www.amorlatinoamericano.3bb.ru

ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ СЕРИАЛЫ - любовь по-латиноамерикански

Объявление

Добро пожаловать на форум!
Наш Дом - Internet Map
Путеводитель по форуму





Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Рената Литвинова

Сообщений 61 страница 80 из 258

61

http://img524.imageshack.us/img524/7001/litvinovarenatalitvinovmc0.jpg

0

62

http://img524.imageshack.us/img524/7672/669mw8.jpg
http://img524.imageshack.us/img524/4848/5213xz7.jpg

0

63

http://img91.imageshack.us/img91/654/litvinova126131de6.jpg

0

64

http://i032.radikal.ru/0806/a4/b9177b760d05.jpg

Отредактировано ♥Рената♥ (22.06.2008 19:39)

0

65

http://i028.radikal.ru/0806/89/5d2edeb0f962.jpg

Отредактировано ♥Рената♥ (22.06.2008 19:41)

0

66

"Зеленый театр в Земфире"
http://i032.radikal.ru/0803/a3/5e762a57c51f.jpg http://i046.radikal.ru/0803/a9/39d7fa5895f6.jpg

19 февраля 2007 года в Москве состоялось долгожданное событие для всех любителей творчества Земфиры!

Именно в этот вечер в кинотеатре «Художественный» состоялась премьера фильма «Зеленый театр в Земфире», режиссером которого является Рената Литвинова.
Уже в половину седьмого вечера у входа в кинотеатр на улице стояла целая толпа из приглашенных, поклонников певицы, представителей прессы и телевидения. Казалось, что вообще, внутрь здания кинотеатра никого пускать не собирались… И гости и телеоператоры с большой техникой оказались в огромной давке перед входом.
Но все же, около семи часов, непробиваемые охранники под натиском толпы открыли двери в фойе и начали запускать внутрь по несколько человек…
несмотря на такой наплыв желающих увидеть новое творение Ренаты, среди всех пришедших наблюдалось не так уж и много ожидаемых vip-гостей.
Оценить фильм приехали: дизайнеры Fresh Art, режиссер Иван Дыховичный, телеведущая Татьяна Арно, актриса Татьяна Друбич и художник Андрей Бартенев.
Когда зал потихоньку заполнился, оказалось, что на всех даже не хватает мест!
Спустя некоторое время, ожидаемые целой толпой фотографов, на сцену поднялись виновницы торжества: Земфира и Рената Литвинова.
Первая премьера этого фильма состоялась в Санкт-Петербурге. Именно там, по их словам, они уже выпустили все свои чувства на волю…
А московскую премьеру фильма Земфира посвятила Егору Летову, лидеру группы «Гражданская Оборона», ушедшему из жизни именно в этот день…
Сам фильм оправдал надежды всех ценителей таланта этих двух прекрасных дам…
Думаю, что не стоит пересказывать его содержание.
Это 100% нужно увидеть всем, кого когда-либо зацепляло творчество Земфиры Рамазановой, всем, кто любит и ценит хорошую, качественную живую музыку, всем любителям необычных концертов, ярких личностей и незабываемых эмоций.
Этот фильм можно было бы назвать просто живым концертом в кино, но небольшие вставки из очень, казалось бы, банального интервью, которое, как сказала сама Земфира, очень похоже на «интервью для какого-нибудь журнала», очень ярко раскрывают некоторые стороны и черты ее весьма непростого характера.
Но все же, в основу фильма легло летнее выступление Земфиры в Зеленом театре Парка Горького. В этой картине очень ярко и, порой, очень детально показывается этот концерт, снятый с 10-ти разных точек. Множество ракурсов, ярчайшие кадры, огромная толпа зрителей и совсем чуть-чуть компьютерных эффектов…
Думаю, что даже тем, кто практически не знаком с ее творчеством, хотя, таких людей с каждым днем становится все меньше, этот фильм расскажет о Земфире практически все самое главное. А главное сейчас – это творчество, которое она больше всего ценит в людях!
Каждый может услышать там знакомые песни: «Почему», «Ариведерчи», «Созрела»… Правда, в новых аранжировках…
И пусть в нем почти нет новых композиций с альбома «Спасибо», зато именно тут запечатлено последнее выступление с этой концертной программой в рамках ее летнего концертного тура!
Счастливого просмотра!

Отредактировано Лёка (03.03.2008 02:30)

0

67

http://i043.radikal.ru/0803/74/d2b33028433c.jpghttp://i016.radikal.ru/0803/c0/ff14e019928a.jpg

Отредактировано Лёка (02.03.2008 23:44)

0

68

http://i025.radikal.ru/0803/40/989a4eac1173.jpg
http://i034.radikal.ru/0803/4a/485969516944.jpg

Отредактировано Лёка (02.03.2008 23:47)

0

69

http://i026.radikal.ru/0803/33/7c94bedc9b96.jpg http://i048.radikal.ru/0803/c9/8f7b42081804.jpg

0

70

http://i030.radikal.ru/0803/f2/f11ac13269af.jpghttp://i019.radikal.ru/0803/c3/bc34209cc854.jpg

Отредактировано Лёка (03.03.2008 00:12)

0

71

http://i041.radikal.ru/0803/12/9d8ae6e1848f.jpg
http://i033.radikal.ru/0803/f0/915af838bbed.jpg
http://i013.radikal.ru/0803/7d/72d386afc898.jpg
http://i038.radikal.ru/0803/9f/f92313540090.jpg

Отредактировано Лёка (03.03.2008 00:14)

0

72

и моя любимая работа (не моя к сожалению)

http://i015.radikal.ru/0803/7e/35627eea2ac4.jpg

0

73

Рената Литвинова сняла "Зеленый театр в Земфире"
— полуторачасовой фильм-концерт, перебивающийся задушевными разговорами о творчестве и жизни. Корреспондент "Фильма.Ру" встретился с режиссером в кафе и поговорил о Земфире, Скорcезе, "Роллингах" и кровавом монтаже.
— Я прежде всего хочу вас поблагодарить — посмотрел только что "Зеленый театр в Земфире" на студии, где она репетирует, и был очень впечатлен. Скажите, пожалуйста, насколько этот фильм для вас важен?

— Я его расцениваю, как подарок. Я бы никогда в жизни не решилась сделать его. Это, вы понимаете, такое детское решение, красивый жест — снять концерт, с десяти камер... Это довольно круто. А потом это такое полуторачасовое концертное кино, которого в нашей стране вообще не существует, у нас нет такого опыта.

— Вообще получилась дико актуальная история. Сейчас в Берлине самый главный фильм — концерт "Rolling Stones", который снял Скорсезе, а в Москве выходит ваша "Земфира". Это случайно так совпало?

— Знаете, я совсем не знала, что Скорсезе в свои солидные годы... хотя он и про таких же солидных парней снял. Они так круто зажигают... вообще моложе молодых. Непонятно, как в живых остались.

— А вы были на последних концертах "Роллингов"?

— Нет, вы знаете, это же было в Петербурге... Но товарищи были и остались в восторге. Ну а как Кит Ричардс, который в свои семьдесят лет с пальмы падает? Зачем он вообще туда полез, на эту пальму? И то, что все они на героине сидели — какие-то невероятно крепкие организмы. У нас уже нет таких биографий. У нас ведь кто — одни мелодекламаторы. Я не знаю, про кого вообще можно было бы снять фильм, кто еще держал бы аудиторию полтора часа экранного времени.

— Кроме Земфиры?

— Она, если ее запереть в комнате, выйдет из нее с готовой пластинкой — сама напишет, сыграет на всех инструментах, аранжирует, споет, запишет. Она исполнитель, который, кстати, никогда не поет под фонограмму, она музыкант и поэт. Многое дано, наверно, поэтому так многое с нее беспощадно спрашивается.

— Я так понимаю, что она принимала очень большое участие в работе над фильмом. Трудно было с ней работать?

— Ну да, она соавтор, она сопродюсер, она занималась звуком вместе со своим многолетним соратником звукорежиссером Колей Козыревым — он вообще один из лучших. Она человек очень благородный, масштабный, дерзкий, как грузинский подросток иногда. Работать с Земфирой — счастье, потому что она никогда не предаст, если договорились, и идет до конца. Воин, она даже ест очень быстро, а ведь так всегда, ну в древности, проверяли бойцов — кто долго ковыряется — не жилец.

— А вообще тяжело было снимать этот фильм? С какими трудностями вы столкнулись — кроме той, что раньше у нас таких фильмов не делали.

— По первачу я недооценила все масштабы — десять камер... в монтаже десять версий каждой песни, которые нужно держать в голове и выцеплять лучшие планы... А трудности все самые странные, начиная с концерта, когда боролись со складками на декорациях и организаторами с их железными заборами, и заканчивая толстым оператором, который возил тележку с камерой и все время попадался в кадр. Сколько я из-за него настрадалась и не взяла красивых и, главное, нужных мне планов. Он на какой-то момент превратился в моего самого главного врага, много раз я ему пожелала похудеть, раз десять порывалась позвонить, улавливая его физиономию в материале.
— А аудитория...
— Все. Кроме старичков и старушек, но их видимо дети не пустили, чтобы не задавило в толпе. А так — и дети и солидные такие... в випах особенно, но випы я вырезала из материала, они же там сидячие... некинематографичные, хотя и они повскакивали потом. Были у меня и любимчики — один все время играл в барабан воображаемый, второй постепенно раздевался и оказался в конце концов... в брючках он оказался. Блондин такой. Самый мой любимый зритель, очень плясал, как солнце.

— Но в вашем фильме так мало крупных планов именно зрителей. В других киноконцертах аудитории бывает гораздо больше.

— Да, я была сконцентрирована на Земфире, все операторы не могли иной раз уйти с ее крупного плана, несмотря на наши указания снимать... ну кого-то еще снимать... у нас же были рации, но операторы именно зависали и засматривались на Земфиру — такой она магнит. Это факт. Короче, операторы часто снимали только того, кто им был люб. А люба им была Земфира.

— А про что в результате кино получилось? Это, конечно, некорректный вопрос, но на него всегда можно ответить.

— Это фильм-портрет. Это уже документ, наш фильм. Пройдут годы, и все положится на полки, распределится и осознается, но мы зафиксировали выдающуюся исполнительницу и музыканта в превосходной форме. Земфиру Рамазанову, которая писала песни про нас, жителей конца и начала 21 века.

— А можете сказать, где она настоящая? На сцене или за сценой?

— Ну, она везде настоящая, только разная. Я не могу ее упрекнуть в неискренности.

— А почему фильм снят на "цифру"?

— У меня никогда бы не было столько денег, как у режиссера, чтобы все это снять на пленку и остаться независимой. Думаю, Мартин Скорсезе — у него же был громадный бюджет, он ездил с группой Rolling Stones по всему туру, столкнулся с этой проблемой — он отвечал за потраченные деньги перед теми, кто их дал, и кто хотел впоследствии их приумножить. Куча обязательств и несвобод и против шерсти. У нас была роскошь делать, не подстраиваясь и не пытаясь отбить деньги.

— Примерно о каком бюджете идет речь?

— Это очень скромный бюджет, но траты еще продолжаются. Но это бюджет независимых киношников.

— Реклама?

— Мы же не планируем какого-то громадного проката. Хочется, чтобы это была картина для тех, кто знает. Хотя нас — миллионы, ну, тех, кто знает. Наших зрителей. И не на пять минут, а на столько... ну сколько проживет человечество еще. Сколько ему осталось?

Есть же такая схема проката — у нас мало копий, но идет картина многие месяцы при полных залах, так как, например, "Наука сна" или вот, прокатчики говорили, что "Настройщика" Киры Муратовой снимали через две недели с показа при полных аншлагах, потому что в очередь были поставлены другие картины и это неправильно.

— Как вы думаете, как могла сложиться такая ситуация, что у нас опять на экранах появилось большое документальное кино? Можно вспомнить и Майкла Мура, и "Господина Неприкасаемого", и вот еще теперь ваше кино...

— А мы никак себе это не представляем. Мы просто его сняли и предложили кинотеатрам.

— Но ведь этого много лет просто не было.

— А не было исполнителя. Вообще это никому не было нужно. Вы же видели наши концерты на ТВ. Это же кошмарно снято и кошмарно смонтировано. На самом деле ничто ведь не предвещало. Вот на какого еще музыканта вы бы пошли в кинотеатр?

— Я, может быть, на Шнура пошел бы.

— Я не пошла бы, даже если бы он там разговаривал. Ну а если бы он пел? Шнура нельзя назвать музыкантом, можно, я не знаю, "бардом", но не музыкантом.

— Хорошо. А если мы говорим не о фильмах-концертах, а вообще о документальном кино? Есть громадный успех "Птиц", есть громадный успех Майкла Мура...

— Ну да, потому что там социалка такая... снять по-настоящему выдающееся документальное кино трудно, потому что это очень кровавая история.

— Ну да, как заставить человека говорить правду на камеру...

— У тебя нет сценария, а потом, нужно постоянно подсматривать за окружающей действительностью, передавать ее максимально... Мне кажется, это намного труднее, чем снимать художественное кино. А при монтаже — это настоящий ад. Кстати, вы посмотрите, сейчас у американцев, даже у совсем немолодых режиссеров, появился этот ужасный мелькающий монтаж, вдруг стали подделываться под эту молодежную эстетику. Я вот даже не смогла смотреть фильм Тони Скотта "Домино", ну, про женщину, которая охотилась за преступниками. Мало того, что там была какая-то странная химическая цветокоррекция, так еще и этот монтаж. У меня просто не получилось это смотреть, болели глаза.
— Можете что-нибудь рассказать о "Поколении Пи" и "Сезоне дождей" — фильмы, в которых Вы снимаетесь?

— Ничего не могу вам рассказать о "Поколении Пи". А он выходит?

— Вроде летом выходит...

— Там ключевые сцены еще не сняты... "Сезон дождей" — это господин Дебижев, я его знаю, как художника питерского, и я просто согласилась у него сняться в небольшом камео, достаточно скромном. Там все так накручено, какая-то мистика... может, не надо разглашать чужие секреты?

— Вы уже определились с новым своим проектом? Это будет документальное или игровое кино?

— Игровое. Вообще, я не хочу становиться документалистом. Ну, таким, которые потом монтируют кроваво. У меня прямо сердце порвалось. Я много занималась монтажом игрового кино — в "Небо. Самолет. Девушка", в моем фильме "Богиня: как я полюбила", это было не так трудно. А тут десять камер.

0

74

Понедельник, 28 Января 2008 
Актриса, сценарист и режиссер Рената Литвинова ответила на вопросы читателей сайта BBCRussian.com.

Би-би-си: Многие наши читатели спрашивают о вашей режиссерской работе. Почему вы решили заняться режиссурой? Борис из России спрашивает, насколько важна для вас работа режиссером?

Рената Литвинова: Я всегда, между прочим, была сценаристом, свой первый фильм в качестве режиссера я сняла вообще черт знает сколько лет назад. А профессия актрисы - это скорее времяпрепровождение.

Би-би-си: А что вас больше привлекает - актерство или режиссура?

Рената Литвинова: Разумеется, быть автором. Актерство - это некая расплата, не знаю за что. Когда я нахожусь на съемочной площадке в качестве актрисы - это для меня всегда мучительно. Есть, конечно, гениальные режиссеры - Кира Муратова, тот же Гринуэй. Но я не могу сказать, что это доставляет мне удовольствие. Я не считаю себя актрисой. Хотя иной раз, смотря на других актеров, думаешь - господи, ведь они же считают себя актерами...

Би-би-си: Кем для вас, как для творческой личности, является Кира Муратова? Это вопрос Александра из Украины.

Рената Литвинова: Ну, Кира - это такая практически мама, родственница. Я к ней отношусь с бесконечной нежностью, хочется ее щадить, помогать. Она выдающийся человек, уникальный, такой второй нет. Если современники смогут найти в себе силы и признать, что рядом с ними живет такой живой выдающийся человек, который войдет в историю, то это она и есть. Но современники, как правило, не любят с этим соглашаться - всех нас рассудит время. Но я отдаю себе отчет, что Кира - это такой живой классик, с которым мне повезло поработать.

Би-би-си: Татьяна из России спрашивает, как ваша мама повлияла на вашу жизнь в целом, на формирование того образа, в котором зрители вас увидели и сразу заметили?

Рената Литвинова: Ну, как образа вряд ли, а так - она была всегда фанатом кино, бегала на всякие премьеры, поздние сеансы. Она у меня романтичная женщина, и скорее живет в иллюзиях, чем в правде жизни. Но я ее в этом очень поддерживаю. Ей чуждо всякое зарабатывание денег, она скорее находится в такой красивом безумии.

Би-би-си: Артем Пучеглазов из России задает такой вопрос - часто вы играете не в фильме, а в жизни? Бываете ли вы сами собой?

Рената Литвинова: Ну, это может спросить человек, который совсем меня не знает в жизни. Пускай у него будет такое заблуждение.

Би-би-си: Я думаю, большинство наших читателей знает вас по актерским работам. Поэтому им интересно, какая вы в жизни. Похожи ли вы на свои роли? Олег Грант из России тоже об этом спрашивает.

Рената Литвинова: Конечно, я похожа, но в жизни я все же говорю нормальным голосом.

Би-би-си: Не кружит ли вам голову наша всеобщая любовь? Об этом спрашивает Игорь из России.

Рената Литвинова: Не знаю, я этого не чувствую.

Би-би-си: Вы не чувствуйте давления на себя или популярности? Судя по пришедшим письмам, всеобщая любовь все же есть.

Рената Литвинова: Ну, я могла бы попросить и большей любви. Мне как раз любви не хватает иногда в каких-то моментах.

Би-би-си:Майкл из России спрашивает: не надоела еще эта развратная, надувшаяся от жира и бесчестья артистическая тусовка?

Рената Литвинова: А я и не пойму, где я от нее могу устать, я так особенно и не тусуюсь. Я по пальцам могу пересчитать людей, с которыми я общаюсь, работаю. Та же Кира Муратова, сейчас я закончила картину с Земфирой, года два назад я общалась с Лешей Балабановым, с Никитой Михалковым. Я так особенно не общаюсь ни с кем, нахожусь в какой-то изоляции.

Мне кажется, эта способность кучковаться уже не актуальна. Это было в том поколении, когда было государство, кухни, а сейчас этого нет. Если сейчас кто-то кучкуется, то это слабейшие. Настоящий сильный человек - сам по себе, он не склонен кучковаться.

Би-би-си: В обществе усилились настроения враждебности ко всему, что связанно с "богатыми и умными", считает наш читатель Чейн-Стокс. Как вы себя чувствуете в России в этой ее атмосфере? Если вы с ним согласны, что такая атмосфера есть.

Рената Литвинова: Люди необычные, успешные всегда вызывают такую реакцию. Но это смертный грех. Люди завидуют, у них есть гордыня, они тщеславны. Я говорю "они", но я тоже человек. Все люди подвержены этому.

Би-би-си: А есть у вас ощущение, что этого стало больше?

Рената Литвинова: Нет, люди всегда склонны ревновать к успеху. Это вот, когда ты ляжешь, наконец, в могилу, тогда люди скажут - какой человек был, просто прелесть... Есть такое, к сожалению.

Би-би-си: Ну, и есть это, видимо, везде, не только в России же?

Рената Литвинова: Да, со страшной силой.

Би-би-си: Как вы относитесь к тому, что в России развернута пропаганда ненависти к геям? Как вы относитесь к легализации однополых союзов? Об этом спрашивает Влад из России.

Рената Литвинова: Эта гомофобия, это нетерпимость к другим нациям... Если это не связано с насилием, с развратом, мне кажется, это личное дело каждого человека. Если ты никого не растлеваешь... Это нетерпение к тому, чтобы человеку быть таким, какой он есть. Это такой элемент фашизма. Я к этому ко всему испытываю глубокое отвращение.

Би-би-си: Анна из Петербурга спрашивает, в какой стране мира вы бы хотели жить?

Рената Литвинова: Ну, все уже, я смирилась, я живу здесь. Я так выражаю свой патриотизм - я живу в этой стране, говорю на этом языке, люблю именно русский язык.

Би-би-си: В вашем фильме "Богиня: как я полюбила" есть слова о мертвой воде, пишет Олег из России. Что вы вкладываете в это понятие?

Рената Литвинова: Ну, очень много. Я считаю, существуют такие волшебные моменты, когда ты можешь, посидев над какой-то чашкой, напоить потом любимого человека, которого ты хочешь вылечить... Наколдовав даже над простой водой из под крана, ты можешь напоить его, и этот человек поправится. Ты можешь силой своей любви его воскресить. А можно наколдовать над той же самой чашкой смертельные слова. У меня много доказательств, что это существует. Это такой личный опыт.

Би-би-си: Вы верите в эти вещи?

Рената Литвинова: Да, я верю в чудеса, особенно которые связаны с большими страстями. Если человек очень страстный, обладает большой силой, он способен на чудеса. Есть люди, которые в это не верят, живут непонятно по каким законам, без чудес... И это жалко...

Би-би-си: Роксана из России спрашивает, помните ли вы вашу первую любовь. Она принесла вам разочарование или радость?

Рената Литвинова: Что она имеет в виду - первый поцелуй или какие-то физиологические вещи?

Би-би-си: Я думаю, речь тут идет не о сексе, а о душевных переживаниях - первой любви в детстве или юности.

Рената Литвинова: Мне кажется, в юности это всегда очень ранящие душу истории. В принципе любовь - это раны, раны, раны...

Би-би-си: А вы вспоминаете какие-то истории? С радостью или печалью?

Рената Литвинова: Они такие - со слезами на глазах.

Би-би-си: А какая эмоция способна вас довести до слез? Об этом спрашивает Александра из Украины.

Рената Литвинова: А зачем это Александре? Вот удивительно. Она хочет меня довезти до слез? Если бы она спросила, что меня может привести в счастье. Скажите ей, что это секрет, дорогая Александра.

Би-би-си: А что вас может привести в счастливое состояние?

Рената Литвинова: Все что угодно. Такие простые вещи - когда идет снег, когда человек, которого ты любишь, с ним все нормально.

Би-би-си: Маргарита из Украины цитирует Мандельштама: "Нам остается только имя: чудесный звук, на долгий срок...". И спрашивает - что означает имя для вас?

Рената Литвинова: Да, вот, кстати, есть совершенно слабые имена, а есть сильные имена. Есть имена, которые имеют чуть ли не судьбу свою. Я перечислять не буду, чтобы обладатели этих имен не расстраивались. Но, конечно, в имени есть какая-то сила, какая-то информация.

Би-би-си: А как вы относитесь к своему имени?

Рената Литвинова: В принципе, очень хорошо. Я была раньше сильно недовольна, как девушка, живущая на русской территории, так как вокруг были одни Лены. Такое дикое количество Лен... Можно даже было не спрашивать, как девушку зовут, она обязательно была Лена. Лена, Оля, Наташа... Будучи Ренатой, я, конечно, страдала своим детским умом. А сейчас я счастлива.

Би-би-си: А ведь есть люди, которым всю жизнь свое имя не нравится...

Рената Литвинова: Мне кажется, менять просто надо и все.

Би-би-си: А как вы относитесь к пародиям на вас?

Рената Литвинова: Так мне надоел этот вопрос!

Би-би-си: А часто его задают?

Рената Литвинова: Да, а можно я его пропущу?

Би-би-си: Тогда следующий вопрос от Игоря из России. Он спрашивает, каким должен быть мужчина? У вас существует какой-то образ идеального мужчины?

Рената Литвинова: Мне кажется, это какое-то насилие над мужчинами. Зачем мы должны искать все время идеальных мужчин? Мне кажется, это очень индивидуально. У меня нет потребности в идеальном мужчине, поэтому у меня нет мнения на этот счет. Я считаю, это просто любимый человек должен быть, и тогда он будет обладать всеми этими качествами.

Би-би-си: Я немного удивилась, получив следующий вопрос, но решила его все таки задать. Ксения из России спрашивает, что бы вы сделали, неожиданно оказавшись на сутки в мужском теле?

Рената Литвинова: Мне кажется, то же самое, что я и сейчас делаю. Это тело - это всего-навсего оболочка. Меня всегда спрашивают про мужское искусство, женское искусство. Мне кажется, это уже неактуально. Мужчины стали другими, женщины стали вообще хуже мужчин, а мужчины стали вообще черт знает чем. Женщины стали такие опасные, и мужчины...

Би-би-си: Наш читатель pelkos из США спрашивает, какая книга произвела на вас самое большое впечатление в жизни? Что бы вы посоветовали почитать?

Рената Литвинова: Мне очень нравится Томас Манн "Волшебная гора". Я люблю Толстого - "Война и мир", Достоевский - "Идиот", Бунин, и, конечно, Гоголь - "Петербургские рассказы".

Би-би-си: А какой фильм вы мечтали бы снять? Об этом спрашивает Елена из России.

Рената Литвинова: Я сейчас завершила проект с Земфирой. Я считаю она выдающаяся исполнительница, чуть ли не единственная у нас в стране, которая может держать зал в течение часа, и просто у многих наворачиваются слезы. Я закончила с ней картину "Зеленый театр в Земфире". Я сама была поражена результатом. Меня этот опыт с Земфирой очень воодушевил.

Би-би-си: Вам не предлагали сниматься за границей? Спрашивает Лорета из Литвы.

Рената Литвинова: Да, но так как я не готова идти на всякие жертвы актерские, то это ничем не заканчивалось.

0

75

"ЧЕТВЕРТЫЙ ЧЕЛОВЕК"     
Рената Литвинова     

-  Ну что ты делала, чтобы успокоиться? — спросила она.

В комнате было тепло, но дуло от окна. Она выглядела, как воспоминание, и курила, и варила кофе, и была молода, и никак не садилась, а все стояла у окна и говорила:

-  Потому что так удобнее. — Ей было удобнее говорить сверху вниз, наклоняясь ко мне.

Я проснулась.

Эта приснившаяся мне — я так скучаю по ней! Так давно ее не видела, как будто умерла. Это Первый человек, который стал «приходить» ко мне в эти дни.

Второй человек — завспоминала о нем: как он никогда не хотел есть. Все обычно норовят поесть, а он всегда говорил:

-  Не хочу.

Где ему было больно, никто не знал. Он сильно мог выпить, и по многу дней, потом утром похмелялся и интеллигентно, замед­ленно разговаривал и опять ничего не ел. Его хотели убить, но не добили, и не из пистолета, а ногами — их было больше одного человека. Он выжил, бледный, с бескровной кожей, непонятно за что убиваемый; ни денег, ни недвижимости, ничего у него не лежало по карманам. Зимой он носил плащ на плечах, тонкий, из по-летнему светлого полотна, потому-то он вечно ходил про­стуженный и все время что-то выкашливал-выкашливал из себя, но без результата, и без шапки — есть такие мужчины, что ходят и в морозы без головных уборов: стесняются, да и трудно в на­шей стране подобрать себе что-то красивое согреть голову.

Мне почему-то помнится, как он плакал, прямо слышу его плач, но он никогда не плакал в реальности. Он был без едино­го содрогания мускул на лице, что бы ни произошло, такое у не­го было воспитание — очень нежадный, но во вред всем, всё продавал, много авантюр в голове. Сам он не любил подходить к людям, чтобы предложить дружить, так что, если к нему кто-то приклеивался — то совсем пропащие товарищи. И все очень некрасивые, каждый раз как специально подобранные в контраст к нему: вот он был очень высокий и молодой, так друг его лучший вдруг оказывался старым, под пятьдесят, низеньким и только что из тюрьмы, правда, не за убийство, и с именем Витя. Или вот — мой герой был худой, так его товарищ детства обнаруживался толстый, даже щекастый, как набитый яблоками, с малюсенькими глазками и, по рассказам девушек всяких, со всеми достоинствами — тоже малюсенькими. Выбивал портреты на мраморные надгробия прямо у себя дома. В комнатке его стояли несколько плит с пронзительными лицами умерших. Друг, пока был с розовыми щеками и молод, казался несчастливым и страдал, но с возрастом засчастливел — перестал обращать внимание и женился.

Другой приятель, по фамилии Амурский, тоже с возрастом выровнялся: женился, купил автомобиль, а с покупкой автомобиля порвал с моим Вторым человеком и остепенился. А Второй поселялся со многими женщинами и женился всегда на тех, кого точно знал, что не любил, а под воздействием и по приличиям. Что мне делать, никак его тоже не могу забыть. И все вспоминается мне его плач, хоть никогда он и не плакал, хотя и били его при мне, и больно ему было, и родители его погибали, и всего привычного он лишался, и квартиру свою продавал, и собака единственная умерла, и в тюрьму он попадал, и на дознания в метро его возили, и денег был должен, но не отдавал, потому что не с чего было, — и все-таки никогда не плакал, а даже улыбался или замкнуто откидывал голову. Загадочный, и цели его нельзя определить словами — всё бесцельно, но не глупо, как у большинства бесцельных людей, а очень душеранимо: туфли всегда единственные, фруктов не ест, может съесть, только если сильно попросишь, яичницу или бутерброд. И никогда он не делал больно, а если кто-то плакал поблизости и шантажировал его этим, то всё исполнял правильно: от вины не отказывался, но через сутки исчезал. Но всегда звонил, если был жив, — что жив, бедный.

Есть Третий человек — женщина. Уже она располнела и вырастила косы. А была не такой, а зловещей красавицей, и все ее боялись, а если кто не хотел в этом признаваться, то выказывал презрение, как к ведьме, но внутренне все были отпугнуты ею. Как найти к ней слова, ведь много раз я обсуждала со всеми, кто любил ее или ненавидел.

Мы выпивали — не как мужчины, а как две женщины, и били об пол белые плафоны, которые находили в деревянном хозяйственном шкафу, кем-то отложенные специально для нас. Перед броском выкрикивали заклинания. Если она угощала жареной картошкой, то сквозь обжаристость видно было, что она с кожурой, и — кофе, растворимый, много чашек, и по несколько ложек желтоватого сахара, сейчас так не пьют! Тогда всё от нее и из ее рук нравилось. Такая она была любимая, по двадцать минут красящая сначала один глаз, потом, глядя в маленькое круглое зеркальце, второй, и оба она красила не одинаково, а с вдохновением и не повторяясь. Как она была красива, умела говорить навсегда западающие в душу фразы, понимать по-английски, писать очень легкие записки и никогда не приходить, где ее ждали, и ждут до сих пор, но если она вдруг прямо сейчас вернется, то уж лучше не надо. Но я ее сторонница... Все пропало, теперь она погублена в нашем большом городе Москве, и переселилась от нее подальше, обратно к маме.

- Подойди ко мне и скажи, как ты успокоилась? — протянула она мне руки и пропала из головы, как выдуло ее.

Я сижу и думаю про себя: я и не пьяна, и не в снотворных, и почти не хочется спать, хоть и ночь, и все почти покойно во мне — так отчего все трое они протягивают мне руки?

Есть Четвертый человек — он самый важный...

Как же мне излечиться от «наркобаронства» — ведь без него и не уснуть, а потом с ним и не проснуться? Одна аптекарша, из хороших, говорит мне: «Это из последнего поколения таблеток, без последствий». Я говорю: «Ну давайте».

Мой Четвертый человек уже три года как... по могилам.

Некоторые таблетки обжигают желудок, буквально падают в него огнем, как в пустой, как будто в нем ничего и не лежало, и не съедено было за ужином фиников и кислого молока, и сильно ранят, и ноги от них сводит всю ночь в цветных и теплых простынях. Любые простыни, и белые, они — как промасленные и теплоостывающие, как чей-то жир. В таком я состоянии сейчас и жалуюсь! Нельзя быть нездоровым, с изъяном. Нельзя подпускать к себе умерших, как я подпускаю Четвертого к себе.

Она пришла ко мне сегодня ночью.

После смерти голос ее изменился. Она вдруг стала говорить со мной молодым, до двадцати лет, голосом. Она находит меня в любом городе, хотя внезапно умерла и похоронена в Москве.

Входит во все двери ко мне! Вот в эту, закрытую мною еще накануне на три замка, часам к трем ночи — створка явственно заскрипела, она со вздохами, как при жизни, останавливается невдалеке от кровати и смотрит укоризненно.

-   Можно с тобой поговорить? — говорит она жалобно.
-   Нет, прошу тебя, не сегодня! Сегодня я так устала, прошу тебя!

Она, вздыхая, уходит. Не как в жизни, упрекая и с обидой, а покорно.

На следующую ночь она обычно возвращалась, и я, роняя бутылку коричневого коньяка под кроватью, пытаясь нашарить его рукой, опять увиливала.

Когда я выпиваю, то хорошо начинаю видеть в темноте. Вот я уже не могу допить эту последнюю рюмку, иду, не включая света, на кухню к шкафчику и — не промахиваясь — вливаю в тонкое горлышко бутылки оставшееся вино. Хотя полная темнота и нет луны, а если бы и была, то окна у меня такие узкие... Я иду в туалет, сажусь, вдруг на меня начинает ползти красный коврик для ног.

Я даже не вздрагиваю. Я их не пугаюсь...

Из чего извлекать счастье? Мой Четвертый человек убежал. Последние годы она жила в тоске и жарила на утро, на обед и на вечер одну только картошку с салом — и балуешь себя, и все же как будто принимаешь яд. Уносила к себе в комнату дымящуюся сковородку, словно жила в коммуналке. Лежала через стенку от меня, и я чувствовала ее тело: за стеной был край дома, и если бы стена оторвалась вдруг — она бы оказалась на большой высоте, и свистел бы ветер. Я часто находила ее стоящей на балконе — сильно перегнувшуюся через перила и что-то зорко высматривающую. Иногда она грозно выкрикивала запальчивые фразы, но все-таки это был десятый этаж — с земли не слышно. Надевала шапку-ушанку, если свистящий ветер, опять возвращалась — она боролась с рынком под окнами и всегда следила за машинами и передвижениями одного врага, который этим рынком ведал. Когда Четвертая умерла, недоборовшись с ними со всеми, я думала, преследуя этого высокого дядьку с красным лицом, очень похожего на Ельцина, — а не убить ли мне его? Что я могу сделать во имя нее? Мужчину спасло то, что еще более важный восточный человек обозвал его, и он голыми пальцами на морозе вытирал бампер его автомобиля и поглядывал, ожидая одобрения.

Утром у шляпного магазина я натолкнулась на Таню. В руках она держала пакет.

-    Так утешает! — она кивнула на покупку. — Вытрачивание денег, я имею в виду!.. Поедемте ко мне. Я сейчас одна, и почти каждый день ко мне приходит настоящий принц — и мы с ним разговариваем. Правда, он пожилой. В принципе, у него есть яхта.
-    Тань, нет ли у вас взаймы? — спросила я после прожитой ночи.
-    Я не даю взаймы. И никогда сама не беру взаймы. У меня была тоска. А вот сейчас, встретившись с вами, и вы деньги запросили... перешла в приятную тоску, - сказала подруга.
-   У вас тоска? - отозвалась я.
-   Да. Ее признак — потянуло выпить. Только не вино, а чтоб сразу. Понимаете?
-   А что принц? — спросила я, когда мы выпили.
-   Первое, он мне сказал: «Вымойся!» Я говорю: «Я мылась сегодня, я чистая!» А он мне: «Все равно, вымойся, а потом я». И белые простыни попросил. Он так боится смерти! Он хотел, чтобы я подрезала сухожилия или не знаю, как называется тут мышцы на ногах? — Она показала себе куда-то под коленками. — Это для того, чтобы ноги не уставали: он любил, чтобы я лежала под ним с задранными на его плечи ногами, причем часами! Часами! Ноги очень ныли, чуть ли не отнимались. Он не любил, чтобы я особенно дергалась. Он любил, чтобы я даже изображала спящую, умершую — и вдруг от ЭТОГО ожившую! — Таня сделала небольшую паузу. — И я соглашалась. Пусть так! Он любил вспоминать некоторые мои фразы, которые его возбуждали, ха-ха-ха!.. — нежно засмеялась она. — О-о! Он очень рисковал. Он мучил меня. Я была вся в синяках после него. Вся высосанная. А он... Он любил мне рассказывать про своих женщин. И еще он любил платить за ночь с ним. Плата тоже возбуждала его. А зачем же я спала с ним?.. — она надолго замолчала.
-   А ко мне, как начались дожди, заприходили все мои умершие... активизируются, думаю, по водному воздуху скользить им легче... — поддерживала я разговор. — Люблю быть все время одна. Так меня это лечит. Неужели вас это не лечит?
-   Таких, как мы, много сейчас развелось. Всегда одни, — сказала она.

-  Так ведь хорошо же, — удивилась я. — Расскажите, а что снится вам?

Она рассказала мне несколько снов, как волосы вместо лука режет и сыплет в суп; как ей снится — чтобы попасть в московское метро, надо быть одетой в косоворотку, быть парнем белесым и кидать о мраморную стенку еще советские пятаки — тогда попадешь к вагонам.

-  Какая вы все-таки русская! — сказала я ей на это.
Ночью она вдруг «пришла» ко мне.

-   Значит, не так, не так, — говорила она пожилому «принцу» в темноте. Говорили они на русском. Наконец в полумраке проступили очертания, и я увидела его. Пергаментное лицо всеми своими морщинами свисало над ней, даже с рук стекали складки кожи, но глаза исступленно горели, как у молодца. Он был похож на исхудавшего постаревшего льва. — Можешь ударить меня?
-   Но как? Я не могу...
-   Тогда все будет плохо, мне нужно только так, давай!.. — командовала она с отчаяньем. («Где же ее муж?» — думалось мне в этот момент, но тут я вспомнила, что он еще более обезумевший, чем этот яхтсмен: на почве бизнеса постоянно заговаривался и напивался. Был бесцветный, в беловатых рубашках то в рубчик, то в меленький крестик, белоглазый и теоретически развратный, пикировался на словах, любил причинять сердечную боль и всматриваться в лица оскорбленных, если вкратце.)
-   А куда? По чему ударять?
-   Дай свою руку, вот так... И сильнее... — Она приложила его крупную ладонь с белыми длинными ногтями к своей щеке.

Я проснулась от звука открывающегося бельевого шкафа. Она, Четвертый человек, стояла ко мне спиной и перебирала сложенные стопочкой наволочки. Тяжко вздыхала своей ситцевой спиной с рисунком крупных русско-советских цветов.

-  Пора вставать! — сказала она детским голосом, оглянувшись.

«Она разговаривает молодым голосом, потому что души не стареют»,— подумала я.


-  Еще чуть-чуть посплю, — сказала я ей в воздух. — Как тебе этот город? Ты ведь никогда здесь не была. И вообще никогда не была за границей.

Она укоризненно покачала головой.

-  Я три раза была на курортах с дедушкой, — сказала она мне совсем забытую фразу из детства. — Три раза в Ессентуках, Сочи, Геленджике... — Постояла молча. — Я сейчас встретила Таню! — Белым пухлым пальцем она поскребла пятно на стене. — Нам тут так весело! — и спряталась за шкаф.

Я опять проснулась. Значит, прощай, Таня?!!

Призрак никогда не обманывал меня, всегда спускал самые точные данные, несколько раз мне снились от Четвертого досье на очень беспокоящих меня людей. Помню, в одной анкете были перечислены любовницы, а напротив их фамилий — мнение того мужчины, с кем они были связаны. Меня поразила характеристика одной из них: была любовница, теперь — «просто человек». Что бы это означало, особенно эти привешенные кавычки, может, это его цитата? Еще в одном присланном досье совсем на другого знакомца были продемонстрированы старомодные фотографии из ателье — отца и матери этого мужчины — и такая фраза: «Он переживет ее на несколько лет». Зачем это сообщалось мне? Иногда и там бывали сбои, небрежности и неполадки, и сведения ошибочно поступали в мой адрес. Мне снились разложенные портмоне, в которых лежали фотографии детей, о которых никто не заикался, из порванных отсеков торчали деньги — и указывалась точная их сумма. Или иногда спускалась отрезанная Голова, но живая, с полузакрытыми глазами, с набеленным лицом, то ли мужчины, то ли женщины, и Голова это отвечала на вопрос о человеке: «НЕ-Е-Е-Т». Только отрицательный ответ давала. И глаза ее закрывались уже до конца. И так потом и оказывалось — ничего не получалось с этим персонажем. Где-то существовал этот архив... Четвертая всегда устраивала встречи с мертвецами, нагоняла их ко мне в комнаты во всех городах мира, но никогда — живых. Иногда по ее протекции я даже спускалась под землю к одной умершей десять лет назад женщине — там у нее была кухня с теплым желтым электрическим светом, как в бомбоубежище; она обняла меня за плечи, крепко, как живая... Тогда та женщина сообщила кое-что важное, сев напротив и сжав мои руки, вглядываясь ненастойчиво несчастным и прекрасным своим лицом. Когда-то она выбросилась из окна, умерев уже в воздухе от разрыва сердца, не долетев живой до земли. У нее были длинные рыжие волосы. После ее смерти семья пошла прахом... Потом, слой за слоем — помню эти разноцветные слои земли, — я была поднята наверх и оказалась уже стоящей ногами на Ваганьковском кладбище, у самой ограды на ее могиле, рядом с могилой балерины.

Я вышла на балкон. «Ну почему и тут до меня доходит? Не оставляет? Потому, что тут вода...» — неостро размышляла я, отмечая на асфальте лужи.

0

76

У меня есть слезы.

У меня есть слезы. Не думай про меня ничего через стенку - все мысли сразу отпечатываются у меня.
Сегодня встретилась девушка в переулке с сильно обведёнными глазами, хоть и молодая, но уже усохшая, с птичьими ножками, раскачивающими энергично юбку.
- Что-то мне лицо ваше знакомо, — сказала она тонким голосом.
Я обогнала ее. Она шла и в спину мне продолжала:
- А, вспомнила, кто ж вас не знает, вас все знают.
Я кивнула ей. Она поравнялась, ниже меня на голову.
-   Знаете, что в этом доме? В подвале?
Я опять кивнула, хоть и не знала.
-   Тогда заходите.
-   Хорошо, приду. — И я пошла скорее, но опять запуталась, повернула не в тот переулок. Она опять нагнала меня.
-   Я запуталась, — сказала ей, строгой, с беленьким личиком,
и пустилась в противоположную сторону, в арку старого дома со львами. — Ну вот, я вас вспомнила, — наконец сообщила ей - Какая-то вы стали определенная. Раньше у вас было такое круглое личико.
- Да, я молодец...

0

77

Песня для фильма "Небо. Самолет. Девушка"      (не вошедшая в фильм)

Мне стало отвратительно заботиться о себе, о своем здоровье, мне нравится себя тратить. Например, только на тебя. Да?
Мое сердце без тебя — его невозможно нарисовать — так оно колотится без тебя — не дает рассмотреть себя.
Мои глаза без тебя — в них отсутствуют зрачки (обычно их у меня много, по несколько штук в одном белом «лепестке» глаза) — совсем пустые, незаполненные. И мне ничего не хочется отдельно, в отрыве от тебя.
Ты, наверно, в том северном городе — хороший город, я там часто бывала, но твой телефон не отвечает, и что мне теперь делать? Твой телефон не отвечает, тогда, может, ты летишь сейчас в самолете... и я не знаю, что мне делать. Я сижу на стуле у окна, в окне — болото вдалеке. В него почему-то ведет протоптанная дорожка... И мухи между стеклами — завершают пейзаж. Я посчитала их — пять штук. Уже темнеет. Семь тридцать пять.
Не знаю, отдам ли я тебе эти записки или постесняюсь. Наверно, постесняюсь. Жаль, что ты не узнаешь, какие потоки «рек» неслись из меня в небо — и все только из-за тебя.
Твои брови без меня — они плачущие, да?
В общем, я люблю твои брови.
Твои
Сигареты
Шаги
Звуки
Улыбки
Взгляды
Вздохи.
По дороге из болота (в окне) идут трое — мужчина с пакетом в руках и два мальчика. Он, наверно, летчик, как и все в этой местности.
Я даже теперь не люблю летчиков, потому что ты — не летчик, и эти летчики в голубых формах меня возмущают, потому что это не ты.
Сейчас переоденусь из военной формы и пойду на почту — вдруг ты возьмешь трубку, вдруг ты почувствовал и выбежал из самолета!
Ты слышишь, я ни разу не назвала тебя по имени, но ты больше, чем твое имя.

0

78

Станция "Бабушкинская"     

Диктор в метро так красиво произносит: «Станция «Ба-а-а-бушкинская». Зимой в этом отсеке Москвы особенно часто замерзают люди. Моя мама видит, что лежит человек, и сразу как врач подходит щупать пульс. Возвращаясь домой, рассказывает: «Рената! Не видела, у подъезда лежит женщина? Я подхожу к ней, щупаю пульс, а она уже не дышит...»!

Ее рассказы про людей я еще могу слушать, но когда она начинает про животных — «Иду, смотрю, лежит щеночек...» - я тут же ее и спрашиваю:
—        Про животных?
Она говорит:
-Да.
—        Трагическое?
И если трагическое, то я не могу. Я отказываюсь.
У «Бабушкинской» есть река, овраг, голубятня, места для шашлыков. Переехала сюда насильственным путем — я очень сопротивлялась этой местности, — на грузовике с вещами мы промахнулись мимо дома и въехали в старое кладбище, оно тогда было не огорожено забором, все сквозное. А недавно я пошла хоронить на него кота — так стая собак бросилась мне наперерез, и я отступилась: эти полуболонки-полуовчарки меня не пустили! У меня было очень траурное настроение в те сумерки, кот был любимым — серый, полосатенький, — я прижимала его завернутым в свой белый свитер, как живого. Свитер потом не влез в его могилку, и я выкинула его с обрыва подальше от лица. При бабушке я знала о всех пенсионерах-коммунистах в нашем районе. Это уже позже они вышли на нелегальное положение, встречаясь на сходках по квартирам или на скамейке у подъезда. Бабуля все время горячилась: «Товарищи! Товарищи!..» И был у них главным секретарь парторганизации — седой красавец, похожий на шпиона, такой дотошный несгибаемый москвич с созвонами по телефону в назначенные сроки, в выглаженной чистой фланелевой рубашке, сухой и высокий, жил пятью этажами выше с женой. Мама понесла ему блинов, когда бабуля умерла, порыв у нее был сообщить — долгожитель этот принял весть хладнокровно, как бы по-военному. Я все не могла успокоиться и допытывалась после: «И ничего не сказал в ответ?» — «Ничего!» — «Блины взял — и ни слова?» — «Взял — и ни слова», — ответила она.
А этаж наш постепенно стал пропитываться запахами: все мужчины на этаже в один год поумирали, правда, один спасся, загодя запив совсем и исчезнув с жилплощади. Остались только дочки, вдовы и животные. Одна все время курила на лестнице с низкорослыми и кривыми подружками — курила и курила, курила и курила, по несколько часов до самого рассвета! Другая, повыше, с точками по щекам, все дралась или плакала с румяным парнем в спортивном костюме. Когда я проходила мимо, они замирали, провожая меня желто-коричневыми глазами. Это молодые. Вдовы ходили только на работу и с работы. И во всех квартирах жило по коту, а в нашей — аж три кота сразу.

В праздники на «Бабушкинской» люди сдружаются — от метро бьет салютом, гуляют компаниями, как в деревнях, и поют песни до рассвета. В аптеке у рынка свободно продаются шприцы и димедрол, под каблуками скрипят подкровленные иголки, ночами в небе над метро дрожит одна «звезда» — то ближе подлетит, то дальше кружанет — то есть ведет наблюдение.

0

79

Рената Литвинова сняла клип к песне "Ты  мне пишешь" .
Юлия Бужилова и Рената Литвинова

А когда-то я уйду,
Только останутся эти слова, что бессмертны
Эти чувства, они ударяются о стены,
Я вижу искры от этих ударов.
Они никуда не расстворяются,
Уже в отличие от меня, такой смертной...
Они, как вечный памятник, никогда не забудутся
И будут передаваться от человека к человеку.
И они наконец почувствуют, как я любила тебя.
Хорошо бы жить так долго и долго...
Любить и любить тебя...
Чтобы ты был бессмертен,
И ни в коем случае не обидел меня, не убежал...
Как я называю смерть, она такая нестрашная...
И пусть она не приближается к тебе...

В нашем городе холодно,
И художник-мороз окна поразрисовывал белой гладью из роз.
Ты мне пишешь, что, может быть, прилетишь к рождеству.
В нашем городе холодно, и я дальше живу.

Я так скучаю,
И я так хочу взять тебя за руку и поцеловать твою руку.
Я так скучаю...
Я там совсем одна, и все чужие...
Я так скучаю...

Над рекой пасхальные слышу колокола,
Ты мне пишешь, что, может быть, к лету схлынут дела.
Зацветет по-тихонечку на окошке герань.
Облетит день и ночь за днем на стене календарь.

Без тебя меня совсем нет,
Я вся в ошибках, в исправлениях,
Вся неправильная, плохая, без тебя я уже не целиком.
Взгляд мой, ищущий, нигде не останавливается,
Сердце стучит так сильно, что кажется: я не доживу до утра.
Да я не переживу даже эту ночь.
Вдруг здесь впервые я знаю, как это- расставаться.

Тротуары багряные за завесой дождя,
Осень запахи пряные пролила, уходя.
Ты мне пишешь, что, может быть, но я письма порву,
В нашем городе новый вид, и я снова живу.

Я, конечно, очень грешна,
Но своей любовью я заслужу этот рай.
Хотя, зачем? Ведь рай без тебя не существует...
А если тебе не понравится, то ты вернешься опять на землю.
И будешь жить как-то, я применю все свои связи.
Но пока я здесь, от тебя на каких-то пару тысяч километров.
Я даже, наверное, завтра смогу дозвониться до тебя.
А сейчас я просто переживаю время без тебя.
Плохой финал, грустный...
Но я его вырву, эти листы, их же можно вырвать...
Теперь все,
Твоя

0

80

ЗЕМФИРА УВЕЛА ИЗ СЕМЬИ РЕНАТУ ЛИТВИНОВУ?

В столичной тусовке вовсю судачат о романе двух известных женщин

Самая странная женщина нашего отечественного кинематографа Рената Литвинова сошлась с самой незаурядной девушкой шоу-бизнеса Земфирой Рамазановой! Их творческий союз якобы перерос в большую любовь, и недавно, как судачит вся московская тусовка, Рената собрала чемоданы и переехала от мужа-миллионера к своей возлюбленной... Неужели это правда?

Любовь, любовь, любовь...

Если верить слухам, которые сейчас циркулируют в Москве, ради Земфиры Рената Литвинова пожертвовала комфортной жизнью в особняке на Рублёвке, шикарным черным «мерседесом» и даже... обожаемой трёхлетней дочкой Ульяной. Рената якобы не оставила дочку мужу и поселила ее отдельно в квартире с няней.

А Земфира из-за Ренаты, утверждают светские сплетники, дала отставку девушке Ане, с которой была близка последние два года... И даже благородно оставила своей «бывшей» автомобиль «мини-купер».

Случилось всё это якобы ровно за неделю до важного события в жизни Земфиры – презентации ее нового альбома «Вендетта». На торжественную тусовку, где кого только не было, даже олигарх Роман Абрамович, виновница торжества явилась под ручку с Ренатой. И весь вечер публика не сводила глаз с подружек, которые нежно ворковали и перемигивались, когда на время расставались в толпе...

...Дружба двух необычных женщин началась примерно год назад, когда Рената снимала свой последний фильм «Богиня». Музыку к фильму она заказала Земфире, поскольку давно была поклонницей ее творчества. И Земфира тогда сочинила песню «Любовь, как случайная смерть». А потом уже Рената как режиссер сняла для Земфиры клип к ее новой песне «Прогулка».

В новогодние праздники Рената даже слетала на один день в знаменитый французский городок Куршавель, где Земфира давала один-единственный концерт, который заказал ей губернатор Тверской области Дмитрий Зеленин. На приеме в шикарном ресторане Рената, как рассказывали очевидцы, сидела среди расслабляющихся «под Земфиру» русских олигархов и политиков и беззвучно подпевала своей любимице.

В своей любви к Земфире Рената откровенно признавалась в последних интервью:

- Я её так люблю! – говорила она. – Земфира мне на самом деле близка. Я ей благодарна за возвышающие и вдохновляющие меня... песни... Она тот самый вдохновитель, который мне нужен...

Земфира, которая на откровения, как известно, очень скупа, тоже недавно проговорилась в одном интервью, что... влюбилась. И это помогло певице, по ее словам, вернуться на сцену и записать новый альбом.

Влияние двух творческих девушек друг на друга не осталось незамеченным для всех. Люди из окружения Земфиры говорят, что «девочка-скандал» в последнее время стала намного мягче и женственнее. А поклонники Ренаты заметили, что кинодива внешне как-то помолодела и начала одеваться в модные кожаные курточки и джинсы.

В общем, дружба незаурядных личностей явно обеих обогатила, но чтобы из-за этого ломать жизнь?..

Сердцеедка Земфира

От Земфиры, конечно, всего можно было ожидать! Про ее нетрадиционную сексуальную ориентацию судачат давно. Еще с тех самых времен, когда расстроилась свадьба звездной певицы с музыкантом Вячеславом Петкуном. Говорят, что парочка была помолвлена и Земфира даже купила себе роскошное белое платье, но... Пойти под венец ей так и не пришлось.

Несостоявшиеся молодожены тогда объяснили сгоравшей от любопытства публике, что решили повременить с созданием ячейки общества и пожить некоторое время для себя. Дескать, пока не готовы. Но знающие люди объясняли разрыв певицы с женихом иначе.

А всё потому, что у Земфиры тогда якобы уже начался роман с собственным продюсером Настей Калманович. Эта юная и экстравагантная женщина, говорят, настолько увлеклась подопечной певицей, что бросила ради нее своего богатого старого мужа – еврейского предпринимателя Шабтая Калмановича.

Калманович, друг авторитета Тайванчика и бывший советский шпион в Израиле, после развода забрал у Насти их маленькую дочь, даже заплатив за нее эксцентричной матери один миллион долларов отступных.

Два с половиной года Настя и Земфира были неразлучны. Бывшая жена миллионера, как говорят люди из окружения Земфиры, стала для певицы не только любовницей, но и нянькой, и телохранителем, и казначеем.

Но Насти хватило ненадолго: после того как Земфира не на шутку увлеклась наркотиками, жить с ней, говорят, стало невыносимо. Девушки постоянно ссорились, доходя до взаимных оскорблений, и неделями не разговаривали.

Потом Анастасия пристроила подругу на лечение в хорошую американскую клинику, где Земфире, как говорят, «поставили крышу на место». Но жить и работать вместе девушки уже не смогли, хотя и расстались подругами.

В последние два года Земфира, как утверждают люди из тусовки, жила в гражданском браке со своим личным водителем Аней Кручининой. Вдвоем они колесили по Москве на новеньком американском «мини-купере», который Зёма якобы купила для себя и подруги за 25 тысяч баксов.

Вообще, за Земфирой в богемной среде прочно закрепилась репутация сердцеедки. В нее, например, долго была влюблена певица Лена Перова, выступавшая когда-то в «Лицее» и известная своей слабостью к девушкам.

Перова, чтобы завоевать сердце Земфиры, говорят, сутки напролет сидела в чате личного сайта певицы, ходила на собрания ее фан-клуба и там бесконечно пила, чтобы заглушить боль. Но Земфира, говорят, на любовь Леночки ответила только дружбой...

Может, берегла свое сердце для другой?

Примерная жена Рената

В отличие от Земфиры, кинозвезда Рената Литвинова раньше никогда не отличалась пристрастием к женскому полу. Наоборот – все ее романы были исключительно с мужчинами.

Первым мужем Ренаты был продюсер Александр Антипов, который финансировал фильм режиссера Киры Муратовой «Три истории», где снималась Рената. Брак оказался тусклым и непродолжительным.

Второй раз кинозвезда вышла замуж четыре года назад за некоего крутого бизнесмена Леонида, о котором скромно предпочитает ничего не рассказывать.

«Лёня не имеет отношения к кино и просит говорить, что он – инженер», - упрямо твердила Рената всякий раз, когда ей задавали вопросы о муже.

Скромный «инженер» обеспечил своей знаменитой жене комфортную жизнь в загородном доме где-то на Рублёвке (говорят, даже по соседству с домом президента Путина), подарил ей шикарный черный «мерседес» и материнское счастье – у Ренаты три года назад родилась дочка Ульяна, в которой она души не чает...

Леонид изредка появлялся вместе с Ренатой на светских мероприятиях, скромно держась в ее тени. Он встречал вместе с ней гостей на премьере фильма «Богиня» в московском кинотеатре «Кодак», сопровождал жену в Киеве в рекламной поездке с новым фильмом.

Когда в украинской столице у Ренаты под шумок украли новый мобильник, Леонид трогательно утешал супругу:

- Это твои поклонники, Ренаточка, не расстраивайся...

О том, как муж ее балует, Рената рассказывала и нижегородским журналистам, когда приезжала в наш город с «Богиней»:

- Недавно мы с мужем проходили мимо ювелирного магазина, и мне в глаза бросилось изумительной красоты кольцо с большим изумрудом... Через неделю колечко уже красовалось на моем пальце... Я теперь всегда буду носить его в знак признательности и любви к мужу...

О своем Леониде Рената во всех интервью всегда говорила с восклицательным знаком:

«Раньше я думала, что не рождена для брака, что это колоссальный компромисс, личная несвобода... И вот Бог мне послал мужа, который меня любит, уважает мои успехи, даёт мне свободу, как я ему – любовь и восхищение... Муж даёт мне возможность заниматься тем, чем я хочу, он всегда меня поддерживает...»

И от такого человека можно было уйти? Невероятно!

- Ничего невероятного! – заявила мне актриса, когда-то дружившая с Литвиновой. - На мой взгляд, Рената никогда не любила своего мужа! А все эти «ахи» и «охи» по его поводу – просто лицемерие... Мне всегда казалось, что муж для нее просто... вынужденное приложение к жизни.

«Вместе они не живут»

Я созвонилась со знакомой журналисткой, занимающейся светской хроникой в одной столичной газете:

- По-моему, всё это чушь, - сказала она по поводу этой истории. – Рената с Земфирой действительно дружат, но это еще ничего не значит. У нашей газеты есть два информатора, которые живут с Земфирой в одном подъезде. Они рассказывали, что Рената два раза действительно ночевала у Земфиры, но постоянно там не живет...

Я позвонила в редакцию «Экспресс-газеты», которая первой написала про Ренату с Земфирой.

- Правда это или нет – никто на сто процентов вам не скажет, - заявил редактор отдела Михаил, просивший не называть его фамилию. – Свечку-то ведь в таких случаях никто не держит, правда? После публикации ни Земфира, ни Рената в редакцию нам не звонили, опровержений не давали и в суд не подавали. Следовательно...

На прошлой неделе, говорят московские тусовщики, Ренату и Земфиру опять видели вместе – на этот раз на фотовыставке в модной арт-галерее. Земфира заметно нервничала оттого, что некоторые посетители ее узнавали и откровенно разглядывали. Рената, по словам очевидцев, девушку успокаивала: нежно гладила ее по голове и прижимала к себе...

0