери, что уже не раз там бывала с подружками. Она во¬обще не понимала, почему мать по-прежнему упорно держится за свою религию и следует лишь ее законам.
- А почему ты считаешь, что именно ты живешь и по-ступаешь правильно? - хмуро спроси¬ла Жади. - И что страшного, если я буду жить иначе? Я не понимаю!
Мать грустно покачала головой. Ее огорчало именно это непонимание.
- Ты можешь пригласить подруг к нам до¬мой, - сказала Саула.
- Но это совсем не то! - не выдержав, взор¬валась вспыльчивая Жади. - Что нам сидеть тут и киснуть?! Чем заниматься дома?! А там весело, музыка, танцы!.. И маль... - она осеклась и на¬стороженно взглянула на мать.
Саула посуровела и стала молча выкладывать из сумки принесенные с рынка продукты.
- Ты прямо непреклонная, как камень! - за¬явила Жа-ди. - Этому учит твоя религия? Этому?! Ну, расскажи мне, а то я не знаю!
Саула отодвинула сумку в сторону и села. Это ее ви-на, вина матери, не сумевшей воспитать дочь так, как надо...
- Я не раз пробовала рассказать тебе о нашей семье, но ты всегда отмахивалась и торопилась по своим делам, - тихо начала Саула. – Выслушай меня хотя бы сейчас, раз уж сама попросила об этом... Твой отец и я родились в Марокко, где за¬коны ислама никто никогда не обсуждает – их выполняют безоговорочно. Там живет твой дядя Али... Так сложилось, что я прожила много лет здесь, в Бразилии, но я до сих пор не привыкла к этой стране. Она осталась мне чужой. И ты даже не представляешь, как бы я хотела вернуть¬ся на родину и показать тебе свое родное и пре¬красное Марокко!..
Жади слушала внимательно, но без особого ин-тереса. Что она забыла там, в этом Марокко?! Ей и здесь неплохо...
Саула тяжело вздохнула.
- Я уже немолода и много болею... А эти до¬рогие ле-карства почти не помогают... Вряд ли я теперь смогу увидеть свою родину...
- Мама! - равнодушно прервала Жади жало¬бы мате-ри. - Ну, ладно, ты против дискотеки... Пускай!.. Но на пляж-то пойти мне можно? Это не грех, я надеюсь?
Мать посмотрела на Жади. Для чего Саула рас-сказывала о родной земле? Зачем пыталась про¬биться к сознанию дочери? Это бесполезно... Они словно гово-рили на разных языках.
- Да, конечно, иди... - сказала Саула и вновь взялась за сумку.
Счастливая Жади моментально переоделась в своей комнате и отправилась на пляж. Конечно, одной ей будет скучновато, но ничего...
Народу на пляже было полно. Кругом - влюб¬ленные парочки...
Жади, посматривая на них с жадным любопыт¬ством, искупалась и решила немного прогуляться по шумному побережью. Ее с недавних пор привлека¬ли все разговоры и отношения между молодыми девушками и юношами. В этом чудилось что-то та¬инственное, новое, что-то еще неизведанное и на редкость увлекательное... Но что именно? И как бы все это понять и разгадать?.. Желательно поско¬рее... Жади то-ропилась, как любая девушка ее воз¬раста. Неизвестность манила и притягивала.
Неожиданно Жади улыбнулся незнакомый мужчина, и она тотчас смутилась и поспешно от¬вернулась. Его откровенный и нахальный взгляд насторожил ее. Это уж слишком...
Ладно, пора идти домой... Мать велела долго не за-держиваться.
Жади грустно вздохнула и поплелась назад. По¬чему она так замкнуто живет? Почему ей нельзя делать то, что спокойно делают все ее подруги?.. Обдумывая эти вопросы, которые не давали ей покоя уже не первый день, Жади наткнулась воз¬ле своего дома на взволнованную соседку, кото¬рая бежала ее искать.
- Скорее! - соседка тревожно схватила Жади за руку. - Я вызвала Сауле «скорую»! Твоей маме стало плохо, и она упала.
- Маме плохо?! - и Жади в ужасе рванулась домой.
Только сейчас она поняла, что случится, если мать умрет. Тогда Жади останется одна на всем бе¬лом свете... Никаких родственников в Бразилии у них нет, отец умер давно... Что тогда делать Жади?..
- Мама! - закричала Жади с порога и метну¬лась к кро-вати матери.
Та с трудом улыбнулась ей белыми губами.
- Доченька... Ты не бойся... Меня скоро не станет, мне осталось немного... А ты должна уехать к дяде Али в Марокко... Там тебе помогут и тебя пригреют... Там ты будешь счастлива и спокойна... Только там, запомни...
- Я не хочу! - истошно закричала Жади. - Я не хочу оставаться без тебя! Мама!..
Мать уронила руку, протянутую к Жади, и та в отчая-нии поняла, что мамы больше нет...
Рядом безмолвно стояла притихшая соседка, печально наклонив голову.
- Пожалуйста... - прошептала Жади, - я хочу остаться одна... Мне надо обмыть тело по мусуль-манским традициям... Так положено, и я не хочу ничего нарушать... И еще... Позвоните Шейху в Рио, чтобы похоронить маму по всем правилам... Она всегда просила об этом...

Через несколько дней после похорон матери Жади, оставшись совсем одна в Бразилии, реши¬ла выполнить последнюю волю матери и улететь к дяде в Марокко. Здесь ее томило чувство оди¬ночества, тяжкий, навязчи-вый страх перед буду¬щим, а там... Там все-таки живут ее последние родственники. И раз мать говорила о дяде с та¬кой любовью и нежностью, раз так верила ему и считала, что Жади будет с ним хорошо, значит... Значит, надо послушаться последних слов матери. Она хотела Жади только добра.
- Надо ехать... - пробормотала Жади и смах¬нула со щеки слезы.
Ее опять томила неизвестность, и мучило не¬ясное, туманное и страшное будущее. Что ее ждет?.. Но это знает лишь Аллах...
Несколько дней она просидела дома, никуда не выходя и вспоминая мать. Мама была всегда та¬кая ласковая, такая заботливая... Так любила Жади... А она оставалась эгоистичной, злой, зам¬кнутой... Все стремилась вон из дома, к подругам, к развлечениям... И вот теперь мамы нет, и ни¬чего нет... И не нужны никакие развлечения и подруги... Нужна только мама, но ее нет и никог¬да больше не будет... Никогда. Какое это страш-ное слово. Самое жестокое из всех слов...
Жади уронила голову на руки и разревелась в голос. В комнате стояла пугающая тишина. Ник¬то не придет, никто не утешит, никто не помо¬жет...
Жади вытерла слезы кулачком и посмотрела в окно. Да, мама права... Надо собираться и лететь в Марокко... Город Фес... Там живет дядя Али...

В самолете Жади вжалась в кресло и просиде¬ла тихо и безмолвно всю дорогу. Что ждет ее впереди?.. Раньше Жади всегда радостно встречала любые перемены в своей жизни, но не теперь. Сейчас она боялась неизведанности, тосковала и, если бы не последняя воля матери... Хотя и ос¬таваться одной в Рио, большом и шумном, рав¬нодушном и красивом, Жади тоже было страшно.
Аэропорт бодро приветствовал Жади гамом, гу¬лом и суетой, как любой аэропорт мира. Она взя¬ла свои вещи и поплелась вперед, не видя ниче¬го вокруг. Ее должны были встречать двоюродная сестра Латиффа и служанка Зорайде. Так сказал дядя, с которым Жади говорила по телефону. Но как они выглядят?.. Впрочем, они сами узнают Жади - мать посылала родственникам ее фото¬графии.
Она остановилась, осматриваясь, и тотчас к ней по-дошли две женщины - одна, очевидно, ровесница Жади, значит, сестра, а вторая, постар¬ше и посолиднее - слу-жанка. Они улыбались и махали Жади руками.
- Мы тебя сразу узнали! - весело заговорила Латиффа. - А ты в жизни еще симпатичнее, чем на фотографиях! Правда? - обратилась она к сво¬ей спутнице.
Та утвердительно кивнула.
Жади немного приободрилась. Кажется, ее здесь действительно ждали, и отнеслись по-доб¬рому... Во всяком случае, сначала... Может, все еще сложится хорошо, Жади быстро привыкнет к новой жизни, к новым людям, лицам, местам...
- Пойдем! - предложила Латиффа.
И они пошли по городу вдоль базарной площа¬ди. Жади с любопытством крутила головой по сто¬ронам: женщины в чадрах, скользящие мимо неслышно, словно тени, смуглые звонкоголосые дети, мужчины, словно не обращающие внимания на женщин... Да еще гудящий и галдящий на незнако¬мом языке рынок... Интересно, что здесь продают?..
Жади остановилась возле одного продавца, по¬том - возле другого... Служанка с сестрой шли впереди, пока-зывая дорогу и не слишком утруж¬дая себя заботой о Жади. Они, видимо, были уве¬рены, что та шагает сзади, как привязанная.
Наконец, Жади оглянулась и в ужасе убеди¬лась, что давно потеряла из виду своих спутниц. Вокруг по-прежнему гомонила равнодушная тол¬па. По-арабски Жади не понимала. Она кину¬лась в одну сторону, в другую... Бесполезно... Сестра и служанка бесследно растворились в жарком воздухе Феса, и найти их тут невозмож¬но... А куда идти, Жади не имела ни малейшего представления.
В панике она бросилась почти бегом по узким улицам Феса, пытаясь все-таки отыскать своих родных. Навстречу ей попались какие-то торговцы, черноглазые и сладкоречивые. Хотя она плохо по¬нимала их речь, но интонация была ее ясна. Они что-то показывали ей, навязчиво почти совали в руки какие-то вещи... Жади довольно грубо оттол¬кнула их и помчалась дальше. На перекрестке тес¬ных улочек она едва не сбила похоронную процес¬сию и замерла на месте. Люди почти не обратили на нее внимания и скорбно шли вперед. Жади сто¬яла и смотрела им вслед. Сразу вспомнилась мама, ее смерть, похороны... И вот теперь она совершен¬но одна в чужой стране... На глаза навер-нулись слезы...
- Ну, разве так можно?! - закричала появившаяся ря-дом Латиффа. - Куда же ты пропала? Мы бегаем, тебя ищем, а тебя нигде нет... Прямо ужас, как мы перепуга-лись!
Стоявшая рядом Зорайде укоризненно покачи¬вала головой.
- Ты только не плачь и не расстраивайся! У нас тебе будет хорошо, вот увидишь, - быстро заговорила сестра, заметив слезы Жади. - Пошли скорей! Дядя там, наверное, заждался...
И они снова отправились вперед, однако те¬перь род-ственницы не разрешали Жади отставать. Да она и сама боялась пропасть одной в совер¬шенно чужом го-роде.
Латиффа и Зорайде потихоньку посмеивались над приезжей, переглядывались и хихикали в ла¬дошки. Жади казалась им странной, чересчур рассеянной, пугливой. Впрочем, любой человек, впервые попавший в чужую страну, поначалу ка¬жется необычным и даже забавным.
Дом дяди Али был уже недалеко. Жади робко ступила на порог и вновь изумилась: ее встрети¬ли все женщины дома и, на взгляд Жади, доволь¬но диковинно. Они стали веселиться и танцевать, приветствуя новую женщину в доме.
«Вот это да! - подумала Жади. - Ну и законы здесь! И это в порядке вещей?! Нет, мне, конечно, приятно, но ведь эти танцы - показные! В обыч¬ной жизни люди не пляшут от радости!»
Она немного растерялась и смущенно огляну¬лась на Латиффу и Зорайде. Те заулыбались, дес¬кать, привыкай! У нас вот так, а как там было в твоей Бразилии - дело твое! Да и вообще, пора уже забывать о той стране... Она осталась в про¬шлом. Навсегда... Жади тихо вздохнула.
- Пошли! - снова сказала сестра, когда танец окончился, и повела Жади за собой.
Латиффа и Зорайде показали Жади ее комнату и цех окраски кожи прямо во дворе дома.
«Надо же, вот чудеса... - опять подумала Жа¬ди. - Цех прямо во дворе дома... Но мне действи¬тельно придется привыкать к этой жизни, новой для меня...»
А сестра между тем верещала, в восторге рас-сказывая о том, что ее скоро выдадут замуж. Она мечта-ла, чтобы муж одарил ее золотом, которое она обожает больше всего на свете.
- Здорово! - воскликнула Жади и сразу за¬бросала се-стру, вопросами. - И вы любите друг друга? А давно ты знаешь своего жениха? Сколько ему лет? Он учится или работает? Как он выглядит? Наверное, такой высокий, смуглый, черноглазый, да? И мускулы, как у Швар-ценнег-гера?
Латиффа уставилась на сестру изумленно.
- Как у кого?! Шварн... Шваре... Нет, все-таки ты очень странная! Да я вообще никогда в жиз¬ни не видела своего жениха! У нас так принято. Знаю только, что его зовут Саид. Но это ничего не значит! Я уже влюблена в него!
Жади изумленно вытаращила глаза. Она ниче¬го не понимала. Как это можно - выходить за¬муж за человека, которого в глаза ни разу не ви¬дела?! Что за дикие законы и обычаи?!
- А я выйду замуж только по любви! - зая¬вила Жади. - И я сама, одна, выберу себе жени¬ха! Если же мне его навяжут или я не встречу лю¬бимого, я лучше останусь одинокой! Но жить без любви не буду!
Ошеломленная сестра собиралась возразить, но тут появилась Зорайде и велела Жади идти к дяде Али.
Жади снова присмирела и тихо пошла вслед за слу-жанкой.
Дядя встретил новую племянницу тоже очень приветливо. Сначала погоревал о смерти матери Жади, а когда она опять стала вытирать руками слезы, перешел к другому разговору и сменил тон.
- Ты мусульманка! - строго сказал он и оки¬нул неодобрительным взглядом европейский на¬ряд племянницы. - И ты должна носить совсем другую одежду и накрывать голову, когда выхо¬дишь из дома. Тебе сейчас подберут подобающее одеяние. Ты должна быть скромной, послушной моей воле, изучать Коран. И, конечно, никаких развлечений!
Жади вспомнила мать и затосковала. Вновь никаких развлечений! А что же ей тогда делать?
- Ты взрослая девушка! - сурово продолжал дядя. - Ты уже созрела. У тебя ведь кровотече¬ния ежемесячно?
Жади покраснела и опустила глаза. Ну и ну!.. Ей велят быть скромной, а спрашивают о таких вещах!
- Отвечай! - холодно сказала дядя.
Жади молча кивнула, не поднимая глаз.
- Так, значит, тебе пора замуж! - подвел дядя итог разговору. - Я подыщу тебе хорошего жени¬ха. И очень скоро. А теперь ступай. Женщины расскажут тебе все остальное.
Жади вновь кивнула и понуро вышла из ком¬наты.
Новая жизнь началась не так-то просто...

+2

4

3
Юные Феррасы и доктор Албиери прилетели в Каир. Лукас и Диогу ликовали, как дети, а крес¬тный радовался, глядя на них.
Больше всего, конечно, всех троих восхитили и по-трясли пирамиды. Они подолгу стояли перед ними молча, не в силах оторваться от этого гран¬диозного, ошеломляющего зрелища, и любова¬лись. Даже делиться впечатлениями было трудно.
Немного придя в себя от величественности древних строений, братья начали выспрашивать крестного о традициях арабов и о клонировании. Они очень любили доктора Аугусто, были с дет¬ства к нему привязаны и часто искали у него со¬вета. У них всегда вызывала уважение работа Ал¬биери, его исследования и опыты.
Крестный охотно рассказал братьям все, что сам знал о жизни арабских стран, а вот насчет своих экспериментов...
- Тут очень много проблем, - коротко заме¬тил он. - Пока ничего определенного я вам ска¬зать не могу.
Лукас и Диогу переглянулись и, воспользовав¬шись удачным отсутствием отца, приступили к доктору с другими вопросами.
- А вот отец летит в Марокко... - начал из¬далека Диогу. - Но там его наверняка ждет его новая пассия, правда? Она недавно звонила отцу при нас. А кто она такая? И где отец с ней по¬знакомился?
- И что, он собирается на ней жениться? - присоеди-нился к брату Лукас.
Албиери пожал плечами.
- Я сам не знаком с этой женщиной, - усмех¬нулся он. - Леонидас таит ее от меня и не делит¬ся никакими подробностями. А мне самому тоже любопытно увидеть эту даму. Ведь, по словам Леонидаса, она круто изменила его жизнь.
Братья вновь переглянулись.
- Вот даже как? - пропел Диогу. - Очень ин¬тересно...
- Ничего, потерпите чуточку, - добродушно сказал Аугусто. - Осталось совсем немного. Мы уже скоро будем в Марокко и все узнаем... А пока...
- А пока, - со смехом подхватил Диогу, - мы покатаем-ся на верблюде!
И близнецы бросились к спокойно стоявшему в стороне двугорбому, мирно жующему свою лю¬бимую жвачку.
Доктор ласково посмотрел им вслед. Одино¬кий, не имеющий ни семьи, ни близких, Албие¬ри давно уже не представлял своей жизни без этих юношей, которых тоже словно вырастил, хотя и не жил с ними. Особенно любил он Дио¬гу, но старался нигде и ни в чем себя не выдать, чтобы не обидеть Лукаса.
Тем временем Лукас, будто перепутав верблюда со скаковой лошадью, с разбегу резко прыгнул на животное. И тотчас был с позором сброшен вниз...
Диогу хохотал, глядя на растерянного и возму-щенного брата, барахтающегося в песке. Аугусто тоже улыбнулся. Братья еще совсем дети... Что ждет их впереди?..

Иветти, молодая экстравагантная блондинка, уже полчаса стояла в фойе гостиницы в городе Фес, пытаясь выяснить на разных языках, в каком номере остановился Леонидас Феррас, но ее то ли не понимали, то ли не желали понимать. Какое безобразие! В крупных отелях персонал должен владеть хотя бы парой европейских языков! Пусть даже это Северная Африка. С досадой махнув ру¬кой, она вышла из гостиницы, уверив себя, что Леонидас сам ее найдет. Хотя эта мысль ее не ус¬покоила. И вечером она вновь вернулась в отель, думая на этот раз что-нибудь разузнать.
В гостинице началась какая-то вечеринка, вок¬руг вертелось много молодых симпатичных муж¬чин. И Иветти, легкомысленная кокетка по нату¬ре, оглядевшись и заметив, какое впечатление произвела сразу на нескольких мачо местного розлива, решила здесь задержаться на время.
Албиери со своими крестниками прилетел в Фес рано утром и поселился в этой же гостини¬це. Он опять пытался примирить братьев, поссо¬рившихся в очередной раз.
Приехав в Фес, Лукас сразу подстригся, чтобы отли-чаться от брата. Диогу куда-то исчез после обеда, а явился уже на вечеринку с точно такой же прической, как у брата.
- Ну, как? - насмешливо спросил он, усажи¬ваясь рядом с Аугусто и напротив Лукаса. - Правда, мне идет?
И насмешливо тряхнул головой, откровенно посмеи-ваясь над братом.
- Ты не можешь вытерпеть, чтобы мне не на¬солить! - взвился Лукас. - Ты просто издева¬ешься!
- Тихо, тихо! - поспешил вмешаться Албие¬ри. - Пере-станьте, на нас все смотрят! Никак не могу понять, почему вы всю жизнь не ладите!
- Мы и сами этого не можем понять! - от¬кровенно признался Диогу и оглянулся, чтобы проверить слова крестного.
На них действительно смотрели. И одна из этих смотревших была такая... У Диогу прямо за¬кружилась голова... Какая красавица!.. Очень эк¬стравагантная обворожительная блондинка кокет¬ливо улыбалась ему.
Полвечера Диогу то и дело оборачивался, не в силах думать ни о чем.
- Ты что вертишься? Голова открутится... Или живот от новых восточных блюд прихватило? - ехидно спросил Лукас.
- Да, ты ведешь себя как-то необычно, - встревожился и рассеянный доктор, только что заметивший странное поведение своего любим¬ца. - Ты не заболел?
- Нет... - нехотя пробормотал Диогу.
И тут увидел, что прекрасная незнакомка встает.
- Я, пожалуй, пойду немного прогуляюсь!.. - выпалил Диогу и вскочил. - За меня не беспокой¬тесь, не пропаду, со мной ничего не случится!
Аугусто и Лукас удивленно посмотрели ему вслед, а Диогу вылетел из гостиницы следом за очаровательной блондинкой.
Она тотчас остановилась, и они, почти не скрываясь, начали целоваться прямо у дверей. Потом незакомплек-сованная незнакомка махнула рукой вперед, и Диогу по-слушно двинулся за ней...

Утром Диогу вернулся в гостиницу возбужден¬ным и счастливым.
- Ну, и где же ты бродил всю ночь? - иро¬нически справился Лукас. - Я насилу успокоил крестного...
Диогу бросился в кресло и прошептал:
- Это такая женщина... Такая...
- А какая? - с интересом спросил брат.
- Необыкновенная, неземная... - начал Дио¬гу. - Пони-маешь, у нее глаза говорят обо всем, с ней не нужно слов... А в постели!.. - он бла¬женно зажмурился, припоминая подробности прошедшей ночи. - Это просто ураган, тайфун, вихрь...
- Да? - недоверчиво протянул Лукас. - И кто же она, твоя чаровница? Кроме того, что она вихрь...
Брат пожал плечами.
- Понятия не имею... Не все ли равно?.. Я да¬же не знаю, как ее зовут...
Лукас вытаращил изумленные глаза.
- Как это так?! И как можно спать с женщи¬ной, имени которой не знаешь?! Это какая-то ди¬кость! Ты первобыт-ный человек!
- Вот моралист выискался... Чего ты бесишь¬ся?.. - лениво потянулся Диогу. - При чем тут имя? Это не глав-ное...
- А как же вы разговаривали? – продолжал возму-щаться брат.
- Да мы и не разговаривали! - вновь дернул плечами Диогу. - Мы занимались другим де¬лом... - он весело фыркнул. - Там разговоры ни к чему... Я же говорю - у нее потрясающие гла¬за, в которых все можно прочитать без всяких слов!.. Я сразу понял, что она меня хочет... И еще как хочет!
- Ты пошляк и циник! - заявил Лукас, гнев¬но вскакивая.
Брат захохотал и откинул голову назад.
- Пусть даже так! Зато я провел изумительную ночь! А ты ее проспал в одиночку! Каждому свое!
Лукас в бешенстве выскочил в коридор и хлоп¬нул дверью. Вслед ему раздался оглушительный хохот брата.

Леонидас прилетел в Фес рано утром. Он не об-ратил никакого внимания ни на необычное состояние обоих сыновей, ни на волнение Аугусто, еще не успевшего отойти после тревожной ночи, когда его любимец вдруг пропал до утра. Старший Феррас был поглощен собой и своими делами и тоже нервничал, а потому не замечал ничего вокруг.
Едва глянув на сыновей, он с ходу объявил им, что собирается скоро жениться и, не откладывая дела в долгий ящик, прямо сегодня познакомит их со своей избранницей.
- Она прекрасная женщина, и вам обязатель¬но понравится! - убежденно заявил Леонидас. - Вы найдёте в ней добрую порядочную душу. Она - воплощение кротости и чистоты!
Братья переглянулись и ничего не сказали. До прихода любимой женщины отца оставалось со¬всем немного времени...

- А, вот и ты, дорогая! - наконец услышали братья ра-достный голос отца.
Они с любопытством метнулись вон из комна¬ты, едва не отталкивая друг друга локтями. Рядом с отцом стояла шикарная молодая блондинка и сияла. Отец тоже весь цвел от радости долгождан¬ной встречи с воплощением кротости и чистоты.
- Дети, познакомьтесь! - торжественно про¬изнес Лео-нидас, не отрывая влюбленных глаз от своей избранницы. - Это моя невеста. Ее зовут Иветти.
Лукас заметил, что невеста чем-то сильно сму¬щена и неприятно поражена. Видимо, чтобы скрыть или объяснить свое удивление, Иветти с улыбкой пропела:
- Я думала, они моложе... Ты всегда говорил: «мои мальчики»... Да еще вдобавок близнецы... Я не знала... Ты скрытный, львеночек!
Она старалась держаться как можно непринуж-деннее, но у нее это плохо выходило.
- Ну, они уже выросли, - усмехнулся Леони¬дас. - Но для меня остались все теми же маль¬чиками. Навсегда...
Диогу стоял, застыв на месте, не в силах по-шевелиться. В невесте отца он сразу узнал ту жен¬щину, которую вчера целовал... С которой... Он с ужасом смот-рел на экстравагантную блондинку, вспоминал подробности прошедшей ночи, а Иветти старательно отводила от него глаза.
Лукас шагнул вперед и запросто поцеловал пассию отца в щеку.
- Очень рад знакомству! - чуточку церемон¬но произнес он.
И иронически добавил про себя: «Наша новая дорогая мамочка...»
Диогу все еще никак не мог придти в себя и стоял столбом. Иветти решила, что лучше всего разыграть не-виновность и, как ни в чем не бывало, сама чмокнула юношу в щеку. Только бы Леонидас ничего не заподоз-рил... Но вместо того, чтобы принять ее игру и тоже подарить сыновний ласковый поцелуй, Диогу внезапно повернулся и раздраженно вышел.
- Что это с ним? - недовольно спросил отец.
- Не знаю... - удивленно отозвался Лукас. Он совер-шенно не понимал, что случилось вдруг с братом.
- Тогда пойди за ним и верни его! - строго велел Лео-нидас. - Что за капризы? Взрослые люди... Вы же собирались ехать на ужин к другу Аугусто!
Лукас, насвистывая, отправился искать брата и нашел его на балконе их номера.
- Что с тобой? Ты чего умчался, как ошпарен¬ный? Даже неловко... Отец обиделся. И дама тоже. А она вполне ничего себе... Тебе как пока¬залось?
- Да это же она! Понимаешь, это она! - крик¬нул Диогу.
- Кто «она»? - недоумевающе поднял брови Лукас и неожиданно догадался. - Ты... что?! Это... правда?.. Та, ночью, с тобой?.. Которая... ураган, тайфун, вихрь?.. - прошептал он.
Диогу мрачно кивнул и повторил уже немного спокойнее:
- Это она... Ну да... Так получилось... Мне надо все рассказать отцу...
Лукас схватил брата за руку и уволок в комна¬ту, где их сложнее было бы услышать.
- Бесстыжая, шлюха! И она встречается с моим отцом! - заорал возмущенный до глубины души Диогу. - И он на ней собирается жениться! Я все ему расскажу! Пусть знает, что это за женщина! С первым же встречным...
«А, между прочим, этим первым встречным оказался ты сам!» - едва не выпалил Лукас, но вовремя сдержался и заметил рассудительно:
- Конечно, ты все ему расскажешь, но сначала тебе нужно успокоиться.
- Я совершенно спокоен! - заявил Диогу, хотя на са-мом деле весь клокотал от ярости. - И не могу терять времени даром! Здесь дорога каждая минута! Эта Иветти из тех женщин, что гоняют¬ся за денежными мешками, но при этом ложатся в постель к любому незнакомцу!
И брат решительно направился к двери, но Лу¬кас бросился вперед и удержал его. Между брать¬ями началась потасовка, в которой победил Лукас и, торжествуя, оттолкнул Диогу на середину ком¬наты, выскочил в коридор и запер дверь на ключ. Пусть братец посидит в тишине и одиночестве и малость образумится!
Лукас был уверен, что пока отцу ничего гово¬рить не стоит. И не хотел скандала в гостинице. Кто знает, а вдруг попозже появится мирное ре¬шение проблемы... Хотя пока оно не просматри¬валось...

Леонидас и Албиери попрощались. Доктор хо¬тел на-вестить в Фесе своего старого друга Али и возвращаться в Рио. Его там ждала работа, расста-ваться с которой даже ненадолго профессор не любил. Хотя оставлять в Марокко надолго близ¬нецов ему было грустно. Аугусто всегда скучал без своих крестников.
Сидящая рядом Иветти, мечтающая о париж¬ских ма-газинах, («львеночек» обещал свозить ее в Париж), не-ожиданно и фамильярно вмешалась в разговор друзей.
- А вы были женаты? У вас есть дети? - на¬хально спросила она ученого.
- Нет, я не был женат, и детей у меня нет, - грустно ответил генетик и ушел.
Леонидас взглянул на невесту укоризненно.
- Дорогая, я прошу тебя никогда больше ни о чем не расспрашивать Аугусто, - мягко сказал он. - У Албиери была несчастная любовь – его невеста погибла перед свадьбой. И мои мальчи¬ки для него - как дети, которых он никогда не имел. А Диогу его любимчик.
Но вместо того, чтобы устыдиться, Иветти про¬явила еще больший интерес к профессорской судьбе.
- А от чего произошла катастрофа с невестой?
Ответить Леонидасу помешал сам доктор, ко¬торый искал близнецов, чтобы взять их с собой к своему другу Али, с которым они вместе учились в колледже. Он слу-чайно посмотрел на Иветти и увидел у нее на глазах слезы.
- Что-то случилось? - участливо спросил уче¬ный. - Надеюсь, вы не поссорились за эти три минуты?
- Просто я очень впечатлительная... - про¬шептала Иветти.
Друзья в замешательстве переглянулись. Кажется, Леонидас и впрямь нашел свое счастье, тоскливо поду-мал Аугусто. И вновь вспомнил свою погибшую любовь. Заменить ее было не¬кем.

+1

5

4
Стремительно выбежав на улицу, Лукас все-таки не успел поймать отца. Тот уже уехал вместе с Иветти. Крестный начал отчитывать юношу за опоздание.
- А где Диогу? - раздраженно спросил он. - Нам давно пора ехать, нас ждут.
- Он не хочет никуда выходить, надумал от¬дохнуть, - солгал Лукас. - Просил передать, что¬бы мы отправлялись без него.
- Вот как?.. - расстроился Албиери. – Очень жаль... Ну, ничего не поделаешь... Лови такси!
Лукас тотчас остановил первую же проезжав¬шую мимо машину, усадил туда крестного, сел сам, и машина направилась к дому Али.
А там в это время волновалась Латиффа, при¬меряя свой наряд. Она напряженно ждала встре¬чи с женихом.
Латиффа смешно металась по комнате, наки¬дывая на себя чадру то так, то этак... Сидящая ря¬дом Жади моментально заскучала и тоже полезла в шкаф, где было множество нарядов. Какая жен¬щина устоит перед этим?
Внимание Жади сразу привлек великолепный костюм для танца живота - малахитового цвета, состоящий из ажурного топа и юбки, украшенных бахромой и стразами - стекляшками, монетками, и полупрозрачной вуали. Жади тотчас схватила его и примерила.
- Ох, какая же ты красавица! - искренне вос¬кликнула двоюродная сестра. - Это тебе так идет, словно специ-ально для тебя шили!
- Твоя мать, Саула, - заметила Зорайде, помогавшая Латиффе одеваться,- когда-то замеча¬тельно исполняла танец живота. А ты умеешь?
Жади кивнула. Да, мать научила ее танцевать...
- Ой, кто-то пришел! - вдруг сказала Зорай¬де, прислу-шавшись.
Латиффа встрепенулась.
- А вдруг это он?
- Сейчас узнаю, - и служанка вышла из ком¬наты.
Вернувшись, Зорайде объяснила, что это при¬ехали знакомые дяди Али.
Он, обрадовавшийся старому другу, тотчас за¬вел с Албиери разговор о клонировании, об Ал¬лахе, который вряд ли одобряет подобные опыты, потом начались вос-поминания старых прияте¬лей... Лукасу это было не интересно. Он затоско¬вал, встал и отправился бродить по дому...

- А ты нам не станцуешь? - попросила Ла¬тиффа.
Минуту подумав, Жади кивнула. А почему бы ей и в самом деле не показать свои умения всем женщинам дома?.. Надо проявлять себя и свои способности.
Она стала быстро переодеваться, а Латиффа ее подгоняла, а потом повела в общую комнату для женщин (у дяди Али было много жен) и включи¬ла арабскую музыку. Жади начала танец живота... Женщины стояли вокруг, и Латиффа и Зорайде впереди, напрочь забыв о скором приезде жени¬ха. Все любовались Жади.
Ничего не замечая вокруг, она самозабвенно кружи-лась в танце, погрузившись в него и в музыку. Впервые после долгих мучительных недель, прошедших со дня смерти матери, Жади, нако¬нец, немного отошла, забы-лась, стала самой со¬бой...

Бродивший без всякой цели по дому Али Лу¬кас услы-шал красивую тягучую восточную мело¬дию.
«Интересно, кто это играет?» - подумал он и двинулся туда, откуда неслись эти медленные звуки.
Он стремительно проскочил еще один коридор (сколько же их здесь?!) и распахнул дверь, за ко¬торой слышалась музыка, и увидел танцующую девушку... Их взгляды встретились... Танцовщица, уставившись на Лукаса, застыла на месте и уро¬нила вуаль, с которой танцевала, представ перед ним в одном, довольно откровенном костюме для танца. Женщины, заметив Лукаса, опомнились, подняли крик и разбежались. По мусульманским обычаям чужой мужчина не имел права появлять¬ся на женской половине дома. Это харам - грех.
- Странно, - встревожился в своей комнате Али. - По-чему так кричат женщины? Мне надо срочно пойти по-смотреть, что там происходит.
Али поспешил в комнату женщин, а за ним Албиери - искать Лукаса. В комнату они вошли одновременно. Увидев, что племянница стоит по¬чти раздетая, в одном легкомысленном костюме, а на нее смотрит чужестранец, Али рассвирепел.
- Неверная! Оденься, прикройся! Грешница! У тебя нет стыда! - закричал он, подскочил к ней и залепил уве-систую пощечину.
Жади возмутилась. Это был вызов со стороны дяди. Ее еще никто никогда не бил. А мужчина, который ударил женщину, тем более, молодую и родственницу, был, по мнению Жади, низок и от¬вратителен. Но ответить дяде грубостью Жади по¬боялась.
Албиери тоже напустился на Лукаса.
- Это неуважение к чужому дому! - заявил он. - Эта молодая девушка могла даже погибнуть из-за твоего проступка, и вся ответственность лег¬ла бы на твои плечи! И в Бразилии, и в Марок¬ко нельзя без спроса входить в комнату мусуль¬манского дома! А в Марокко вообще считается большим грехом, если девушку увидел посторон¬ний мужчина. После этого ее запирают в комна¬те на всю жизнь. В Саудовской Аравии тебя бы вообще арестовали, а потом забили бы камнями. И какое бы наказание сейчас не назначили этой девушке, виноват будешь ты, именно ты!
Лукас изумленно уставился на крестника.
- Не понимаю, в чем моя вина? Что я такого страшного сделал? Посмотрел на девушку?! А здесь все в своем уме? Это в нашем двадцатом веке нельзя взглянуть на незнакомку?! Какой-то бред! Они здесь полоумные! Да я вообще не знал, что здесь, в этой комнате, танцуют, просто шел на зву¬ки музыки! Я люблю музыку, ты знаешь.
- Ладно, хватит! - махнул рукой крестный. - Замолчи! Пошли отсюда!
Она давно уже остались в комнате одни. Али, пока они пререкались, строго велел племяннице следовать за ним в его кабинет. Жади нехотя по¬плелась следом. В коридоре, прижавшись к сте¬не, стояла Зорайде. Она быстро прижалась к уху Жади и шепотом посоветовала ей во всем согла¬шаться с дядей и молчать. Но Жади мрачно блес¬нула глазами: она не намерена терпеть, когда с ней вот так по-хамски обращаются! И молчать не собирается!
В кабинете дядя приказал Жади выучить отры¬вок из Корана, иначе ее ждет темная запертая комната.
- Ну, и порядки у вас! - отталкивая книгу, злоб¬но ска-зала Жади. - Он пришел, а я еще и винова¬та?! Я что, звала его туда, заманивала, приглашала?! Я его в первый раз вижу! Это ваши гости!
- Учи Коран! - повторил дядя, не слушая ее. - И запомни на будущее: ты должна мне во всем подчиняться! Непослушание будет жестоко караться!
- Ах, вот как?! - закричала Жади, но потом вспомнила свое безрадостное положение бедной сироты, добрый совет служанки и понуро замол¬чала.
Видно, у нее такая участь - жить здесь и сми¬ряться...
Она хмуро рассматривала книгу, но та была на-писана на арабском. Жади почти не знала этого языка, и сколько времени у нее займет его изу¬чение? Так что выучить Коран - весьма пробле¬матично. Хоть бы запомнить пару строчек...
- Ладно! - буркнула она, не вдаваясь в дальнейшие объяснения, схватила Коран и выскочи¬ла за дверь.
И сразу же от стены коридора вновь отделилась темная тень - служанка Зорайде - и протянула ей Коран на португальском. Жади машинально взяла и его, думая о своем...
Перед ее глазами стоял тот незнакомый юно¬ша, за-глянувший в комнату женшин, где танце¬вала Жади...

В гостинице Диогу неистово колотил в дверь, требуя, чтобы ее немедленно открыли, и кричал на разных язы-ках, преимущественно на английс¬ком. Но его словно не слышали.
«Ну и страна! Или там все вымерли от жары?! - с бе-шенством думал Диогу. - Я скоро дверь вы¬сажу, а им все нипочем! Вот нервы! Или здесь жи¬вут одни глухие?! Тоже неплохо!»
Наконец, кто-то повернул ключ в замке, дверь распахнулась, и Диогу увидел тех, кого меньше всего хотел увидеть. Вошел отец и сопровождаю¬щая его Иветти.
«Дрянь, шлюха! - гневно подумал Диогу. - Подзабор-ная бабенка! И что в ней нашел отец?! Ну, я ему глаза открою!»
- Что ты здесь делаешь? - в ярости набросился на Диогу отец. - Ты собирался ехать к другу Аугусто, а потом мы ждали вас в рестора¬не на обед! Но никто из вас не удосужился явиться! Ни ты, ни Лукас! Что за бестактное от¬ношение к Иветти?! Она его не заслужила! И что за неуважение ко мне?! Вы распустились! В об¬щем, я продолжу свое путешествие с ней вдво¬ем, а вы можете отправляться с Аугусто в Рио!
«Как бы не так! - подумал Диогу. - Я обяза¬тельно по-еду вместе с вами!»
И сказал, глядя прямо в глаза отцу:
- У меня к тебе серьезный разговор!
Диогу тотчас поймал на себе умоляющий взгляд Иветти. Она словно заклинала его ничего не говорить отцу, но он сделал вид, что никаких молящих глаз не заметил.
- А в чем дело? - спросил отец, слегка остывая.
- Львеночек, - моментально перебила его Ивет¬ти, - а мы поедем с тобой в Париж? Ты обещал...
- Ну, конечно, дорогая! - нежно отозвался Леонидас. - Куда захочешь...
Невеста ласково, но настойчиво повлекла его за собой из комнаты, и он охотно подчинился ее приятной власти. Диогу ошеломленно застыл, уловив уже откровенно насмешливый взор неве¬сты.
В коридоре Леонидас тотчас натолкнулся на другого сына, который тоже хотел ему что-то объяснить.
- Тебя я тоже не желаю слушать! - сердито бросил ему старший Феррас.
- Не обращайся со мной так же, как с ним! - вспылил Лукас. - Я - это я, а он - это он!
Перед глазами Лукаса словно застыла та кра¬сотка танцовщица, которую он недавно видел...
Отец, не желая его больше слушать, ушел под руку с Иветти, а Лукас, иронически глянув им вслед, вошел в комнату. Брат стоял у окна и тупо созерцал улицу.
- Ну, что, рассказал? - с порога спросил Лу¬кас.
- Не смог... - пробормотал Диогу.
- Извини, что я тебя запер, но ты был невме¬няем, - начал оправдываться Лукас. - А зачем нам здесь, в отеле, скандалы? Ты сам должен по¬нимать...
- Да ладно, перестань! - резко отозвался брат и вы-шел.
Диогу хотел поделиться с Албиери, рассказать обо всем ему, но тот, как назло, увлеченно бесе¬довал по те-лефону...

Аугусто говорил с Эдной, своей секретаршей. Она была явно взволнована разговором с Албие¬ри и старалась доказать ему, насколько она ква-лифицированна и как умеет работать. Доктор не разделял ее мнения, но, в конце концов, задав¬ленный ее эмоциями и напором, ученый сдался и неожиданно для себя признался ей, что не смог бы без нее обойтись.
Эдна положила трубку, сияя от счастья. Но Си¬мона, ассистентка генетика, мгновенно спустила на землю размечтавшуюся секретаршу.
- Даже и не мечтай о нем! - сказала она, про-ницательно глянув на Эдну. - У тебя нет ни ма¬лейшего шанса! Доктор - однолюб! И он любил и продолжает лю-бить свою невесту, погибшую не¬задолго до их свадьбы много лет назад. Кстати, ты можешь передать своей ма-никюрше Деузе, что она вовсе не бесплодна. Скорее всего, все дело в ее избраннике, в этом Эдвалду. Пусть он сдаст все анализы, и тогда я выясню все до конца.
Погрустневшая секретарша нашла в себе силы сразу сообщить Деузе радостную новость. Эдна была доброжелательным человеком. И маникюр¬ша, по совместительству еще и великолепная танцовщица, замерла в восторге от такой новости. Она давно мечтала о ребенке, но ничего не по¬лучалось. И вот теперь у нее появилась надежда...

Вечером Деуза и Эдвалду должны были высту¬пать в одном из танцевальных клубов.
- Вот там я ему все и скажу! - решила мани¬кюрша.
Во время танца, прямо на ходу, разгоряченная Деуза прижалась к Эдвалду.
- Послушай, сегодня стали известны результа¬ты моих анализов! - радостно сказала она. - Врачи объявили, что я могу иметь детей!
Эдвалду отпрянул от нее, но Деуза притянула его к себе крепкими руками. Она вдруг заметила внимательный взгляд какой-то девушки, кажется, ее звали Лауриндой, прямо на Эдвалду. Что еще за новости?! Только этого не хватало!
- Да, да, представь себе! И прошу тебя, ми¬лый, сходи в эту же клинику и тоже сдай анали¬зы. Врачи там тебя ждут.
Эдвалду скривился. Он панически боялся идти к медикам. И не собирался этого делать ни под каким видом.
- Зачем мне туда идти? - пробурчал он.
- Ну, я тебя прошу! - нежно проворковала Деуза. - Ра-ди меня!
- Но у меня ведь есть двое детей, которые жи¬вут в другом городе с моей матерью! И ты пре¬красно знаешь об этом! - зашипел Эдвалду. - Что мне еще проверять?
Тогда Деуза больно сжала его пальцы.
- Или ты туда пойдешь, или я тебя брошу! - отчеканила она. - Выбирай!
И продолжила кокетливо кружиться в танце.

А в Фесе Албиери, повесив трубку после раз¬говора со своей секретаршей, обратил внимание на странное выражение лица своего любимца. Оно ему не понравилось.
- Диогу, что случилось? - осторожно справил¬ся доктор. - И где ты был?
Диогу замялся. Еще минуту назад он собирал¬ся рас-сказать крестному абсолютно все, но сейчас у него язык прилип к гортани.
- Эта Иветти... - проворчал он. - Она же хищница! Ее интересуют лишь отцовские деньги! Разве вы не видите этого сами? У нее ведь все на¬писано на лице!
Албиери покачал головой.
- Видишь ли, мой мальчик... Быть одному, как я - это тяжко и грустно. И Леонидасу тоже ста¬ло невмоготу. Вы выросли, скоро покинете роди¬тельский дом... Ему нужна семья, женщина, лас¬ка, забота, уют...
- А что, Далва не создает ему уюта? – злобно спросил Диогу.
Аугусто пожал плечами.
- Далва - это не совсем то. Ты взрослый, должен по-нимать...
- Не понимаю и не хочу понимать! - крик¬нул Диогу и ушел.
Главное так и не было сказано...

0

6

5
Жади задумчиво смотрела в окно. Перед глаза¬ми на-вязчиво стоял тот незнакомец, открывший дверь в комнату, где она танцевала...
- А что это за парень приходил к нам? - спросила она сестру.
Латиффа пожала плечами.
- Не знаю... Его никто из женщин никогда не видел. Какой-то чужак, гость дяди. А почему он тебя так интересует?
Жади призадумалась.
- Мне даже сложно объяснить... Я почувство¬вала что-то странное, когда его увидела...
Латиффа взглянула на нее внимательно. Она была довольно проницательна от природы.
- Дядя никогда не допустит, чтобы кто-нибудь из нас связался с человеком чужой религии.
- При чем тут связь? - возмутилась Жади. - Ты дела-ешь слишком поспешные выводы.
Но Латиффа уже ее не слушала. Она в радост¬ном возбуждении ждала прихода жениха. Зорай-де научила ее, как себя вести при женихе и его родственниках, дала кучу наставлений, и теперь Латиффа про себя повторяла уроки опытной слу¬жанки, чтобы не опростоволоситься.
- Они пришли! - просунула голову в дверь Зорайде и придирчиво оглядела невесту. – Ты ничего не забыла из того, что я тебе расска¬зала?
- Ничего... - пробормотала Латиффа и в волнении встала, прижав руки к груди.

В дом Али явились сразу трое - Назира и ее два младших брата Мохаммед и Саид. Назира, узнав, что у Али только три жены, а не четыре, тут же решила, что место четвертой жены долж¬но достаться ей. Она начала вести себя несколь¬ко вызывающе, будто набивая себе цену, и расска¬зывала о своих достоинствах.
- Я с самого раннего детства очень заботилась о своих братьях! - ворковала Назира. - Я им по¬святила всю свою жизнь, забыв о себе! И только благодаря мне Мохаммед и Саид преуспели в жизни! Я помогала им всем, чем могла! А как я готовлю! От моих обедов все в восторге!
Али выслушал ее спокойно и предложил по-знакомиться с его женами. Назира тотчас отпра¬вилась к женщинам и принялась им тоже расхва¬ливать себя на все лады. Все в доме, в том числе Зорайде и Жади, легко разгадали тайное желание Назиры и стали втихомолку посмеиваться над ней. Но Назира не замечала, что выдает себя сама.
Тем временем Али, Саид и Мохаммед беседо¬вали о будущей свадьбе и обсуждали сумму выку¬па за невесту. Али назначил желаемую сумму, и тут оказалось, что у Саида нет подобных денег в наличии.
Али пристально осмотрел жениха. Юноша ему нра-вился. Кроме того, Латиффа, познакомившись с Саидом, была уже очарована им. Она вела себя безупречно, как советовала Зорайде, и все полу¬чилось отлично. Саид тоже остался доволен.
Латиффа уже рассказала всем женщинам в доме, как ей понравился жених. А Назира тотчас запела о том, что ее брат - чистое золото, попять же - это исключительно ее заслуга.
Назира не скупилась на комплименты самой себе. Казалось, она способна превозносить себя без перерыва.
- Я из тех женщин, которые приносят мужчи¬нам ра-дость, я ласковая и нежная, я всегда про¬сыпаюсь с улыбкой...
Жади, Зорайде и Латиффа отлично понимали, что все эти хвалебные речи в собственный адрес произносились с одной целью - чтобы их потом передали Али.

Он немного подумал и нашел компромиссное реше-ние.
- Я могу подождать и подписать документ, как только найдутся деньги. Я дам срок на некоторое время.
Саид и Мохаммед заулыбались и начали дого-вариваться о дне свадьбы.
Вездесущая Зорайде - глаза и уши дома Али - тотчас все донесла невесте. И та ликующе захло¬пала в ладоши. Да, ей очень понравился Саид. О лучшем муже она и не мечтала...
- Но поскорее роди ему сына, иначе, ты зна¬ешь, он имеет право взять себе вторую жену! - тотчас вмешалась Назира.
- Я этого никогда не допущу! - вырвалось у Латиффы.
Зорайде быстро одернула ее, но счастливая де-вушка внезапно вскочила на стол и начала танце¬вать. Назира скривилась: такое выражение радо¬сти была ей не по нраву. И вообще, это не укла¬дывается в каноны мусульманства. Но какого соблюдения правил можно требовать у счастливой невесты?!

- Я ни за что не отпущу отца путешествовать с этой продажной тварью! - злобно думал Диогу. - Я поеду с ни-ми, чего бы мне это ни стоило!
Именно в путешествии по Марокко все и про-изошло...
Неожиданно в номер робко вошла Иветти, ко¬торая, вероятно, собиралась с ним поговорить. Но Диогу не со-бирался с ней дискутировать.
- В чужую комнату надо стучать! - резко бросил он ей.
- Я стучала, но ты не слышал... - смущенно отозва-лась гостья. Диогу в гневе встал.
- Тебе лучше всего исчезнуть! - почти прика¬зал он Иветти. - Скрыться с наших глаз долой! В общем, убирайся подобру-поздорову! Потому что я хочу все рассказать отцу.
Иветти сникла и съежилась. Даже, кажется, на ее глазах заблестели слезы, но Диогу не обратил на это никакого внимания. Он держался жестко и сурово. Ему нужно было добиться главного - освободить отца от влияния и чар этой хитрой, пронырливой и лживой женщины.
- Я... - прошептала Иветти в полном отча¬янии, - я... послушай... Ты помнишь нашу ночь вдвоем? Ведь нам было так хорошо, прав¬да?.. Иди ко мне, отцовский бало-вень... Ну, иди... - она потянулась к нему всем своим кра-си¬вым гибким телом. - И нам снова будет пре¬красно...
Диогу покраснел от бешенства. Эта шлюха опять пы-тается его околдовать?! Ну и шельма! Нет, у нее теперь ничего не получится! Диогу не таков, кто покупается на ласки и продается за не¬жности.
- Убирайся, потаскуха! - выпалил он. - Вон отсюда! Иначе я прямо сейчас позову отца!
Отвергнутая, опозоренная Иветти, наклонив голову, быстро вышла из номера.
- Ну, подожди, мальчишка! - прошептала она в кори-доре. - Я тебя проучу! Ты еще посмот¬ришь, кто из нас двоих сильнее! И кого больше любит львеночек!

Иветти с трудом дождалась утра, зато продума¬ла свой план до мельчайших подробностей. И ут¬ром решительно отправилась к своему «львеночку». Ей нужно было во что бы то ни стало спас¬ти положение.
Словно борясь с самой собой, со слезами на гла¬зах, Иветти начала свой горький рассказ. Леонидас смотрел на нее с недоумением, боясь поверить.
- Диогу... - лепетала Иветти, - он... приста¬вал ко мне, а я... я лишь несчастная жертва... Он требовал любви... А теперь он может... оклеветать меня... сказать, что это я... сама... Ты понимаешь...
Леонидас вскочил в ярости.
- Что ты будешь делать, львеночек? Не гово¬ри ему, что я тебе все рассказала... скажи, что ты сам догадался... - прошептала Иветти дрожащим голосом.
- Мне все равно, что он будет думать! Сегод¬ня я потерял сына! Потерял сына! - в отчаянии закричал Леонидас.
Иветти элегантно прошмыгнула в ванну и там выпла-кала последние слезы. А затем вместе с Леонидасом отправилась в Фес, куда уже отбыл Ди¬огу, чтобы разобраться с этим молодчиком.

Внизу в холле гостиницы в Фесе отца и Ивет¬ти встретил Лукас. Он только что вернулся после второго визита в дом Али, куда ездил извиняться за свой проступок.
- Они вернулись, и отец кипит от ярости, - предупре-дил Лукас брата, быстро поднявшись в номер. - Он просто в бешенстве, а Иветти все время плачет, льет крокодильи слезы. Может, они поссорились?
- Сейчас расскажу ему все! - Диогу был по¬лон реши-тельности. - Пойдем со мной!
- Нет, иди один, - отказался Лукас.
- Да ты и вправду трус! - хмыкнул брат.
Лукас спустился вниз, не подозревая, что за ним по пятам шла его мечта - та самая танцов¬щица, которую он увидел в доме Али, друга Албиери. Она кралась по коридору, прячась за по¬вороты. В какой-то момент Лукас почувствовал на себе чей-то взгляд, но когда обернулся, девушка уже спряталась за углом.
А Диогу пробовал все рассказать отцу.
- Я уже все знаю! - холодно и резко бросил Леонидас.
Диогу понял, что ушлая Иветти его опередила. Он бросился в объяснения, если их можно было так назвать.
- Я не знал, что она твоя возлюбленная... И у меня не было времени думать, хочу я ее или не хочу… Она так смотрела на меня... Прижала меня к стене, задрала пла-тье, и понеслось... Она взяла ствол, папа...
Даже тупой бы понял о чем речь, но Леонидас остался в недоумении. Конечно, умом он понимал, что его Иветти повела себя, как шлюшка, но сердцу в это верить не хотелось.
- Что такое ствол? - заорал Леонидас с крас¬ными от гнева глазами.
- Это ложь! Ложь! - внезапно выбежала пла-кальщица Иветти. - Я этого не хотела! Я гово¬рила ему, что я невеста Леонидаса Ферраса!
Отец ударил Диогу по лицу.
- Так ты еще и лжешь?!
- А ты не веришь мне?! Ты веришь этой охот¬нице за деньгами?! - в ответ закричал Диогу, по¬вернулся и выскочил вон.
Он понял, что проиграл, и ему здесь больше нечего делать.

Кусая губы и еле сдерживаясь, Диогу бросился к Ал-биери, надумав немедленно лететь вместе с ним в Бра-зилию. Крестный выслушал его и, как всегда, попытался погасить новый разгоревший¬ся конфликт.
- Мальчик мой, не принимай решения на го¬рячую го-лову, - ласково сказал он.
- А я и не принимаю! - заявил Диогу. - Можно мне по-жить у тебя? Ну, пока, временно...
Аугусто кивнул. Он ни в чем не мог отказать своему любимцу и понимал, что ситуация сейчас сложилась не-простая.
- Ты ведь знаешь обо мне почти все... Я все¬гда гово-рил, что мне не нужны дети, потому что мой сын уже ро-дился - это ты, - объяснил он то, что и так уже давно всем было ясно. - Поеду-ка я к Леонидасу. По-моему, ему сейчас ни¬чуть не легче, чем тебе.
Доктор не ошибся - он нашел своего друга в полубе-зумном состоянии. Прогнав сына, Леонидас уже не хотел ни ласк игривой красавицы Иветти, ни ее льстивых речей. Он не верил ей так же, как и Диогу. И, пожалуй, она его потеряла, хотя все еще не сознавала этого и торжествовала, думая, что выиграла.
Албиери безуспешно попытался успокоить Ле-онидаса, но тот был в такой ярости, что даже не желал слушать ученого.
- Я не в силах больше видеть ни Иветти, ни Диогу! - заявил Леонидас. - Пожалуйста, отправь эту насквозь лживую даму куда-нибудь подальше от меня. Я боюсь ее оставлять рядом с Лукасом.
- Аугусто, он меня бросил? - дрожащим го¬лосом спросила Иветти, когда взбешенный «львеночек» вышел.
- Надо подождать, - мягко посоветовал ей Албиери. - Пройдет какое-то время, Леонидас остынет, вот тогда и можно будет попробовать на¬ладить ваши отношения. Но не сейчас... Придет¬ся набраться терпения... Это единственный выход.
Иветти уставилась в пол, глотая слезы. Только теперь до нее дошло, что она испортила все сама.

0

7

6
Поехать в дом Али вторично Лукаса заставил Албие-ри. Генетик считал, что необходимо попро¬сить прощения за проступок, иначе бедной, ни в чем не повинной девушке сильно достанется из-за Лукаса.
- Мой мальчик, пойми - здесь свои законы! - твердил ученый. - И не нам их изменять! Пока мы находимся в Марокко, нужно приноравливаться к здешним обычаям и с ними прими¬ряться. Иного выхода нет.
- Ладно, пошли! - пробурчал Лукас.
Он ни за что бы не согласился снова ехать в дом этого занудного мусульманского друга свое¬го крестного. Но Лукаса просто неудержимо тя¬нуло опять увидеть красотку танцовщицу, не вы¬ходившую у него из головы. И поводом стоило воспользоваться.
В это время Жади, Зорайде и Латиффа спеш¬но собирались идти на тренировку по женскому футболу. Жади впервые примеряла платок, в со¬ответствии с традициями мусульманок, стараясь покрыть им голову покрасивее, и поэтому немно¬го отстала от своих спутниц. Сестра и служанка уже ушли, когда Жади, наконец, спустилась с ле¬стницы и побежала к входной двери. Вошедший Лукас столкнулся с девушкой лицом к лицу... Он инстинктивно протянул руку и дотронулся талии незнакомки. Смело... Она от неожиданности вы-ронила платок, который держала в руках, так и не накрыв им волосы. Лукас торопливо попытался поднять его, девушка тоже, и Лукас ненароком коснулся ее руки. Словно ток пробежал по их пальцам, и незнакомка моментально отдернула руку. Они оба некоторое время стояли молча, как изваяния...
Лукас первым решился прервать молчание.
- Вы говорите по-португальски? - несмело спросил он.
И незнакомка на чистейшем португальском объяснила, что она идет на футбольное поле, и умчалась. Лукас попытался побежать за ней, но вскоре потерял ее из вида, плохо ориентируясь в незнакомом месте, и, расстроенный, вернулся в дом Али.
Там Албиери горячо обвинял своего старого друга в том, что тот стал варваром. Нельзя так слепо подчиняться законам ислама! - твердил он. Нельзя становиться ортодоксальным и фанатич¬ным. В ответ Али уверял, что Аугусто мнит себя Аллахом, думая, что может клонировать человека. Доктор пытался это отрицать - он всего лишь за¬нимается животными, но хитрый Али ему не ве¬рил. Разговор прервал Лукас, явившийся изви¬ниться за свой проступок.
Али благосклонно кивнул - он обожал вежли¬вых и по-корных ему молодых людей - и тотчас усадил гостя пить чай.
- А почему у вас на стенах совсем нет кар¬тин? - с лю-бопытством спросил Лукас, прихле¬бывая вкусный горячий напиток.
- Наша религия запрещает рисовать живых су¬ществ, потому что таким образом человек стре¬мится стать выше Аллаха, - важно объяснил Али.
Албиери снова возмутился.
- Да каким образом одно связано с другим? -
вспылил он.
И спор между давнишними друзьями разго¬релся с новой силой, поэтому никто из них не за¬метил, как Лукас, которому быстро надоело их слушать, опять от них сбежал.

Он отправился искать футбольное поле, о кото¬ром говорила девушка, и любовь привела его именно туда. Заметив свою прекрасную незнаком¬ку, Лукас радостно махнул ей рукой, приглашая пойти с ним. Сердце его тревожно вздрагивало: согласится она или нет? Согласится или нет?..
Танцовщица кивнула и ловко, с удовольствием удрала от немолодой женщины-мусульманки, ув-леченно наблюдающей за тренировкой. Лукас до-гадался, что эта женщина приставлена следить за его проворной красоткой.
А та стремительно бежала к старинным разва¬линам, которые ей недавно показала Зорайде. Лукас поспешил за ней. Среди этих руин двор¬ца какого-то шейха они наконец-то и познако¬мились...
Слегка запыхавшись, девушка остановилась и повернулась к Лукасу. Ее огромные выразитель¬ные глаза горели.
- Я все время думаю о тебе... – неуверенно признался Лукас. - Как тебя зовут? Кто ты?..
Незнакомка вновь блеснула большими глазами.
- Меня зовут Жади... Это в переводе значит камень Нефрит. Он когда-то спас от гибели мою мать. Я выросла в Бразилии, но мама умерла, и мне пришлось приехать сюда к дяде. Я здесь со¬всем недавно и чувствую себя в Марокко совсем чужой...
Она грустно замолчала и задумалась, и Лукас, почти машинально, желая немного утешить, кос¬нулся ее руки. Жади тотчас пугливо отстранилась.
- По нашим мусульманским обычаям мужчи¬на не должен прикасаться к женщине до свадьбы. Это «харам» - грех, - объяснила она и внезап¬но невпопад добавила: - Но я все равно выйду замуж только по большой любви.
Тут послышался женский голос, и девушка убе¬жала, чтобы не навлечь на себя еще больший гнев своей над-смотрщицы.
- Мне нужно идти! Меня уже ищут!
Она проскользнула мимо Лукаса, который едва успел крикнуть ей вслед свое полное имя и название гостиницы, где остановились Феррасы.
- А как я тебя еще смогу увидеть? - закри¬чал он, но Жади уже мчалась по направлению к застывшей неподалеку той самой женщине-му¬сульманке, которая за ней следила.
Зорайде встретила Жади сурово и сразу загово¬рила о том, что девушке нельзя одной ходить по улицам. Иначе ее может поймать бедуин и увез¬ти в свой гарем, и никто ее не спасет... Жади слу¬шала служанку вполуха и, загадочно улыбаясь, ду¬мала о своем, явно что-то замышляя...

Дома Жади умышленно покорно склонилась над Кораном, якобы изучая его и спрятав в книгу хит¬рые глаза. Она стояла на балконе, откуда ей было хорошо видно и слышно, как дядюшка раздает при¬казания на кожевенной фабрике. Но ее мысли ви¬тали очень далеко и от фабрики, и от дяди, и от Корана. Подошла Зорайде и сообщила, что вместе с Латиффой уходит на рынок, а дядя Али предупредил, что скоро будет спрашивать у племянницы задание.
- Ты помнишь, я надеюсь, что он приказал тебе вы-учить отрывок из Корана? - строго спро¬сила служанка.
- Конечно, конечно! - послушно закивала Жади и с го-товностью продемонстрировала кни¬гу. - Видишь, я как раз учу текст!
- Вот и умница! - похвалила ее служанка и удалилась, очень довольная смирением девушки.
Едва Зорайде скрылась из вида, Жади ухмыль-нулась и прошмыгнула в комнату. Она пару раз оглянулась, опасаясь слежки, но вокруг никого не было. Тогда Жади торопливо схватила толстую те¬лефонную книгу и быстро отыскала в ней теле¬фон гостиницы.
- Пожалуйста, попросите мистера Лукаса Феррас, - сказала она в трубку, когда ей ответили.
Жади очень волновалась, сердце билось, как безум-ное, щеки горели. Лишь бы ее никто не ус¬лышал...
- Алло! - наконец, отозвался Лукас. - Я слу¬шаю... Кто это?
- Это я, Жади... - прошептала девушка, снова встревоженно оглядываясь.
- Я все время думаю о тебе... - повторил Лу¬кас свои слова, произнесенные на развалинах.
Жади растрогалась, но, к сожалению, выслу¬шивать понравившиеся ей признания было не¬когда.
- У меня очень мало времени на разговор с тобой, - объяснила она. - Но ты не должен ис¬кать меня, и ты не можешь больше приходить к нам в дом, как раньше. - Жади постоянно нерв¬но озиралась, боясь, что кто-то может войти в комнату.
- Давай лучше поговорим об этом при встре¬че... Ска-жи, когда ты сможешь меня увидеть, - с надеждой ото-звался Лукас.
- А я буду встречаться с тобой одна?
- Ну да, конечно... А что тут такого? - уди¬вился Лукас.
- Ты с ума сошел! Это невозможно! - пробор¬мотала Жади.
- Дай мне свой номер телефона! - стал наста¬ивать Лукас. - Я позвоню тебе...
- Нет, это нельзя, я не хочу, чтобы ты звонил мне, - продолжала шептать в трубку Жади.
На самом деле ей хотелось этого больше всего на свете.
- Но я вечером улетаю, и, возможно, мы ни¬
когда больше не встретимся.
Жади больно прикусила губу. Никогда?! Это ужасно... Какое страшное, жестокое слово...
- Это к лучшему, - сказала она, взяв себя в руки.
Лукас продолжал требовать у Жади номер те-лефона, когда в гостиничный номер вошел Диогу и заявил с порога:
- Брат, ты не представляешь, что случилось там, в Эль-Жадиде!
Но Лукас не слушал его и не расставался с те-лефонной трубкой. Закончив на неопределенной ноте, не дав ни номера телефона, ни надежды на свидание, Жади сказала, что кто-то идет, и бро¬сила трубку.
Диогу устроился в кресле, рядом с братом, в ожидании интересной истории о «сверхважном» разговоре Лукаса, и начал доставать брата.
- Кто это был?
- Девушка, с которой я познакомился, - Лу¬кас попы-тался придать минимум значимости это¬му событию. - А почему ты приехал раньше отца?
- Подожди... Ты познакомился с девушкой? Без моей помощи?! - Диогу неприятно удивил¬ся. Он привык во всем опекать несамостоятель¬ного брата. - А кто она?
- Неважно, - буркнул Лукас.
И когда ты познакомишь меня со своей пташкой?
- Никогда! - взорвался брат. - И не смей на¬смехаться над ней и надо мной, у нас все очень серьезно! Это осо-бый случай! - Лукас и вправду стал сосредоточен, каким его раньше никто не видел.
- Что с тобой? Ты прежде таким не был! Мы все делили... В особенности, девушек, - в свою очередь, возмутился Диогу.
- Она другая, - холодно отозвался Лукас и подумал: «А я по-настоящему втюрился, влюбил¬ся, потерял голову...»
- Чем это она другая? - продолжал приста¬вать Диогу. - Все девушки одинаковы!
- Она никогда еше ни с кем не целовалась, понял? Никогда ни с кем не обнималась!
- И это тебе нравится? Ты взволнован из-за того, что она никогда ни с кем не целовалась? А что ты собира-ешься с ней делать? Тебе нужна такая неумеха? - ух-мыльнулся Диогу, хотя в душе позавидовал брату.

- Именно нужна.
- Ну, ты и глупый! - улыбнулся Диогу и тихо вздохнул.
Ему вдруг очень захотелось стать точно таким же дурачком... И найти себе именно такую, ни¬чего не умеющую девушку... Чтобы учить ее цело¬ваться... Да, это здорово, - подумал Диогу, - братец прав...

Положив трубку, Жади опять уткнулась в Ко¬ран. Во-шла вездесущая Зорайде - как только она умудрялась все видеть, слышать и знать?! - и спросила, кому Жади звонила.
- Никому... - пробурчала Жади, не отрываясь от тек-ста.
- А что здесь делает эта телефонная книга? - спросила служанка, сверля девушку острым взгля¬дом.
- Не знаю, - ответила она.
- Ну и врешь же ты! - воскликнула Зорай¬де. - Тебя зо-вет Али, чтобы проверить, как ты выучила Коран. Иди и смотри, не опозорься! Иначе тебя ждет суровое наказа-ние!
Жади встала и поплелась к дяде. Коран она действи-тельно читала, но вот насчет выучить... Однако память у нее была хорошая, и Жади сей¬час очень рассчитывала на нее. И действительно, все обошлось. Жади начала говорить об Аллахе, а Али поддерживал племянницу, цитируя священ¬ную книгу мусульман: «Он повелевает жизнью и повелевает смертью...»
Жади закончила повторять слова Корана и взглянула в беспросветную даль. В ее голове вновь зазвучали слова Лукаса: «Возможно, мы никогда больше не встретимся». Она была взвол¬нована и уже продумывала новый план. Жади оказалась не в силах просто так потерять свою первую любовь...
- Завтра ты выучишь тот отрывок, который я отметил, - сказал дядя.
Но Жади слишком глубоко ушла в себя, что¬бы понять, что он ей сказал. Настоящий тиран, подумала Жади, и в ее огромных очах засверкали хитрые искры.
- Дядя Али, я хочу ходить в платке, - сказа¬ла она и улыбнулась. - Как твои жены. Мне это нравится - видны только одни глаза.
- Если ты так хочешь, пожалуйста! - явно обрадовал-ся дядя спонтанному решению племян¬ницы.
Похоже, она берется за ум. Все-таки Али - от¬личный воспитатель. Он гордо похвалил сам себя в уме.
Жади нежно поцеловала ему руку и помчалась на кухню к Зорайде. Там она торопливо что-то съела - даже не поняла, что именно - и объя¬вила служанке о своем решении теперь всегда хо¬дить в платке.
- В платке? Почему? - куда более недоверчи¬вая, чем Али, Зорайде в очередной раз нацелила на девушку сверлящий взгляд.
- Так я быстрее привыкну! Я ведь не хочу за¬муж, а раз никто меня не видит, то никто и не выберет меня в жены, - юлила плутовка Жади. - Пойдем со мной на базар!
Но Зорайде отказалась, и тогда Жади решила взять с собой другую служанку, огромную негри¬тянку.
Тут в кухню ворвалась Латиффа и закружилась от радости.
- Звонила Назира! К нам едет мой жених!
- Зачем? - проскрипела Зорайде.
- Наверное, чтобы ускорить свадьбу, - Латиффа про-сто излучала счастье. - Мне так хочется одеться пособ-лазнительней!
- Я ухожу! - сказала Жади. - Вместе со служанкой.
- Постой!.. Здесь что-то не так... - продолжала скри-петь Зорайде.
Она была, в сущности, доброй и отзывчивой, но рев-ностно исполняла роль надзирательницы, порученную ей Али. И сейчас она что-то подо¬зревала, но обосновать свои подозрения пока не могла.

Жади, накинув на себя черную паранджу, та¬щила за собой по базару огромную негритянку в сторону гостиницы, где остановился Лукас.
- Нам не туда, - заговорила служанка сиплым
мужиковатым голосом.
- Нет, туда, - возразила Жади. - Мне при¬шла посылка из Бразилии, Рио, Бразилия, Бразилл, понимаешь? Ее надо получить. Пойдем!
В результате нечеловеческих усилий Жади уда¬лось потащить негритянку в свою сторону за ми¬фической «посылкой», которой в природе не су¬ществовало. Хотя существовал Лукас Феррас - посылка внушительных размеров...
Жади не подозревала, что ее судьбу и судьбу Латиффы в это время вершили в доме Али он сам, Назира, Саид и Мохаммед. Латиффа и Зо¬райде пытались подслушивать, но у них ничего не выходило.
Назира сидела с вымученной улыбкой. Она очень не хотела, чтобы Саид женился на Латиф-фе. Назире не нравилась эта вечно танцующая, явно легкомысленная девушка. И ей пришло в го¬лову спросить у Али, не было ли случайно у Ла¬тиффы кормилицы-ливанки Тамары.
Али удивился и кивнул. Да, именно ливанка Та¬мара выкормила Латиффу. Настроение старой девы тотчас улучшилось. Ведь теперь брак Саида и Ла¬тиффы невоз-можен - у них была одна кормилица, а значит, они родственники по законам ислама.
Не успел Али огорчиться - он уже настроил¬ся на то, что их семьи породнятся - как у Мохаммеда возникло свое предложение.
- Я тоже ищу себе жену, и меня не кормила молоком ливанка Тамара. Поэтому я могу женить¬ся на Латиффе. Если вы согласитесь...
Назира была довольна. Саид понравился Ла¬тиффе, и, следовательно, Назира теперь уж точ¬но сильно испортит этой счастливице настроение. Пусть не радуется! Али сразу согласился с пред¬ложением Мохаммеда. А тот, воодушевившись, продолжал:
- Но чтобы брат не остался без жены, можно сосва-тать ему сестру Латиффы - Жади, которая очень красива, по словам Назиры.
Как раз в эти минуты ни о чем не подозреваю¬щая Жади и огромная негритянка подходили к го¬стинице, где жил Лукас. Девушка оставила негри¬тянку в холле, а сама направилась «за посылкой». И тотчас увидела внизу Лукаса. Отправив брата вы¬яснять отношения с отцом и Иветти, он торопился куда-нибудь исчезнуть на время, чтобы тоже не попасть под горячую руку старшего Ферраса.
Сначала Жади кралась за ним по коридору, а потом смело вышла навстречу... Их взгляды пере¬секлись, и они вновь не могли оторваться друг от друга.
- Жади... - ласково пробормотал изумленный Лукас. - Ты здесь... Вот неожиданный подарок...
- Если меня кто-нибудь увидит в отеле – я пропала! - прошептала Жади.
- Тогда пойдем отсюда!
- Но ты иди впереди, а я пойду следом, - она огляну-лась по сторонам.
- Зачем? - не понял Лукас.
- Женщина в чадре рядом с иностранцем?! Если ре-шат, что я совершаю грех, меня арестуют.
- Только потому, что ты идешь рядом со мной?! Тогда сними эту чадру! Что за дурацкие законы!
- А вдруг меня кто-нибудь узнает? – сказала Жади с неподдельным беспокойством. - Это ко¬нец! Нет, ты иди вперед, а я пойду за тобой, ина¬че я уйду домой!
Лукасу оставалось только подчиниться.

Они уединились на балконе гостиницы.
- Я хочу заниматься музыкой, а отец застав¬ляет меня изучать право, - рассказывал Лукас. - И я постоянно думаю о тебе. Это правда... Я сам себе удивляюсь.
- Я тоже все время вспоминаю о тебе. Навер¬ное потому, что ты бразилец, и ближе мне, чем мои родные, - задумчиво ответила Жади. - Ря¬дом с тобой я чувствую себя, как дома.
- Только поэтому? - Лукас был разочарован, он ожидал большего.
- И потому, что познакомилась с тобой дав¬но... еще в другой жизни.
- Ты веришь, что человек живет несколько жизней?
- Я уверена в этом, а ты? - Жади не отрыва¬ла взгляда от Лукаса.
- Никогда не размышлял над этим. Но теперь,
познакомившись с тобой, думаю, что это верно.
Знаешь, что происходит со мной? Я помню тебя, помню не разумом, конечно... Мое сердце помнит тебя...
- Мое тоже...
Их губы сблизились, но в самый последний мо¬мент Жади отклонила голову и сказала, что ей пора.
- Подожди... Ты забавная, говоришь, что от-личаешься от своей семьи, но это не так! - вспы¬лил Лукас, но его возмущение быстро исчезло.
- Все так, но меня ждет служанка... Я позво¬ню тебе... - и Жади убежала.
Дома ее поджидала Зорайде. Ей доложила не-гритянка, что Жади уходила за таинственной «по-сылкой», но вернулась с пустыми руками. И Зо¬райде пообещала резвой девушке, что если такое повторится, она все расскажет Али. Жади не слу¬шала ее, радостно танцевала и плела всякую око¬лесицу про соседку из Бразилии.
Она не догадывалась, как в это время ее дядя Али умолял Аллаха дать ему знания и достаточно терпения, чтобы сделать свою племянницу счаст¬ливой.

0

8

7
Иветти уезжала из гостиницы в Фесе. Она ис¬кренне плакала, понимая, что теряет. И горестно в который раз повторяла себе, что во всем вино¬вата сама. Но теперь ничего не исправить... «Львеночек» сурово выгнал ее прочь.
Старший Феррас тоже переживал их разрыв, но больше всего он страдал оттого, что так жестоко ошибся в своей избраннице. Леонидас сказал Лу¬касу, что они поедут в Париж вдвоем, но сын вне¬запно объявил, что он еще не все посмотрел в Марокко.
- Да что же это такое?! - взвился Леонидас. -У меня остался один лишь ты, и ты капризнича¬ешь! Что тебе еще смотреть в этом Марокко?! Бо¬юсь, что ты мне тоже врешь!
Лукас немного помялся и раскололся.
- Да, папа, понимаешь, я встретил тут не¬
обыкновенную девушку, с которой хотел бы быть....
Леонидас фыркнул.
- Я так и знал! Но мне твоя новая фея безраз¬
лична! Так что собирайся!
Жади бродила по рынку вместе с Латиффой и Зорайде. Сестра мечтала о предстоящей свадьбе и выбирала ткани поэротичнее. Но ее надежды, рух¬нули в тот же день. За ужином открылась страш¬ная правда. Дядя сначала заявил племянницам о том, что им неплохо бы отъесться, чтобы стать женщинами величиной во всю кровать, а затем сообщил, что они здорово поменялись женихами, и Жади тоже выходит замуж.
Латиффа ужаснулась и крикнула:
- Я не выйду за Мохаммеда, за этого урода!
И закатила истерику у ног Зорайде. Латиффа
плакала и кричала, что ею хотят пожертвовать, как бараном, а Жади сидела тихо и вспоминала о том, как она хотела учиться. А потом закричала, что напугает этих женихов.
- Да так, что они сами не захотят на нас же¬
ниться! - в отчаянии пообещала Жади.
[_ тоже кинулась к Зорайде и выпалила, что влюблена, и не может выйти замуж за другого... Зорайде молча слушала девушек. Не в ее воле было что-нибудь изменить, хотя она сочувствова¬ла обеим невестам и понимала их.
- Что же ты молчишь?! - в исступлении за¬кричала Жади и зарыдала, присоединившись к горькому плачу сестры...

Диогу решил вернуться домой, в Рио. Что ему делать теперь в Марокко? Все произошло так, как он хотел - отец расстался с Иветти, но какой ие¬ной... Диогу потерял отца.
Грустный, он приехал из аэропорта домой. Дал-ва обрадовалась ему, но быстро догадалась: случи¬лось что-то нехорошее.
На ее расспросы Диогу реагировал вяло, тем¬нил, ук-лонялся от ответов... Наконец, Далва по¬няла, что якобы во всем виновата Иветти.
- Да чем же она тебе так насолила? - приста¬
вала экономка к юноше.
Тот отмахнулся.
- Я поеду к Албиери. Знаешь, Далва, я буду
жить теперь у него...
И пока ошеломленная служанка собиралась с мыслями, Диога позвонил Эдне и попросил клю¬чи от дома доктора.
- Я тоже буду там жить, - внезапно заявила
Эдна, - и сама присмотрю за тобой.
Диогу скривился. Но выбирать ему не прихо¬дилось. Лучше уж жить в одном доме с Эдной, чем с отцом, который его прогнал. Ладно, все об-i разуется... И, видимо, доктор тоже не прочь на¬чать новую жизнь, раз его секретарша уже намы¬ливается в его дом. И это хорошо. Пора заканчи-j вать его одинокую жизнь!..
- А пока Аугусто отсутствовал, - продолжала]
Эдна, - мы устроили экскурсию для детей в ко-j ровник, где у нас живут клонированные коровы. Там я и другие сотрудники клиники доктора рас¬сказывали, как мы делим эмбрионы, показывали самих коров. Они совершенно одинаковые! Дети были в восторге, - воодушевленно рассказывала Эдна, и в ее голосе Диогу уловил интонации ге¬нетика.
Далва была недовольна тем, что Диогу уедет. Да тот еще сообщил ей, что собирается летать на вертолете!
Зачем? - испугалась верная служанка. -Это ведь очень опасно! И потом есть пилот! Раз¬ве можно так рисковать?
Но Диогу вновь махнул рукой и отправился в дом ученого, где уже расположилась Эдна. Она даже поселилась в комнате владельца.
Вероятно, я прав, - подумал Диогу. - Между ними все оговорено и решено. А я буду здесь тре¬тьим лишним. Как все неудачно получилось... Вспоминает ли обо мне отец?..

Вернувшийся домой Леонидас сразу начал рас-спрашивал Далву о Диогу, но не хотел показать, > уже начинает скучать по сыну. Старший Фер-понимал, что погорячился, поспешил со сво-л решением, но пока менять ничего не торопил-Он думал и о сыне, и о Иветти. Она тоже нь расстроена и подавлена. И ей, конечно, не ся снова устраиваться на работу, хотя что лаешь?.. И все же Иветти надеялась, что еще - потеряно, и ее «львеночек» может к ней вернуться. И ждала этого момента.
Преданная нянюшка тотчас позвонила Диогу.
Ты должен возвратиться домой! - убеждала она. - Отец расстался с этой Иветти, а потому вам нужно не-медленно помириться. Ты меня слу¬шаешь?
Угу, - пробормотал Диогу, рассматривая фо¬
тографию одной из своих знакомых девушек, Ма-
изы.
Отец получил фотографии клонированных
телят и обрадовался, - продолжала Далва. - А я
считаю, что твой Албиери виновен во всех смер¬
тных грехах, хотя была бы рада, если бы мне так
же легко доставались деньги, как профессору!
Экономка умолчала лишь о том, что ее инте¬ресный спор с хозяином по поводу клонирования прервал оче-редной звонок Иветти. Но Леонидас показал знаком, что не хочет с ней говорить. И это порадовало служанку.

Пока Диогу обживался в доме Аугусто, к Эдне явилась Деуза. Секретарша собиралась привести свои ногти в порядок к приезду профессора. Под¬руги начали болтать. Деуза твердила только о ребен¬ке, без которого не представляла себе своей жизни. Эдна же говорила лишь о любви к Албиери.
А он тоже тебя любит? - с интересом спро¬
сила маникюрша.
Да профессор влюблен в меня вот уже де¬
сять лет! - воскликнула Эдна и сама поверила в
свои слова. - Он просто не хочет этого признать,
потому что очень робок, как большинство ученых.
Вот я и надумала ускорить события и переехать
сюда! Думаю, он обрадуется, когда приедет и уви¬
дит меня здесь.
Деуза посмотрела на подругу с сомнением, а Диогу, хорошо слышавший этот разговор, тоже недоверчиво хмыкнул и отправился к своему ин¬структору по вождению вертолетов.
Диогу давно мечтал летать. Подняться в небо и чувствовать себя там уверенно и спокойно - вот о чем он часто грезил вечерами. И вот теперь, наконец, его мечта сбудется!
Пилот открыл дверцу вертолета. Диогу уселся на ме-сто второго пилота, закрутился пропеллер. Машина легко оторвалась от земли. Инструктор давал Диогу указания, но тот слушал его вполуха, повторяя, что летать «классно». Ему не терпелось самому повести вертолет, но инструктор говорил, что еще нужно учиться... Какими нудными быва¬ют эти старшие!..
Рио сверху смотрелся великолепно. Диогу лю-бовался видами города, видел себя у штурвала и заявил инструктору, что ничего не боится в отли¬чие от брата, который родился рохлей и страшит¬ся высоты.
- Это несмотря на то,.что мы близнецы, - до¬
бавил Диогу. - Мы с братом очень разные. Хотя
внешне нас не отличишь.
Инструктор усмехнулся.
- Ты слушай внимательнее, по сторонам не гла-
- сказал он. - Иначе будешь учиться долго.

После занятий счастливый Диогу отправился к ому Феррасов. И был возмущен, увидев, что од-ювременно с ним туда пришла и Иветти.
I тотчас уеду, если она не уйдет! - поста¬вил отцу условие Диогу.
- Уезжай! - заявил Леонидас.
И взбешенный Диогу уехал.
- Львеночек, - нежно протянула Иветти, -
надеюсь, мы помирились?
«Львеночек» молча усадил свою «львицу» в машину и лишь тогда объявил ей, что между ними все кончено. Но Иветти не собиралась сда¬ваться просто так, без боя. Она явилась сюда не для этого.
- Давай поговорим еще раз! - начала она лас¬
ково уговаривать. - Поедем ко мне домой! В ма¬
шине неудобно... Я тебя очень прошу!.. Ну, что
тебе стоит?..
Леонидас заглянул в ее лживые и такие пре¬красные глаза и все-таки капитулировал - согла¬сился поехать. Торжествующая Иветти откинулась на спинку сиденья.
Хоть бы она поскорее наставила ему рога! -возмущался Диогу по дороге к Албиери. Там он выложил все изумленной Эдне, выслушавшей его с огромным интересом. Какая женщина не любит чужие подробности!..
А у Леонидаса с Иветти страсти только разго¬рались. У себя дома она стала вновь умолять его выслушать ее. Но «львеночек» большого желания слушать не выражал и торопился уйти. Тогда Иветти опять решилась на старый трюк и снова начала обвинять во всем Диогу. И вновь ошиб¬лась. Леонидас решительно встал, собираясь ухо¬дить. И тут Иветти отчаялась и просто-напросто загородила ему проход к двери.
У меня никогда не было столько денег, сколько у тебя, но я порядочная женщина, а твой сын - безнравственный! - закричала сорвавша яся Иветти. - Я не скрываю, что у меня были мужчины, но я всех их любила!
Это был еще один ошибочный шаг. Какому мужчине понравится упоминание о его предше¬ственниках?! Да плюс к этому, если их насчиты¬вается много...
Леонидас не желал никому звонить, смотрел мрачно и ждал, когда ему дадут возможность уйти. Не драться ведь ему с женщиной! Прикусив губу, поникшся Иветти отошла от двери, поняв, что снова проиграла. Какая я глупая... - печаль¬но и справедливо подумала она.
Ты можешь уходить! - бросила она Леони-дасу. - Я не хочу больше унижаться перед тобой и немедленно стану шлюхой!
Он никак не прореагировал на ее вызывающее заяв-ление, бросил на нее горький и презритель¬ный взгляд и стремительно вышел.
Оставшись одна, брошенная невеста вытерла непрошеные слезы, оделась посексуальней и дей-ствительно отправилась на улицу. Иветти не шу¬тила и принялась на самом деле цеплять клиен¬тов. Делала она это умышленно, напоказ, на гла¬зах своего «львеночка», который оказался не в силах никуда уехать, и в ярости наблюдал за про¬исходящим из машины.
Иветти легко нашла себе клиента, но тут уж :онидас не выдержал, выскочил из авто и поце¬ловал свою несостоявшуюся шлюху...
Разгневанный неудачник-клиент, оставшийся неудовлетворенным, удалился с разобиженным видом. Но «львица» и «львеночек» не обратили на его уход никакого внимания.

0

9

выложите пожалуйста книгу клон.запоздавшее счастье! очень вас прошу! умоляю! нигде не могу ее купить! :'(

0

10

lds
Вот здесь есть ссылка на скачивание - http://www.vsebooks.ru/main/xudbooks/25 … haste.html
Там же ниже даны ссылки на остальные 3 книги по этому сериалу.

0

11

Fiella
А продолжение будет???

0

12

Aydan написал(а):

А продолжение будет???

Выложу чуть попозже

0

13

Fiella написал(а):

Выложу чуть попозже

А где можно скачать все книги сериала??

0

14

Aydan написал(а):

А где можно скачать все книги сериала??

Я не знаю, у меня первые две книги существуют в отсканированном варианте

0

15

Fiella, если ты не против, я выложу продолжение

0

16

Глава 8
     На следующий день Жади пересказала дяде новый отрывок из Корана. Али остался доволен. Он осторожно пытался привить племяннице желание замужества, но она вовсе не хотела стать женой совершенно незнакомого человека и твердила, что признает брак только по любви. Чтобы хоть немного смягчить сердце глупой, на его взгляд, племянницы, Али отпустил ее с сестрой на рынок.
     Латиффе не терпелось выведать, в кого влюблена Жади, но та смутилась и убежала, воспользовавшись случаем. Она отправилась снова звонить Лукасу... Разве можно было упустить такой замечательный шанс? Его Жади сами подарили неосмотрительные дядя и сестра, еще плохо знакомые с ее хитростью и изворотливостью. А впрочем, какая женщина не становится ловкой и лукавой, когда ей нужно добиться своего в любви?..
     Жади с Лукасом договорились встретиться на развалинах. И Жади снова убежала от служанки на рынке, заставив Зорайде и Латиффу опять волноваться, куда подевалась эта «сумасшедшая». Похоже, такие побеги становились ее привычной практикой. И Жади это нравилось.
     Встретившись, юноша и девушка долго стояли молча, любуясь друг другом.
     — Поцелуй меня! — вдруг прошептала Жади. — Я хочу узнать вкус настоящего любовного поцелуя перед вечным заточением или смертью...
     Прозвучало несколько высокопарно, но Лукас не услышал никакой патетики. Он просто-напросто тонул в огромных карих глазах девушки, с великим удовольствием и готовностью выполнил ее просьбу и с трудом пришел в себя.
     — А почему ты сказала о смерти? И еще о заточении... Я не понял...
     — Меня собираются насильно выдать замуж... — пробормотала Жади. — А если я не соглашусь... А я ни за что не соглашусь! И тогда
меня запрут в темнице... Или... — она замолчала, уставившись в землю.
     — Что за чушь! — закричал Лукас. — Это чтобы сейчас, в двадцать первом веке, выдавали насильно замуж?! Это немыслимо! Да еще и запирать, убивать! Просто какой-то бред! Или ты так странно шутишь?
     — Какие шутки? Таковы мусульманские законы, — серьезно объяснила Жади.
     — Это не законы, это нарушение всяких законов! — снова закричал Лукас. — В общем, так... Ты сейчас идешь со мной! Это самое правильное решение!
     Но Жади отрицательно покачала головой.
     — Нет, я пойду домой. На самом деле ты еще ничего не решил, просто предложил выход под влиянием обстоятельств и эмоций. А им поддаваться нельзя. Прощай!
     И Жади легко выскользнула из развалин. Лукас молча и растерянно смотрел ей вслед. В общем, девушка была достаточно разумна, но... Что же ему делать дальше?..
     Дядюшка притворился, будто поверил тому, что недавно приехавшая в Фес племянница заблудилась, но на сей раз его не обманули ее мнимая покорность и хитрая улыбочка. Они не предвещали ничего хорошего. И Али следовало бы поторопиться с устройством судьбы этой плутовки...
     С этой минуты Жали уже не могла никуда убежать от дома дяди незамеченной. Незримо для нее самой за ней теперь следовал араб — слуга дядюшки Али, нанятый им для слежки за строптивой племянницей. Зорайде здесь было недостаточно.
     Вернувшись в гостиницу, Лукас надумал посоветоваться с Албиери и сел возле него в кресло на веранде. Профессор обрадовался разговору крестника о его загадочной девушке, ради которой он остался здесь.
     — Я уже предупреждал тебя, чтобы ты не связывался с марокканскими девушками, — наставительно сказал Аугусто, выслушав его сбивчивый рассказ. — Здесь не влюбляются, Лукас, здесь женятся.
     Крестник легкомысленно махнул рукой.
     — Она не марокканка. Она приехала сюда из Рио после смерти матери.
     — Смотри, чтобы тебя не занесло слишком далеко, — покачал головой профессор.
     — Да меня уже унесло в такую даль, что-дальше некуда, — усмехнулся Лукас. — Скажи, разве тебе нравится жить одному?
     — Мне иногда не хватало женщины в доме, но сейчас я не могу представить, чтобы со мной жил кто-то еще, — Албиери усмехнулся. — Я привык жить в одиночестве, у меня свои привычки и ритуалы. Любой человек в доме покажется мне теперь чужим и лишним.
     — А если бы твоя невеста вернулась? — спросил Лукас.
     — Мертвого человека нельзя клонировать. Для этого нужна живая клетка, — сказал генетик, думающий лишь об одном.
     — Да при чем тут твое вечное клонирование и клетка? Я говорю совсем не об этом. Если бы она словно по волшебству вернулась к тебе! — юношу действительно занесло.
     — Я не умею сочинять сказки, — вздохнул доктор. — Существует либо научный путь, либо никакой.
     Крестник задумчиво смотрел на него и думал о завтрашнем свидании... Убегая, Жади все-таки успела шепнуть, когда и где...

     Жади бежала по узкому темному проходу, не подозревая, что за ней незаметно крался приставленный Али охранник. Она пробиралась все к тем же развалинам. Там ее уже нетерпеливо ждал Лукас. Они крепко обнялись и нежно поцеловались.
     — Это тебе, — Лукас протянул своей прекрасной леди какой-то полевой цветок.
     — Спасибо, — радостно кивнула Жади. — А мой дядя уезжает! Он уже покупает билеты, но до его отъезда я выйду замуж.
     — Только за меня, — быстро добавил Лукас.
     Жади широко улыбнулась.
     — Мы будем счастливы, да? А сколько детей ты хочешь?
     — Много! И обязательно похожих на тебя.
     — Я не хочу терять тебя. И ни за что не потеряю! Я брошу все, я уйду из семьи! Я всегда буду рядом с тобой! Я не потеряю тебя! — повторяла, как заклинание, Жади.
     Ее глаза светились.
     — Ты никогда меня не потеряешь, никогда! — с искренней любовью отозвался Лукас и опять поцеловал ее.
     Они не могли оторваться друг От друга, а за ними пристально наблюдал охранник дяди Али. Влюбленные договорились, что Жади выкрадет у дяди свой паспорт, а Лукас купит ей билет до Рио.
     — Завтра, в это же время, — прошептала Жади на прощанье.
     Она выбежала из развалин, и ее сразу настиг и резко, больно схватил за локоть шпион.
     — Беги, Лукас, беги! — закричала Жади, безуспешно вырываясь.
     Судьба оказалась к ней неблагосклонной.

     Домой Жади тащили силой. Она пыталась отбиваться от здорового охранника, но это было абсолютно бесполезно. В комнату разбушевавшуюся девушку помогала втащить Зорайде.
     — Ты правда его целовала Жади? — Латиффу безумно интересовали подробности. — Прямо в губы?!
     — Да, целовала! Целовала! Я не хочу провести жизнь так же, как мои сестры, которые ничего не чувствуют к мужьям, имеют по десять детей и стареют, так и не узнав, что такое настоящая любовь! — закричала обезумевшая Жади. — Я люблю его!
     — Если мой жених узнает о твоем поступке, я не выйду замуж! — испугалась вдруг Латиффа.
     — На этой девушке порча, — подытожила Зорайде.
     — Я нашла человека, которого полюбила по-настоящему! — продолжала уже радостно Жади. — И я не отступлюсь от него! Никакая сила в этом мире не заставит меня выйти за какого-то Сайда!
     Когда Зорайде ушла, Латиффа вновь прилипла к сестре.
     — А как это целовать в губы? Расскажи... Это очень приятно?
     Девушки обнялись и сели.
     — Словами не описать... Сердце падает, все вокруг расцветает... Словно слушаешь музыку, которая уносит твою душу во Вселенную, — мечтательно объяснила Жади.
     Латиффа слушала с огромным интересом, хотя понимала мало.
     — Подожди, я привезла из Рио один бразильский фильм, где есть сцена поцелуя...
     Жади порылась в своих вещах, нашла кассету, вставила в видеомагнитофон и показала эту сцену Латиффе. Та сидела потрясенная. Довольно невинный эпизод произвел на нее впечатление намного сильнее любого откровенного порно, так как в Марокко поцелуи из фильмов вырезают.
     А Жади терзалась перед разговором с дядей. И не напрасно. Али наградил ее кучей звонких пощечин и оскорблений, а потом еще больно оттаскал за волосы. После чего она не выдержала и назвала имя своего возлюбленного. Только она и здесь все равно обманула дядю, сказав, что ее любимого зовут Пол.
     — Шлюха! Грязная потаскуха! Я устрою твою судьбу! — отчеканил дядя, запирая племянницу в комнате.
     Жади молчала и думала о том, как же ей теперь быть и как увидеть Лукаса. Эти мысли вытеснили в ее голове все остальные.
     Перед отъездом в Бразилию Албиери решил еще раз поговорить с Лукасом, но толку не добился. Крестник его почти не слушал, думал о своем, зато выпросил номер телефона Али, чтобы в случае чего обратиться к нему за помощью.
     На самом деле ему нужно было связаться с Жади. После того, как ее схватили, Лукас потерял покой. Он поспешил явиться к Али через несколько часов, и тот принял его с распростертыми объятиями. Ведь он не подозревал, что Пол и Лукас — это один и тот же человек.
     — У тебя теперь есть семья в Марокко — это моя семья. И я всегда буду рад тебя видеть в своем доме, — сказал Али и стал учить гостя есть руками. — Ты не хочешь задержаться в Фесе?
     — Да, я, пожалуй, останусь здесь на какое-то время, — отозвался Лукас, думая о Жади.
     А к ней пришла Зорайде с едой. Едва служанка обмолвилась, что в их дом пожаловал крестник Албиери, пленница сразу выдала себя.
     — Лукас? — выпалила она и залилась краской.
     Зорайде пристально взглянула на девушку.
     — Ты знаешь его имя? Это он, да?
     — Помоги мне Зорайде! Помоги! — взмолилась Жади. — Кроме тебя, некому! А я жить не могу без него!
     Зорайде секунду поколебалась и кивнула. Ей было жаль девушку, хотя она сама старалась подчиняться законам Ислама. Служанка осторожно вошла в гостиную, где сидел в одиночестве гость, и прошептала ему, чтобы он ждал Жади в то же время, на том же месте, завтра...
     — В пять часов вечера... Если не придешь, никогда ее больше не увидишь, — прошептала Зорайде заговорщически и кивнула. — Помни — это все очень серьезно...
     Юноша посмотрел на женщину с большой надеждой. Зорайде нравилось быть хранительницей тайн всего дома. Она чувствовала себя здесь главной, незаменимой, необходимой всем, начиная от хозяина и заканчивая его детьми. А сколько чужих секретов берегла верная Зорайде!..
     Совсем недавно Латиффа призналась служанке, что ей уже начинает нравиться Мохаммед. Девушка разглядывала свои золотые украшения и улыбалась, глядя на себя в зеркало. И Зорайде порадовалась за нее. Если бы такой же счастливой оказалась и Жади...

0

17

так ссылки же есть на все книги клона в первой теме)))))

Лаурита а какие у тебя еще книги есть??? которые ты можешь выложить?

0

18

Глава 9
     Бедная Деуза никак не могла заставить Эдвалду сдать анализы.
     — Ну, зачем тебе ребенок? — тщетно пытался он убедить Деузу в неразумности ее навязчивого желания родить. — Мы с тобой ведь ругаемся исключительно из-за этого!
     У Эдвалду рыльце было в пушку. Он часто обманывал свою любимую, а потому особенно старался отвлечь ее сладкими речами.
     — Ты ведь у меня просто богиня, настоящая красавица! — он восхищенно оглядел действительно прекрасную негритянку. — А представь, как может испортиться твоя несравненная фигура после родов! Подумай, как ты можешь растолстеть, подурнеть! А заботы о ребенке?! Он будет не спать, непрерывно будить тебя по ночам! Ты этого хочешь?
     — Да, хочу! — заявила Деуза. — Чтобы завтра же ты отправился в клинику, ясно?!
     Эдвадду грустно кивнул и насупился. Он никак не мог понять свою любимую женщину. Для чего ей так понадобился ребенок?! Без него куда спокойнее...
     Вечером они снова танцевали, стараясь забыть обо всем плохом. Но плохие новости подстерегали их и находили сами. Кто-то донес Деузе, что ее жених не может иметь детей. Как люди обожают трепаться! И сколько порой таят в себе зла! Кому понадобилось их рассорить?!
     Красотка танцовщица поверила слухам и ушла от Эдвадду, не забыв, конечно, на прощанье устроить еще один небольшой скандал.
     Она меня не любит, подумал Эдвадду. Конечно, у нее в голове только этот ребенок, она прямо помешалась на нем! Значит, все к лучшему... И хорошо, что мы расстались. Да и я тоже не очень ее люблю... Так, простое увлечение...
     И Эдвалду нахмурился, убеждая сам себя в этом. Но он не слишком верил своим собственным доводам.

     Леонидас пришел домой «на бровях» после бурной ночи с Иветти. Дома была одна Далва, которая страшно беспокоилась о Диогу, и очень не вовремя решила высказать свои опасения хозяину.
     — Вы должны запретить Диогу учиться летать на этом винтолете!.— сказала она. — Каждый раз, когда он выходит из дома, чтобы сесть в свой винтолет,у меня сердце от страха сжимается! — почти с материнским предчувствием несчастья говорила старая нянька.
     Но что могло интересовать Леонидаса теперь, когда он опять проводил сладострастные часы в объятиях своей дивной Иветти? Он лишь на ходу поправил Далву.
     — Вертолет, я не винтолет, — заметил он и ушел наверх отсыпаться.
     Служанка печально посмотрела на ворот его пиджака, испачканный губной помадой. Как спасти Диогу, Далва не знала.
     Нехорошие предчувствия мучили нянюшку почти все время. Да тут еще инструктор Диогу слег с острым приступом аппендицита и не смог лететь вместе со своим подопечным в Ангру. Няня всячески уговаривала юношу ехать на машине, но Диогу был непреклонен.
     — Я умею пилотировать. Я уже летал много раз. Инструктор только сидит рядом и все время говорит «отлично». Все решено: я полечу один! Я прекрасно справлюсь, не волнуйся!
     Но все предвещало Далве нечто зловещее.
     Она немедленно бросилась названивать старшему Феррасу, но как раз в этот момент его ублажала Иветти. Телефонный звонок для влюбленной парочки оказался очень некстати. И трубку мгновенно сбросили с аппарата и отшвырнули в сторону...
     А Диогу уже приехал в аэропорт, сел в вертолет и моментально взлетел, вспоминая указания инструктора. Над ним кружились грозные темнеющие облака. Проскользну, подумал он. Это ерунда... На всякий случай он связался с различными диспетчерскими, и все повторяли ему одно и то же — по его курсу большое скопление облаков. Диогу решил пройти под ними и ошибся, попав в их центр. Небо захватило его вертолет в свои холодные крепкие объятия. Шансов на спасение у него не было...

     Далва потерянно бродила по пустому дому Феррасов. Неожиданно, ни с того, ни с -сего, с потолка сорвалась люстра и разбилась вдребезги. Экономка вздрогнула и вскрикнула от испуга. И сразу поняла, что случилось страшное. Она метнулась вновь звонить Леонидасу, но влюбленные, занятые лишь собой и поглощенные своими эгоистичными чувствами, no-прежнему не брали трубку. В тот вечер Леонидас, наконец, вновь пообещал Иветти, что они вотвот поженятся, как собирались когда-то. Ликующая, она в ответ дала обещание подарить ему настоящее счастье, хотя плохо представляла себе, как это сделать, потому что приемчиков в запасе оставалось не так уж много. Но главное — вовремя посулить...
     Старая няня в ужасе металась по дому, и тут в дверь позвонили.
     Наконец-то! — обрадовалась экономка. — Это вернулся Диогу! Какое счастье!..
     Она кинулась открывать, но на пороге стояла полиция. Они арестовали мальчика! — ужаснулась нянюшка. И услышала, что вертолет упал, и нужен человек, который может опознать тело.
     — Тело?.. — еле слышно повторила Далва и залилась слезами. — Он... погиб?.. Разбился?! Нет, этого не может быть! Скажите, что это неправда!..
     Полицейские стояли молча, всем своим видом выражая соболезнование. И старая женщина обреченно поплелась на опознание...
     Приехавший домой Леонидас тоже не сразу смог поверить страшной вести. И только поняв все до конца, начал плакать.
     Позвонила счастливая Иветти и изумилась, услышав резко изменившийся голос Леонидаса.
     — Диогу?! — повторила она с ужасом, еще до конца не осознавая размеров и последствий трагедии. — Диогу погиб?.. Как же так?..
     Она растерянно опустила трубку.
     А я ведь очень виновата перед ним... — думала Иветти. Но я никогда его не ненавидела... Просто так получилось... Как же это переживет львеночек?.. Что с ним теперь будет?.. Он так любит сыновей...
     Маленькая семья Феррасов стояла на грани настоящей катастрофы. Истинной трагедии.

     Албиери вернулся в Бразилию и сразу поспешил в свою клинику. Там его окружили обрадованные сотрудники, рассказывая свежие новости. Они все любили доброго рассеянного чудаковатого профессора.
     Во-первых, перебивая друг друга, говорили они, Эдна переехала к нему, чтобы заботиться о Диогу, а, во-вторых, родились великолепные клонированные телята.
     Из клиники довольный Албиери приехал к себе домой и с радостью встретил Эдну.
     — Представь, вскоре можно будет клонировать человека из зрелой клетки! — начал он свой рассказ. — В Англии некий ученый Вилмут хочет клонировать животное из клетки тела, а там недалеко и до человека!
     Секретарша слушала и кивала. Она была почти счастлива.
     Правда, настроение доктора изменилось, когда он обнаружил в своем шкафу вещи Эдны. Почему это секретарша, без его разрешения, так нагло устроилась у него?! Он начал раздражаться и закипать, но, как человек воспитанный, предложил ей и дальше спать в его комнате, в то время как сам он будет ночевать на диване. Он не мог так просто выгнать Эдну, которой действительно был
многим обязан. Кроме того, она обещала последить за Диогу. А с юношами всегда столько проблем... Ладно, пусть остается...
     А потом пришла страшная новость о гибели его крестника... Профессор тихо опустился на стул и замер. Диогу больше нет?! Он вспоминал Диогу: маленького, потом почти взрослого... Такого любимого и родного...
     На помощь поспешила Эдна.
     — Никто не смотрел на меня с такой любовью и гордостью, как Диогу... — с горечью признался ей Аугусто. — Лишь рядом с ним я чувствовал себя сильным... Он один считал меня гением, меня — генетика второго сорта! Я надеялся и мечтал жить с ним вместе... И вновь рухнули все мои мечты и надежды... Я опять одинок... Я потерял своего любимого мальчика...
     Эдна словно только этого и ждала. Она с готовностью чмокнула доктора в щеку и заворковала:
     — А обо мне ты забыл? Я люблю тебя! Очень люблю! И всегда любила! И хочу быть с тобой!
     Ученый был явно растерян и никак не реагировал на ее слова. И Эдна тоже смутилась, отшатнулась и подумала, что зря она на что-то рассчитывала. Симона оказалась права. Эдна — всего-навсего секретарша, и ничего больше... И она закрыла пылающее лицо руками и убежала.
     Албиери сидел, застыв от неожиданности. Кажется, он попал в серьезный переплет. А может, стоит положить конец своей свободной холостяцкой жизни?..
     Генетик вскочил и побежал к Эдне просить у нее прощения. Секретарша сидела на кухне и плакала, но, увидев доктора, сразу постаралась взять себя в руки.
     — Пусть ты меня не любишь! — заговорила она срывающимся голосом. — Это для меня неважно! Это ничего... Я смогу любить за двоих! Поверь мне, у нас все сложится! Но тебе нельзя больше оставаться одному! Тем более, сейчас...
     Профессор задумался. Эдна говорила правду: быть именно в это время одному невозможно... И что на свете лучше горячего завтрака, стираных носков и отутюженной рубашки?..
     И торжествующая секретарша догадалась по его лицу, что она победила...

     В назначенное время Лукас примчался к знакомым развалинам и начал искать любимую. Он пришел на место их прошлой встречи. Никого... Где Жади? Почему она задерживается? Та женщина в чадре из дома Али просила его не опоздать, и он пришел вовремя, но сама Жади... Где она?.. Лукас сел на землю и закрыл глаза. Потом тревожно посмотрел на часы и начал нервно кусать ногти. Сердце его ждало чуда, и в глазах светилась надежда... Юноша тяжело вздохнул. Почему не идет Жади?.. Что случилось?..
    А тем временем полуодетая Жади сидела в комнате и тоже с тревогой и надеждой смотрела на верную служанку.
    — Как только он уйдет, я тебя предупрежу, — сказала Зорайде и неслышно выскользнула за дверь.
     Жади выглядывала через оконную решетку и вздыхала точно так же, как Лукас.
    — Ушел? — с надеждой спросила она вошедшую служанку.
     — Разговаривает по телефону, я не знаю с кем, — отвечала та.
     — Уже девятый час!
     — Успокойся, что должно случиться, то и случится, — попыталась успокоить Жади Зорайде.
     Но влюбленные всего мира всегда хотят устраивать свое будущее своими руками.

     Лукас больше трех часов встревоженно бродил по развалинам. Он уже был уверен, что Жади не придет. А это значит, что она покорилась судьбе, и между ними все кончено. Он впал в настоящее отчаяние, юный и влюбленный по уши... Он обежал все окрестности, в последней угасающей надежде выкрикивая имя «Жади».
     — Жади! Жади! — продолжал повторять Лукас.
    — Жади! — отвечало ему лишь суровое и равнодушное эхо.
     Тогда Лукас вскочил на лошадь и поскакал по пустыне. Надвигалась песчаная буря. И в это же самое время в облака попал Диогу... Его вертолет заносило все сильнее и, в конце концов, неумолимо потянуло к земле. Через несколько минут после удара о землю прогремел взрыв...
     В то же мгновение Лукас внезапно упал с лошади и потерял сознание.
     Близнецы — это один человек, случайно родившийся в двух образах. Именно поэтому они так близки и всегда тонко чувствуют происходящее с другим...
     Сколько он так пролежал, Лукас не помнил. Очнувшись в пустыне, он увидел какого-то мужчину, идущего впереди каравана. На секунду ему показалось, что это Диогу.. И Лукас вновь потерял сознание...
     Его нашли бедуины и увезли к себе в палатку. Одна бедуинка накладывала компрессы Лукасу, а другая читала над ним молитвы. Уже наступила ночь, и в палатке, стоявшей посреди песков, горела одна-единственная слабая свеча. Лукас стал опять понемногу приходить в сознание. «Диогу» — едва слышно произнес он имя брата и вновь впал в беспамятство.
     Затем он опять очнулся, и снова ему померещился образ брата, заметного сквозь тонкую занавеску. Лукас улыбнулся и закрыл глаза, а когда вновь пришел в себя, то сразу спросил, где Диогу. И опять потерял сознание...
     — Надо искать тех, кто его знает, — произнес бедуин, первый увидевший юношу в пустыне.
     Остальные согласно наклонили головы. Надо искать... Может быть, за юношу можно будет потребовать выкуп, кто знает?
    Дядя наконец-то уехал, и Жади посчастливилось выйти из комнаты. Но тут выбежала вездесущая сестра, и Жади пришлось срочно прятаться. Зорайде старалась ей помочь, отвлекала Латиффу и вешала ей на уши лапшу.
     Жади не очень вслушивалась в их разговор и молила Аллаха, чтобы женщины поскорее куда-нибудь скрылись. Наконец-то служанка увела Латиффу; и Жади бросилась к развалинам. Но Лукаса там, конечно, не было. Да и сколько может человек ждать?..
     Однако Жади тотчас капризно надулась. Она расценила это как предательство, хотя даже представить не могла, что произошло на самом деле.
    Уже стемнело. Опустошенная и подавленная, Жади поплелась домой. В глазах ее стояли слезы, но перед тем, как постучаться, она вытерла их и высоко подняла голову. Ей открыла Зорайде, и обе женщины постарались изобразить что-то вроде улыбки: служанка — вопросительную, девушка — радостную. Но едва Жади переступила порог дома, как тотчас кинулась в объятия доброй Зорайде и лишь
тогда позволила себе заплакать по-настоящему...
    — Что случилось? — спросила служанка, ласково поглаживая ее по голове.
    — Он не пришел... — сквозь слезы пробормотала Жади.
    — Значит, так должно было случиться... — задумчиво повторила Зорайде. — А ты знаешь, я теперь даже рада, что у меня никогда не было человека, ради которого я стала бы совершать глупости. Без него спокойнее...
    — Лукас меня любил... — прошептала Жади. — Почему же он не пришел?!
    — Вот и хорошо, что не пришел! — заявила служанка. — Меньше грехов! Выходи себе замуж и живи мирно и тихо! Далась тебе эта любовь!
     Слезы у Жади моментально высохли.
     — Без любви я не выйду замуж вообще! — решительно выпалила она. — И меня никто не заставит это сделать, даже дядя!
   
Али словно подслушал ее и позвал сестер в свой кабинет, где поведал о том, что скоро будет двойная свадьба — сразу у Латиффы и Жади.
    Что бы такое придумать, чтобы не выходить за Сайда? — в панике думала Жади. И придумала. Мысль работала быстро, отчаянно, времени не было... Дядя Али форсировал свадьбу. А что тянуть? Ему было все ясно в этой жизни.
    Жади позвонила жениху и нагло сообщила ему, что у нее все тело в шрамах и нет зубов. Лучше и не придумать! Какой мужчина согласится жениться на этакой уродке? А ведь он ее ни разу не видел. И можно ли в этом вопросе доверять лукавой Назире?!
    Жади врала столь вдохновенно, что Сайд и впрямь не на шутку испугался, как и Мохаммед. И братья помчались к Али за разъяснениями. Изумленный Али, не успев даже выяснить подробности, велел привести Жади. Как только Сайд увидел невесту, он просто растаял. И тотчас простил ей ее обман. Девушка пошутила, это ясно... Какая же она красавица...
    Жади в ярости кусала губы, ее дельце не выгорело, жених решил во всем убедиться собственными глазами... Ну, что ж, он прав...
    Убедиться захотела и Назира, которая устроила в доме Али скандал. Она кричала, что их обманывают, что невесты не такие, какими им расписывают. И требовала доказательств. Али махнул рукой и приказал девушкам пойти в комнату женщин и раздеться, чтобы доказать свою безупречность.
    — Гм-м... — пробормотала Назира, внимательно оглядев невест.
    — Ну и наглость! — выкрикнула вся в слезах Латиффа после того, как Назира важно удалилась. — Ее нужно поставить на место! Жади, придумай, как это сделать!
    Но сестра рассеянно смотрела в окно и думала о своем...

     А Назира и не думала успокаиваться. Она начала уговаривать Сайда не брать в жены Жади.
     — Почему это? — удивился Сайд.
     Теперь, увидев невесту, он как раз загорелся желанием поскорее жениться.
     — Я не уверена, что она девственница, — заявила Назира. — Кроме того, она наверняка будет командовать в вашей семье. Это ясно. Зачем тебе такая жена? А зачем она тебе солгала по поводу своей внешности?
    Сайд весело махнул рукой. Он был убежден, что легко сможет подчинить себе Жади и что утренний инцидент — простое ребячество... Юная невеста так развлекалась и шутила... А может, хотела именно таким способом привлечь жениха и посмотреть на него...
     Он не знал, каких усилий Али стоило уговаривать Латиффу и Жади выйти замуж. Особенно много тревог доставляла дяде своенравная и выросшая в Рио Жади. Он изворачивался, дипломатничал, уговаривал... И Жади была уже почти готова подчиниться дяде, Али торжествовал победу, как вдруг раздался звонок...
     Жади стояла рядом и все слышала. Звонил Албиери и сказал дяде, что Лукас пропал.
     Жади вздрогнула от радости и надежды. Вероятно, что-то помешало Лукасу в тот день встретиться с ней, но сейчас... Возможно, он вот-вот появится...
     — Зорайде, погадай мне на кофейной гуще! — пристала она к служанке. — Расскажи о моей любви и о том, бросил меня Лукас или нет...
    Зорайде нехотя согласилась.
    — Любовь длится всю жизнь. Всю жизнь эта любовь будет радостью, которая скрасит твою печаль, и печалью, которая дополнит твою радость, — начала она гадать.
     Ее лицо было загадочно.
     — Значит, мы будем вместе! — воодушевилась Жади. — Он — моя судьба! Я поняла это сразу, как увидела его!
     — Как странно, — проскрипела Зорайде, — два раза в жизни ты встретишься с этим человеком, но для тебя время пройдет, а для него нет, — служанка уставилась на Жади страшным сверлящим взглядом. — Вы встретитесь в разное время, как встречаются две реки.... Столкнутся прошлое и будущее... И ты должна будешь выбрать, идти назад или двигаться вперед...
    Жади задумалась... Что означают эти слова?.. Она вновь прилипла к служанке за объяснениями, но та говорить отказалась. Повторила только, что все будет в точности так, как она предсказала. Лучше бы Жади не просила ее гадать...

Бедуины нашли Али, и тот сразу забрал Лукаса забрал в свой дом. Юноша был этим недоволен: что ему там делать? Но дядюшка Али принес парню печальную весть: свадьба Жади состоится в субботу!
     Зато Жади обрадовалась, узнав, что Лукас будет жить рядом. Ура! Она развеселилась и начала танцевать, вовлекая в танец сестру. Только Латиффа, озабоченная пропажей кассеты, которую привезла из Рио Жади, сердито отмахнулась от сестры. Латиффе срочно нужно было посмотреть снова интересные кадры, а кассета куда-то запропастилась... А вдруг ее найдет дядя?!
     Зорайде рассеянно наблюдала за сестрами.
     — Ты поможешь мне увидеться с ним? — вновь привязалась к ней Жади. — Ну, пожалуйста, я тебя очень прошу...
     Она жила ожиданием встречи с Лукасом.

0

19

Мария Злюка написал(а):

Лаурита а какие у тебя еще книги есть??? которые ты можешь выложить?

Только сегодня заказала 2 тома Земля любви, Земля надежды. Как только получу их, постараюсь выложить :)

0

20

у меня они есть, все 3 тома. честно я их даже не читала, просто так купила)))

а где ты заказываешь?

0